Практическое руководство по оборотничеству
Шрифт:
– Ты, должно быть, уже совсем околел. Не переживай, я не положу трубку, пока будет биться твое сердце. Пожалуйста, не бойся так сильно, все ведь хорошо! Я рядом с тобой, я тебя не брошу. Мишку уже ввели в кому, он почувствовал неладное, но не успел ничего сделать. Знаешь, с одной стороны, зря ты из школы ушел, а с другой стороны - я тебе безмерно благодарен. Эта жертва, я ее никогда не забуду. Впрочем, ты сам все понимаешь. У меня никогда не было настолько классного друга, как ты. Спасибо, что дал мне возможность почувствовать, каково это.
Никита не выдержал. Его затуманенные глаза наполнились слезами.
– Ну я же просил без соплей. Ну что ты, как маленький! Прольют по тебе еще много слез, самому себя оплакивать не нужно. Я приеду за твоим телом через три дня, устроим тебе похороны. Хочешь, могу и Валю пригласить... Нет? Ну, как хочешь, я не настаиваю.
Виктор ненадолго замолчал. Он внимательно слушал биение сердца парня, отсчитывая удары до конца его жизни.
– Давай посчитаем вместе?
– Вдруг предложил он.
– Может быть тебе не будет так страшно. Давай, вместе со мной: десять, девять...
"Восемь".
"Семь".
"Шесть".
"Пять".
Он уже не соображал, он жил лишь последними ударами, стал лишь ими.
– Четыре, три, два, один...
Сердце Никиты остановилось.
– Спокойной ночи, мой друг.
– Виктор улыбнулся в трубку и нажал на кнопку завершения вызова. Он не мог позволить себе оплакать друга, у него было слишком много дел. Поэтому он просто раздавил телефон в своей руке, выбросил его в мусорку и продолжил работать.
– Ну, рассказывай?
– нетерпеливо потребовала подруга.
– Что рассказывать?
– Катя уже неделю ждала звонка на свой телефон. Все это время она была как в трансе, немного волнуясь, а верно ли она назвала свой телефон? Ее беспокоило то, что произошло, хотя не так сильно, как должно бы. И за эту неделю она ни разу не провалилась во внезапный сон.
– Ну, как прошло у вас с Никитой?
– Что прошло?
– Ну не тупи! Сеанс! Он рассказал тебе все? Исправил проблему?
Катя устало выдохнула. Она не хотела разочаровывать Валю, но и врать ей не хотелось тоже. Взглянув на подругу, девушка вдруг обратила внимание на молодого человека, который вошел в кафе и двигался в их направлении. Несколько выше Кати, поджарый, в кожанке, камуфляжных штанах и берцах, он подошел к их столику и кивнул Кате своей патлатой русой головой. Его желтые глаза вцепились в нее и не отпускали.
– Ты не оставишь нас на пару минут, Валь?
– не обращая на девушку никакого внимания, попросил он.
– Да, конечно.
– Радостно улыбаясь, засобиралась девушка. Она бросила на стол деньги за свой заказ и собиралась уйти.
– Постой, ты его знаешь?
– Первый раз в жизни вижу.
– Пожала плечами Валентина и вышла из кафе.
Испуганная таким странным поведением подруги, Катя с опаской взглянула на молодого человека, который занял ее место.
– Я Виктор, приятно познакомиться с тобой вживую.
– Но я...
– Ждала звонка на телефон. Но нас прослушивают, так что я не хотел рисковать. Видишь ли, дело довольно серьезное. Я решил приехать за тобой лично.
– Никита жив?
– Правильный вопрос. Скажи, ты когда-нибудь хотела научиться магии? Не фокусам, а настоящей магии?
– Что вы подразумеваете под магией?
– Довольно холодно осведомилась она.
– Ну, в данном случае я подразумеваю сверхъестественные способности человеческого организма. Всех его составляющих. И ради Бога, давай уже на ты.
– Простите конечно, но я едва вас знаю. И вы так и не ответили мне, в порядке ли Никита?
– Он сейчас в коме. Но ничего серьезного, - поспешил он успокоить ее, - это просто мера предосторожности. В связи с твоим посещением у него открылись некоторые новые таланты, до которых его нервная система еще не доросла. Впрочем, к твоему приезду, если ты согласишься со мной поехать, он уже будет на ногах.
– Куда поехать?
– Теперь об этом. Так вышло, что уже довольно давно я ищу человека вроде тебя. Способного, так сказать, вселяться в тела животных.
– Оборотничество.
– Ага, именно так. Неосознанно ты овладела этой способностью, и мне она нужна.
– А если я откажусь?
– Твоего пса я все равно уже забрал, так что тебя больше ничего не побеспокоит.
– Погодите, как забрали? Когда?
– Пока мы разговаривали по телефону. Я говорил не столько с тобой, сколько с ним. И он сам решил перейти ко мне.
– Но!..
– девушка и не знала, что думать. С одной стороны, она ведь этого и хотела, а с другой, - это ведь мой пес, - как-то неуверенно прощебетала она.
– Ну, да, был твой, стал мой. Хочешь вернуть - стань сильнее меня, чтобы он сам захотел, потому что насильно ты его у меня не отнимешь. Не знаешь, как.
Девушка грустно опустила голову:
– А если я поеду, что со мной случиться?
– Ну, официально ты поступишь в престижную школу-интернат, куда очень давно хотела попасть, подавала целую кучу бумаг и сдавала много разных тестов. Причем попадешь на бюджет, а это значит, тебе выделят комнату в общежитии, и ты сможешь жить там до самого выпуска.
Катя непонимающе пялилась на Виктора.
– Неофициально - примерно все то же самое, только ты поступишь по блату.
– А как же вы убедите моих родителей?
– В чем? В том, что они целых три месяца парились для того, чтобы ты поступила? Ты ведь помнишь, как я сюда зашел?
– Да! Что вы сделали с Валей?
– Коротковолновый гипноз. Она даже не вспомнит, что меня видела, а оправдание, почему ушла, придумает себе сама. Люди большую часть жизни живут по инерции и даже не помнят, как возвращались с работы домой, потому что для них все одинаково. С твоими родителями будет немного сложнее, но у нас есть профессионалы, так что можешь не переживать за них и за своих близких друзей. Все всё поймут и осознают.
– А если я откажусь?
– Я поступлю с тобой как с Валей. Ты и не вспомнишь о том, что когда-то бегала по полю собакой.
Катя опустила глаза на свой чай, хлебнула немного и спросила:
– У меня есть время подумать?
Витя отвернулся побродил в пространстве глазами, а потом снова вцепился ими в глаза Кате.
– Секунд тридцать.
Девушка испугалась такой расторопности.
– Видишь ли, у нас тут немного война идет. Я сильно рискую, разговаривая с тобой здесь.