Чтение онлайн

Артур повернулся, посмотрел на неё сверху-вниз, на травинку у неё в губах, и сказал, дёргая глазом: “Разбуди его, он тебя накормит”. Затем король вернулся к лицезрению пейзажа.

Альфия помялась и сказала:

“Зачем я ему? Я…”

“Ему всё равно. Он не идиот, но, когда не хочет, не видит сквозь людей”.

Альфия удивилась и вытянула травинку из зубов.

“Ты действительно жалкое создание. Почему ты этим не пользуешься? Ври ему, используй его, жмись к нему как змея. Змея… Ты похожа на змею, только беззубую. Притворись глупым ребёнком”.

Артур грубо поморщился.

“И не приближайся ко мне. Меня от тебя воротит”.

Альфия кусала губы. Она шагнула назад, потом ещё раз и побежала в шатёр.

Артур вдохнул ветер. Внизу оживали войска. Ровные тени чередовались с белыми шатрами, и весь лагерь потому напоминал шахматную доску.

Странное чувство беспокоило Артура, как будто где-то внутри него запнулась маленькая шестерёнка. Он что-то упустил, проглядел какую-то возможность, безмерную глупость. Но где?

“Собирать войска, выше Величество?” Спросил рядом голос. За спиной Артура стоял Дюн, возле него — Альфия в голубом платье. Она с испугом глядела на короля и смущённо держалась поближе к ноге рыцаря. Мужчина незаметно улыбался.

“Собирай… У меня плохое предчувствие, готовься к битве”.

Хмурясь ответил Артур.

Дюн молча и задумчиво кивнул и пошёл вниз. Альфия с наигранным смущением побежала вслед.

Меж тем из шатра давно уже вышла Аркадия. Она и Артур проводила пару взглядами.

“Он педофил”. Кратно заключил Артур.

Арка безжалостно кивнула.

“По крайне мере умеет держать себя в руках”.

Арка было собиралась ответить, вернее кивнуть, как вдруг резко повернулась. Её бирюзовые зрачки сузились и потемнели.

Артур посмотрел в сторону города. Над ним поднимались клубы чёрного дыма.

В основании холма зазвучали крики.

Тросточка в руках мага затрещала.

Лагерь охватила суматоха. Дым был сигналом. Но к чему? Никто не знал. Но все готовились. Сперва следовало надеть латы, вопросы после. Рыцари выстроились напротив врат. Семь из восьми отрядов, отравленных караулить периметр стен, вернулись и влились в главные войска.

Дюн кричал приказы со своего коня, высота укрепляла авторитет мужчины.

Однако в нём, как и во всех остальных была скрытая тревога, и лишь когда показался Артура генерал расслабил плечи.

“Ваше Величество…” Начал он, но Артур поднял руку и посмотрел на ворота. Он думал.

“Таран ещё не закончен”. Прошептал Дюн.

Артур кивнул и раскрыл губы, но вдруг прищурился и ничего не сказал. Загремели скрытые цепи. Ворота пришли в движение.

Рыцари подняли копья. Артур сжал свою трость.

Ворота отворились.

За ними стояла сгорбленная старуха. Она тянула вперёд руки, костлявые и с кожей дряблой как у варёной курице. Золотистый ларец лежал в них. Голова старухи держалась прямо и презрительно бегала глазами по сторонам — казалось, её тоже положили на плоский поднос.

Ковыляя в припрыжку, старуха пошла вперёд.

Рыцари следили за каждым её шагом. Когда Артур вышел её встретить, они напряглись.

Он холодно обвёл старуху взглядом и остановился на ларце. Старуха сладко улыбнулась и открыла крышечку, пялясь на юношу с предвкушением.

Внутри среди бархатной обивки лежала две серёжки из красного золота с огромными белыми жемчужинами на конце. На жемчужинах были нарисованы голубые кружочки. В них больше не было былой глубины и пустоты.

Это были глаза.

В городе раздался оглушительный взрыв.

*********

Мария в своём лёгком белом сарафане сидела на балконе и наслаждалась видом белых улиц. Душистый ветер овевал её лицо, наполнял её пышные волнистые волосы и щурил голубые глаза. Девушка не улыбалась, на первый взгляд, но действительно в душе у неё была тихая улыбка. Город казался ей… закипающей кастрюлей. Скоро закончатся томительные минуты ожидания, люди выйдут и начнётся праздник.

Вскоре внимание девушки перешло к небу, по большей части голубому, но ещё синеватому на краю. Его дымка покрывала далёкие дома.

“Словно они сделаны из небесного кирпича… Кирпич выплавили из небосвода?”

Мария задумалась, взяла перо и записала несколько строчек в книжке, что лежала у неё на коленях. Служанки у девушки за спиною громко зевали. Их утомляла не только сонливость, но и безделье — её Высочество поручала им сопровождать её по утру. Потому что, как она говорила, одной невыносимо бороться против сна.

Мария же увлечённо писала, не заботясь ни о чём вокруг. Образ так спешил показаться на бумаге, что в один момент споткнулся и упал. Перо застыло. Нужно было мелодично закруглить фразу. Неловкая пауза.

Вокруг белого пера разрослась клякса. Мария снова посмотрела на город, сжимавшийся кольцом, и вдруг заговорила:

“Город — точка, мир вокруг…”

“Город точка, мир…”

Фраза ускользнула, дразня и виляя хвостом. Мария оставалась неподвижна, пока по сторонам от её неё не покатились два шарика. Она опустила взгляд. Это были головы её служанок.

Затем что-то плюхнулось рядом с ней на кресло, что-то с раскрытым ртом, с вывалившимся языком. Это был губернатор, Генри.

Повернувшись, Мария увидела кривое от злого смеха лицо старухи. В её ногах лежало ещё несколько голов. Она схватила одну за волосы и скинула с балкона. Промелькнули розовые волосы.

Возле старухи, в тени, стоял эльф с каштановыми волосами. Его серебристая броня казалась очень смешной и неловкой в темноте. У света чудесное свойство, как у сцены, придавать вещам строгость и затмевать нелепое. Мария отметила интересную мысль, отложила голову и вернулась к листу бумаги.

Она писала пока на него не закапала кровь. Пока грубые пальцы не вонзились в её глаза, кресло не сбежало, ноги девушки не подкосились и всё вокруг не померкло. Напоследок, она вдруг поняла, что вполне могла бы предупредить Артура, странного, нового Артура, что главный эльф был высокомерным и очень вспыльчивым идиотом, и что он вполне может пожертвовать всем своим войском чтобы самому сбежать, но напакостить сколько возможно.

Почему она ему этого не сказала?

Ах да, ей не терпелось вернуться к недочитанной книге.