Чтение онлайн

Третья рассматриваемая группа коанов показывает способ, которым «искусство Дзэн» можно применить к выражению юмора и остроумия.

А: Су Дун По, прославленный поэт династии Сун, был благочестивым буддистом. У него был очень близкий друг по имени Фо Ин, блестящий учитель Дзэн. Храм Фо Ина находился на западном берегу реки Янзцы, тогда как дом Су Дун По стоял на восточном берегу. Однажды Су Дун По нанес визит Фо Ину и, не застав его, сел в его комнате, поджидая его. Соскучившись от ожидания, он начал, наконец, писать на листе бумагу, лежавшем на столе, причем последние слова были: «Су Дун По, великий буддист, которого нельзя сдвинуть даже совместными усилиями Восьми Ветров Мира». [3] Подождав еще, Су Дун По устал и ушел домой. Когда Фо Ин вернулся и увидел запись Су Дун По на столе, он добавил такую строку: «Чушь, то что ты сказал, ничем не лучше ломания ветра», и послал его Су Дун По. Когда Су Дун По прочитал этот возмутительный комментарий, он так разъярился, что сразу же взял лодку, пересек реку и опять заторопился к храму. Схватив Фо Ина за руку, он крикнул: «Какое ты имеешь право поносить меня такими словами? Разве я не благочестивый буддист, заботящийся только о Дхарме? Ты "так слеп, зная меня гак долго?» Фо Ин спокойно смотрел на него несколько секунд, затем улыбнулся и медленно сказал: «Су Дун По великий буддист, который утверждает, что объединенные силы Восьми Ветров едва ли смогут подвинуть его на дюйм, уносится теперь на другую сторону реки Янзцы одним лишь дуновением ветерка из ануса!»

Б: Однажды Император Ен посетил Мастера Чао Чоу, который даже не поднялся, увидев его приближение. Император спросил: «Кто выше — светский Владыка или Владыка Дхармы?» Чао Чоу ответил: «Среди человеческих королей я выше, среди королей Дхармы я также — выше». Услышав этот необычный ответ, король был очень доволен. На следующий день генерал посетил Чао Чоу, который не только поднялся с сидения при приближении генерала, но также оказал ему больше всякого гостеприимства, чем королю. После ухода генерала посыльные монахи Чао Чоу спросили его: «Почему Вы встали с сидения, когда человек низшего ранга пришел к Вам, и при том Вы так не сделали для человека самого высокого ранга?» Чао Чоу ответил: «Вы не понимаете. Когда люди наивысшего достоинства приходят ко мне, я не встаю с сиденья, когда они среднего достоинства, я встаю, когда они самого низко го достоинства, я выхожу за ворота принимать их».

В: Однажды. Чао Чоу и Вэнь Юань играли в споры. Они договорились, что выигравший спор будет проигравшим, а проигравший его — победителем. В качестве приза проигравший должен дать победителю какой-нибудь плод.

— Говори первый, — сказал Вэнь Юань Чао Чоу. Затем последовал такой разговор. Чао Чоу:

— Я осел.

— Я брюхо того осла, — сказал Вэнь Юань.

— Я навоз, который навалил осел.

— Я червь в навозе.

— Что ты делаешь в навозе?

— Там я провел свой летний отпуск.

— Хорошо. А теперь дай мне плод, — согласился Чао Чоу.

Следующий рассказ — типичный "анекдот, используемый Дзэн-буддистами-, чтобы высмеять тех лжеучителей; у которых нет подлинного понимания, а также тех невежественных учеников, которые слепо следуют трюкам фальшивых учителей Дзэн. Вот интересный рассказ, показывающий, как Дзэн может стать бессмысленной глупостью в руках неправедных (в наши дни это не очень редкий случай).

