Чтение онлайн

— Джер? Ты где?

— Тут я, тут.

— Ты думаешь, она согласится, если я ее приглашу?

— Ты об этом не у меня спрашивай, а у нее. И вообще, не согласится — не отчаивайся. Найдешь другую.

— Да ну тебя, — он не кричит. Улыбается. По-моему, сегодня в кабаке мы не досчитаемся Рива.

— На сколько я понимаю, твоя Эмма сейчас на парах, значит подарок вручать будешь вечером, при свечах, — Рив на меня покосился, толи укоризненно, толи мечтательно. — Сейчас оттащим ее к тебе в комнату, затем заглянем на пару. — Нет, я бы конечно предложил ее взять с собой, но думаю, она к вечеру потеряет товарный вид. Тем более у нас практика. Я бы даже сказал, огненная практика. Всему, что горит, там не место. Я сомневаюсь, что от кошки остался бы даже шашлык.

Рив был полностью со мной согласен. Он бережно положил ее на свою кровать, как сокровище мира, налил блюдце молока. Еще раз взглянул на кошечку и повесил на двери огромный пергамент, адресованный Фреду и Никасу, нецензурного содержание, но точно обрисовывающий смысл. Кто тронет кошку хоть пальцем, получит от доброго Рива огромную порцию огонька. Они, конечно, у него незлые ребята, но чувство юмора Ника даже меня иногда ставит в тупик. Некромант, он и светлый, некромант.

На паре нам были не рады. Странно, а мы так соскучились по нашему многоуважаемому профессору Логрусу, который и вел у нас практику. Честно, я даже так и сказал ему, на его предложение покинуть аудиторию. В кои-то веки людей потянуло на знания, а он? Хотя, он нам никогда не был рад. Уж как мы его любили! Не передать словами. Всю неделю ждали этого заветного часа, чтобы… чтобы оторваться по полной. Практикум по профилирующему предмету, в нашем случае, огню, предполагал использование огня во всех ипостасях. Сегодня на паре отрабатывались щиты огня второго уровня. Задача была поставить не простой щит, а щит наносящий подконтрольные слабые удары противнику. Как раз-таки с контролем получалось не у всех. Студенты разделились на пары. Один закидывал в другого малый огненный шар, от которого тот не только должен был защититься, но и уничтожить с помощью щита. Среди группы царил настоящий ажиотаж. Пять помощников профессора и еще около десяти саламандр пытались уследить за всем этим.

Война кончилась довольно давно. Я вот уже родился в мирное время, но магов не хватало. Раньше в Цитадели практика проходило иначе. Группами по три человека. С каждой группой магистры занимались отдельно, по индивидуальной программе. Сейчас такое было просто не возможно физически. Или процесс нашего обучение нужно было растянуть до старости или увеличить группы. Ректор пошел по второму варианту, за что я ему искренне благодарен, в отличии от профессоров.

Кстати о профессорах. Логрус добрый, просто не всегда знает, что с нами делать. Вот и сейчас он пустил нас на пару, предварительно заняв самый дальний угол. Одногруппники посторонились, выделив нам довольно большую территорию. Так-с. Позаимствовав у Рива учебник и конспект, пообещав в следующий раз обязательно припереть свой (правда не уточнив, какой из тех раз мой заветный следующий). Я углубился в изучение. Рив сопел над моим плечом.

Логрус несколько раз поднимал вопросов о нашем с Ривом разделение, но Ректор оставался молчалив к его просьбам. Честно, не знаю почему. Вообще мне нравилось заниматься в паре с Ривальдом. Мы друг друга понимали с полуслова. Нет, даже с одного взгляда. Вместе мы с легкостью сплетали новые заклятья и разбирали старые.

Вот и сейчас, не прошло и десяти минут как мы во всю швыряли огневики, азартно пытаясь задеть друг друга. Счет был много обещающий, 0:0. Потом нам это надоело, мы полистали учебник туда-сюда, почитали новые заклинания, понаблюдали за остальными. И с воплями «Посторонись!» — запустили большой огненный шар, с немного искаженной формулой. Он не мог причинить серьезного вреда, на нем уже был только что изученный щит со слабым, подконтрольным (направленным на все живое) снарядом. Максимум что он мог — это оставить маленький ожог. Но общественность-то не знала, и мы не спешили ее информировать. Все попадали. А под наш следующий крик «Не расколдовывается!», вся группа стала лихорадочно вспоминать все известные заклятья. Тогда я добавил шару скорость. Так что оставшиеся полчаса студенты и преподаватели усердно ставили шиты, пытаясь защититься от творения неучей. Дело в том, что от прикосновения нашей игрушки плохо поставленный щит падал и незадачливому студенту приходилось ставить новый. Но зато к концу пары в экстремальных условиях все освоили заклятья и получили отлы. Нам поставили уды и еще устроили выговор. Спрашивается, за что? Мог, между прочим, просто в самой начале игры погасить наш шарик.

