Чтение онлайн

Увидев побледневшее лицо девушки, мужик лет сорока, успокоил её:

– Не бойся, Милка. Ребята занесут стол и помогут закуску сварганить, выйдут, мешать не станут. За дверью постоят, охраняя от ненужных визитёров.

Ребята действительно ушли.

– А вы откуда моё имя знаете?

– Солдаты растрепались, – ухмыльнулся зэк. – Давай знакомиться. Я кандидат филологических наук.

Сижу за что, по совести, не знаю. И тебе не нужно знать. Я не убийца, так что меня бояться не надо. Я человек мирный, но авторитет в зоне кое-какой имею.

– Ну, а я Милка, вы уже знаете.

– Просто Милка?

– Ну да! Ещё заведующая прачечной.

– Знаю. Доложили. И как капитан из оперчасти тебя добивался… Он своё получит… – Ладно, хорош, познакомились. Большего нам знать друг о друге не стоит. Больше знаешь, хуже спишь: сны неприятные снятся!

Парни занесли стол, накрыли темной скатертью, смахивающей на женскую шаль. На стол поставили две бутылки коньяка, два стакана. На чистые фанерки положили соленую семгу, икру красную и черную, хлеб и столовые принадлежности. Добровольные официанты, глядя на хозяина, взглядом спрашивают:

– Всё?

– Принесите свечу.

Зажгли свечку, потушили электрический свет. Выпили по рюмке коньяка, искрящегося в огне свечи, закусили семгой и бутербродом с красной икрой, затем повторили под черную икру. Потянуло девушку в сон. Милка ночью плохо спала, в голову лезли страхи – много чего о зэках нехорошего слышала. Постелил филолог свою одежду на топчан, раздел девушку и аккуратно уложил её, подбив под голову телогрейку. Любуясь девичьей красотой, вспомнил институт, как они тайком читали стихи советской поэтессы: «Она лежала на спине, тугие обнаживши груди. И тихо, как вода в сосуде, стояла жизнь её во сне».

«Может, мои дочери вот также где-нибудь спят. Пусть им будет счастье. Пусть и этой девушке будет счастье. Она ведь, по сути, ребенок».

Филолог ребенка не обидит.

Гладит, ласкает атласную кожу, целует незагорелое тело. Лег рядом, обнял. Дождался когда проснется. До половины пятого нежно любил девушку, не говоря ни слова, не давая никаких обещаний. Когда оделись, филолог стукнул в дверь. Вошли ребята. Уложили остатки еды и коньяка в коробку. Филолог передал коробку Милке:

– Это тебе! Домой отнесёшь. Угостишь подруг. После нас сразу не выходи, подожди минут пятнадцать.

У Лены глаза расширились, увидев дорогие гостинцы:

– Мои хахали куска хлеба не дадут. А у тебя икра, рыба красная, коньяк. Сядем за стол?

– Садись, я наелась, – ответила девушка с радостной улыбкой на губах.

Лена, увидев улыбку, произнесла со вздохом:

– Счастливая ты, Милка! Пообещал чего-нибудь?

– Пообещал? Ничего не помню!

В среду утром позвонил Павлов:

– Зайди в два часа ко мне.

– А что слу…

– Придешь, узнаешь!

«Кто-то заложил? Может работницы»? – подумала заведующая прачечной. Что-то теперь будет? Наверняка, выгонит. Куда идти?

– А, Мила! Здравствуй, здравствуй, голубушка.

Бледновата. Устаешь? Понятное дело – устаёшь! А у меня для тебя приятная новость. Я построил на Октябрьской улице сберкассу…

– Знаю.

– Не перебивай старших. Строили сберкассу в расчете на два этажа. Потом переиграли. От второго этажа заказчики отказались. Исполком отдал комнату второго этажа нам. Держи ключи, вселяйся. С новосельем тебя! – Открылась входная дверь. – Всё, всё, уже освобождаюсь. Иди, Мила, не до тебя, работы много! Удачи! Иди!

Ошеломлённая Мила на непослушных ногах вышла за дверь, прошла мимо компании начальников, ожидавших приема, остановилась и вслух произнесла:

– Ох, и дура же я, даже спасибо не сказала.

Главный инженер первым среагировал:

– Красивым девушкам не обязательно быть умными. Им ум заменяет красота… Да не расстраивайся, Мила, шучу я. Спасибо всегда можно сказать. Хочешь, я передам «спасибо» за тебя?

– Пожалуйста, передайте!

Зайдя в кабинет Михаила Гавриловича, главный инженер поинтересовался:

– Чего Мила за дверью себя дурой обозвала, сокрушается, что спасибо не сказала?

– Комнату ей отдельную выделил.

– Она просила передать тебе «спасибо», что я с удовольствием и произношу: «Спасибо, начальник, тебе».

– Принимаю!

– Славная девочка. Ты правильно сделал, она того заслужила. Все-таки, благодаря ей, у нас свой член райкома комсомола, представляет контору в верхах районной власти. Благодаря Миле, удается многие вопросы решать без проволочек.

Новоселье Мила справляет в компании с подругой Леной и комсомольцами бригады деревообрабатывающего цеха: Юрой, Геной, Гришей, Костей, Славой. Пьют, поют, танцуют. Травят анекдоты, сидя на полу. Сидят на полу за неимением мебели.

На следующий день комсомольцы-добровольцы взялись обустраивать комнату. Притащили из дома: кто тумбочку, кто стул, кто ведро. Гена притащил герань. Торжественно поставил на подоконник.

– Гена, тебе же дома попадёт от матери. Может, отнесёшь цветок назад? – предложила Мила.

– Вот ещё, буду таскаться. «Мека» переживёт.

Свою мать Гена зовёт таким вот оригинальным словом, придуманными им в детстве, когда у него был полный набор родителей: Мека, Пека, Бека, Дека.

Из общежития помогли перетащить кровать, постельное бельё, умывальник… Павлов распорядился выдать со склада Миле пошивочный материал на всякие там «бабские» причиндалы: занавески, полотенца…

На новом месте началась новая жизнь секретаря комсомольской организации. Собственное жильё сделало Милу знаменитой.

После переезда в квартиру, на Милу стали поглядывать не только взрослые мужчины, но и старшеклассники, у которых в неподходящий момент начинаются проблемы с брюками. Они неожиданно становятся тесными, когда их обладатель заинтересованно глядит на обтянутые платьем или юбкой женские прелести, мысленно дорисовывая необходимый сладкий образ.

У Милки всё на виду, округлые части нахально выпирают, ничего додумывать не надо. Когда она идет, народ расступается и восхищенно смотрит вслед. Спроси двенадцатилетнего пацана, где живет Милка, и он безошибочно укажет не только дорогу и дом, но и пояснит, когда она бывает дома.

Милка живёт в доме, больше похожем на скворечник, на втором этаже, прямо над сберегательной кассой. «Прикрывает» собственным телом государственные деньги.

Первый этаж имеет два входа: с фасада – центральный и со двора – чёрный. Центральный вход деревянной массивной дверью смотрит на забор стадиона «Красная звезда».

С улицы, от пешеходного тротуара, к входной двери ведут деревянные мостки. Открыв дверь, попадаешь в операционный зал сберкассы. Днём в зале светло от двух больших окон, расположенных симметрично двери.