Г: Монах назвался «Мастером Молчания». На самом деле он был обманщиком и не имел истинного понимания. Чтобы продавать свой мошеннический Дзэн, он имел двух красноречивых монахов-прислужников, отвечавших на вопросы за него, но сам он никогда не произнес ни слова, как будто для того, чтобы показать свой непроницаемый «Безмолвный Дзэн». Однажды, во время отсутствия двух своих прислужников, к нему пришел странствующий монах и спросил:. «Учитель, что есть Будда?» Не зная, в смятении, что делать и как отвечать, он мог только в отчаянии смотреть вокруг во всех направлениях — на восток и на запад, туда и сюда, высматривая своих отсутствующих рупоров. Странствующий монах, явно удовлетворенный, спросил, его тогда: «Что такое Дхарма?» На этот вопрос он также не мог ответить, поэтому он сначала посмотрел на потолок, а затем на пол, призывая на помощь небо и ад. Монах снова спросил: «Что такое Сангха?» Тут «Мастер Безмолвия» ничего не мог сделать, кроме как закрыть глаза. Наконец, монах спросил: «Что такое благословение?» В отчаянии «Мастер Безмолвия» беспомощно протянул руки к вопрошавшему в знак капитуляции. Но странствующий монах был очень доволен и удовлетворен этим интервью. Он покинул «учителя» и отправился, путешествовать дальше. По дороге пилигрим встретил обоих монахов-прислужников, когда они возвращались домой, и начал с энтузиазмом рассказывать им, какое Просветленное существо «Мастер Безмолвия». Он сказал: «Я спросил его, что такое Будда. Он тут же повернул лицо к востоку, затем к западу, подразумевая, что люди всегда ищут Будду здесь и там, но в действительности Будду не надо искать ни на востоке, ни на западе. Потом я его спросил, что такое Дхарма. В ответ на этот вопрос он посмотрел вверх и вниз, подразумевая, что истина Дхармы это целостность равности; причем, нет различия между высоким и низким, тогда как в них можно найти и чистоту и нечистоту. В ответ на мой вопрос, что такое Сангха, он просто закрыл глаза и ничего не сказал. То был ключ к известной поговорке: «Если кто-то- может закрыть глаза и крепко спать в глубоких нишах облачных гор, то он великий монах». Наконец на мой последний вопрос: «Что такое благословение?» он протянул свои руки и показал мне обе руки. Подразумевалось, что он протягивал свои помогающие руки, чтобы проводить живые существа со своими благословениями. О, какой Просветленный Мастер Дзэн! Как глубоко его учение!» Когда монахи-прислужники вернулись, «Мастер Безмолвия» ругал их так: «Где вы были все это время? Некоторое время назад я был страшно смущен и почти уничтожен назойливым пилигримом!»

Четвертый пункт «искусства Дзэн» охватывает способ, которым Мастера Дзэн испытывают сообразительность своих учеников. Эти тесты принимают многие формы, включая и поведенческие, и словесные.

Поведенческие тесты проводятся посредством крайних и неожиданных действий, словесные тесты — так называемым «решающим словесным соревнованием» (по-китайски: chi feng wen ta). Последнее, вероятно, — самый популярный приём, применяемый всеми Дзэн-буддистами. Китайское слово wen значит «спрашивание», a ta — «ответ», так что wen ta — «вопрос-ответ» или в свободном переводе — «разговор». Но фраза chi feng довольно трудна для перевода. Буквально chi это «решающий», «критический» или «ключевое место» и т. д., a feng — это «кончик острого оружия». Так что «chi feng» буквально значит «решающая острая точка». Это доказывает, что в Дзэн «вопрос и ответ» острые и отточенные, подобнолезвиямдвух острых оружий, приставленных друг к другу. Поэтому «chi feng» подразумевает, что вопрос Дзэн подобен острой, как игла рапире, постоянно угрожающей пронзить сердце без жалости, и что, как только мучительный вопрос послан, его надо парировать, и мгновенно послать такой же отточенный ответ. Когда вопрос Дзэн задан, нет времени на логическое рассуждение или «поиск». Любой ответ, данный не мгновенно, спонтанно и без усилий, неприемлем для Дзэн. Поэтому, так как вопросы в Дзэн часто не имеют ответа и запутывают, то, когда ученик не может ответить немедленно, потому что старается найти правильный ответ посредством логического рассуждения, эта задержка во времени немедленно обличает недостаток внутреннего понимания. Таким образом, неважно, каким «правильным» может оказаться его ответ, он не будет принят Просветленным Мастером Дзэн. Поэтому это, «решающее словесное соревнование»— специальный прием, давно применяемый Мастерами Дзэн, чтобы проверять внутреннее понимание своих учеников. Просветленный должен суметь ответить немедленно, на сбивающий с толку вопрос, заданный ему, легко и без колебаний. Ответ должен быть как молния, как сверкающая искра, высеченная из камня. Нет места для «развития» п времени для «оформления».