Зато у наших ребят с чувством юмора все в порядке и поэтому, когда узнали, что опасности как таковой и не было, разразились хохотом, просили записать наше заклинание, но увы, мы его уже давно благополучно забыли. Всю следующую пару наши огневики, слегка подуставшие, взъерошенные, время от времени смеялись, припоминая как ползали по полу, натыкались друг на друга. Между прочим, мы с Ривом во всем этом тоже принимали участия. Я даже пару синяками обзавелся, пытаясь спрятаться от шара. Магистр никак не могла нас утихомирить и когда кто-то с последней парты крикнул «Не расколдовывается!» в классе поднялся оглушающий хохот. Ден покосился на меня, я только отмахнулся. Магистр покачала головой и на полчаса раньше закончила пару.

Весь курс дружно направился в трактир. Ни на что особо не рассчитывая, я позвал и Дена. Тот отказался. В моральной поддержке при сопровождении к ректору он явно тоже не нуждался. Даже мамонт позавидовал бы его спокойствию, а раз так я с чистой совестью направился со всеми. Привычно сдвинув столы вместе, мы расселись полукругом. Рив, как и ожидалось, не наблюдался. Разговоры медленно потекли своим чередом. Очень не хватало всей компании пива, за что ругали Ректора. Восхваляли подвиг Дена и вспоминали практику. На улице незаметно стемнело. Я почесал нос и определил время как девять. Курс потянуло танцевать. В трактире места не хватило, мы высыпали на улицу, прихватив заколдованные инструменты. Первым был медленный танец. Студенты разбрелись на пары. Немного подумав, я произнес простенькое заклинание и небо озарили искры. Стало совсем красиво. Красиво и романтично. Опять вспомнилась графиня, черт бы ее побрал. Настроение скатилось к минусу. Побродив еще туда-сюда для виду, я смылся.

Эх, любовь, любовь, какого черта бог тебя придумал? Под этим лозунгом я постучал в дверь. Комната осталась молчалива. Похоже, Ден все еще у Ректора или упер в свою возлюбленную библиотеку. Мысленно провозгласив тот же лозунг, я с некоторой опаской сделал привычный жест рукой, отпирающий мое заклятье. Если Ден возвращался и закрыл дверь на ключ, то… Да, ничего пойду дальше гулять.

Тэк-с. Дена не было. Дверь бесшумно распахнулась. Ну-ну. Недолго думая, я завалился спать. Но увы, сон не шел. Поворочавшись туда-сюда, я понял, что мой организм привык ложиться под утро и хандру хозяина воспринимает как личное оскорбление. Свеча безмолвно зажглась под моим взглядом. Не вставая, я дотянулся до сумки. Так, кто-то сведущий в вопросах о д/з говорил мне про отчет по исцеляющий магии. Посмотрим, посмотрим. Смочив перо, я стал писать. Если бы еще утром, кто-нибудь сказал, что вечером я добровольно примусь за уроки, над ним смеялся бы не только весь курс, но и все магистры вместе взятые!

На середине моего творческого порыва в дверь постучали. Как-то так нехорошо постучали, я бы даже сказал вежливо. К примеру, так мог постучать Ден, но тот никогда не забывал ключи и прекрасно знал мое отпирающее заклятье. Или Ректор, но точно не Рив.

Пока я размышлял, в дверь опять постучали. Как-то не решительно, словно прикидывая, туда ли стучат. Ладно, достали. Крикнув «Иду», я нацепил штаны и распахнул дверь. Ой! Я все еще сплю? Это была первая мысль, пришедшая мне в голову после секундного остолбенения. Вторая более четкая. Разве такие девушки бывают? Быстро заведя руки назад, я ущипнул себя. Больно.

Даже не знаю, как ее описать… Большие голубые глаза, я бы даже сказал цвета неба. Золотистые, слегка вьющиеся волосы по плечи. Аккуратный носик. Губки… так не будем задерживать взгляд, а то догадается, какие у меня мысли летают в голосе. Идеальная фигура. Белая блузка и совершенно неприличная юбка (по моему мнению), ниже колен. Профессорская юбка. Но… Я сражен. Может, в ее жилах кровь эльфов?

Только сейчас я заметил, что она заглядывает в полумрак комнаты, через мое плечо. Поймав мой вопросительный взгляд, она нерешительно спросила:

— А Денис Севельан? Здесь живет?

— Да, но его сейчас нет, — и где Ден познакомился с этой милашкой? Может так еще такие есть? — Он, наверное, в библиотеке.

— Его там нет, — растерянный взгляд.

— Значит у ректора. Его сегодня туда вызвали.

— А, — кивает она, но не интересуется за что. Значит, с Деном знакома недавно.

— Может что-нибудь передать? — так хочется что-то для нее сделать.

— А можно я ему записку напишу?

— Конечно! — широким жестом приглашаю войти, тут же зажигая все свечи. В комнате становиться светло и как-то не убрано. В основном, конечно, разбросаны мои вещи. Ден парень аккуратный. Но меня можно тоже понять, я же не ждал гостей.

Протягиваю ей перо, чернильницу и нахожу чистый кусок пергамента. Девушка склоняется над листком и быстро пишет несколько строк. Хоть тресни, не могу оторвать от нее взгляд. Она складывает пергамент пополам и чиркает «Денису».

— Спасибо, — преисполненный благодарности взгляд.