В этом месте я хотел бы рассказать об одном моем разговоре, чтобы проиллюстрировать важность временного элемента в стиле разговора Дзэн. Недавно я встретил теолога и мы начали обсуждать буддизм, индуизм и другие религии. Он настаивал на том, что все религии на высшем уровне, в основном идентичны, и единственное различие между ними — семантическое. Он пояснил свое положение тем, что Мокша называется Нирваной в буддизме, тогда как «состояние Будды» называется Атман в индуизме и «божественностью» в христианстве.

— Великая Истина Одна, — сказал он, — все вещи вышли и вернутся к ней Великой и Единственной. Это можно излагать по-разному, но центральная Истина остается.

Я не хотел продолжать спор, который мог длиться бесконечно, поэтому я изложил ему старый коан Чао Чоу.

— Если все вещи должны вернуться в Единое, то куда должно вернуться Единое?

Теолог неожиданно смутился и не смог ответить. Но па следующий день он пришел ко мне и сказал:

— Теперь я знаю правильный ответ па ваш вопрос: все вещи должны вернуться в Единое — Единое должно вернуться всем вещам.

— Согласно Дзэн ваш ответ слишком запоздал. Вы бы давно получили 30 ударов, — ответил я.

— Если бы я ответил вам вчера немедленно, как бы вы прокомментировали? — спросил он.

— Теперь последуем традиции Дзэн и поднимем вопрос снова.

И я повторил свой вчерашний вопрос:

— Если все вещи должны вернуться в Единое, куда должно вернуться Единое?

— Оно должно вернуться всем вещам! На это я просто ответил:

— Какая никчемная чепуха!

Мой друг не делал больше замечаний, и обсуждение зависимости буддизма от других религий на этом и закончилось. Вот еще несколько историй, чтобы показать, как словесное состязание Дзэн используется для «проверки».

А: Юн Чжа, ученый школы ТяньТай, добился понимания через чтение «Вималакирти Сутры» без учителя. Чтобы найти Просветленного Мастера, который бы удостоверил его понимание, он пошел к Шестому Патриарху (Хуэй Нэну). Увидев Патриарха, он обошел вокруг него три раза, а затем встал перед ним, не оказав традиционных знаков почтения- Хуэй Нэн сказал:

— Предполагается, что монах повинуется правилам Трех тысяч Хороших Манер и Восьми тысячам Грациозных Поведений. Откуда это идет, что Ваше Преподобие высказывает такую гордость?

— Дело жизни и смерти великое, и скоротечность быстро охватывает человека, — ответил Юн Чжа.

— Почему тогда ты не проникнешь в Сущность Нерождения? [4] Не будет ли это скорейшим путём к освобождению?

— Сама Сущность есть нерождение, и освобождение — за пределами быстрого или медленного.

— Да, ты прав.

После этого Юн Чжа поклонился Шестому Патриарху, прощаясь, и хотел уйти. Но Хуэй Нэп остановил его и спросил:

— Не рано ли ты уходишь?

— Я никогда не двигаюсь с самого начала. Как я могу уходить слишком рано или поздно?

— Кто тот, кто знает неподвижное?

— Мудрец знает это сам по себе.

— О, ты действительно хорошо знаком со смыслом Нерождения!

— Если у нее нет смысла, как ее можно тогда понять? Понять ее — значит не обрести ее смысла.

— Хорошо сказано, хорошо сказано. Теперь останься, пожалуйста, в моем монастыре па ночь.

Если читатель тщательно поразмыслит над вышеприведенным диалогом, он найдет, что в каждом замечании Шестой Патриарх ставил ловушку Юн Чжа, но Юн Чжа, Просветленное существо, чувствовал эти ловушки и немрд-ленно менял свое положение атакованного па положение атакующего. Поэтому он получил высокую похвалу Шестого Патриарха.