Чтение онлайн

Вот и сибиряк был типичным стройматериальщиком: неглупый, с административными задатками, умеющий построить людей и поддерживать отношения. Но в упор не понимающий некоторых вещей, впрочем, как и большинство остальных пациентов банковской больницы.

– Давай я у тебя спрошу, – не без удовольствия продолжил неспешную беседу Юрьев, – какой мне лес купить?

– Ну, это смотря для чего, – пожал плечами сибиряк. – И сколько. И куда везти.

– Ага, – обрадовался банкир. – А ты спрашиваешь, в чём деньги держать. А я так тебе отвечу. Смотря сколько денег. Для чего. И главное – на какой случай.

– Ну нет. – Сибиряк посмотрел на Алексея Михайловича исподлобья. – Лес – штука конкретная. Скажем, для бани лучше кедр, он тепло держит и дух от него. Если дом, лучше из лиственницы, она не гниёт и стоит долго. Хозяйственное что-то – лучше сосна, можно и подешевле. А деньги, они и в Африке деньги. Их всегда не хватает. Как времени и оперативной памяти.

– Ошиба-а-а-ешься, дорогой. Это только так кажется, что деньги одинаковые. Вот зарплату платят одними деньгами. А взятки дают – другими. С виду бумажки те же, а на самом деле они разные. От одних людям польза и радость, а от других горе и тюрьма. В деньгах и душа имеется. Кого-то они любят и слушаются, к кому-то сами идут, а других ведут за собой, как серены в пучину, и губят. Да и размер тоже имеет значение. Ещё валюта. Одно дело – ярд деревянненьких, другое дело – штучка зелёных. Миллиард хранить надо одним способом, тысчёнку баксиков – другим. Ну как тебе лучше объяснить? Вот огурцы лучше в банку закатывать, а капусту в кадке квасить. Ферштейн?

Банкир по-дружески слегка троллил своего гостя. Однако не получал от своего занятия привычного удовольствия. Что-то мешало. И вот. ОНО. Юрьев почти физически ощутил укол в сердце. Замер. Обратился в чувства. Нет, наверное, не сердце. Оно так не должно. Что-то ещё. С утра. Всё утро банкира донимала безотчётная тревога. Причин для неё вроде бы не было. Но ощущение возможных неприятностей сверлило душу руководителя, как сверло дрели проникает в деревяшку. Щемящее чувство оказалось настолько острым, что Юрьев решил сегодня же позвонить в клинику, договориться насчёт комплексной проверки здоровья и внеплановой сдачи всех анализов. Банкир был человеком мнительным.

– Ну а какая разница? – подумав, спросил сибиряк. – Допустим, у меня есть полста тыщ баксиков, и я хочу их заначить – так, на случай… войны, допустим, – с ходу придумал он. – Или у меня есть лимон рубчиков, и я хочу их сохранить от бэмца. Когда банки посыпятся и экономика медным тазом навернётся. В чём разница-то?

Юрьев попытался улыбнуться. Задачка была смешная и могла отвлечь от неприятных эмоций.

– Раскинем мыслью. Полста тыщ баксов – сумма в твоих масштабах. Но если будет война серьёзная, то валюту, скорее всего, запретят. Могут и сдать заставить по смешному курсу. Было уже такое. Так что баксами твоими, если ты их налом хранить будешь, только печку топить останется. А если на счёт положишь, то тоже больше не увидишь.

– Соль, спички, валенки? – разочарованно протянул сибиряк.

– Крупа, мука, макароны, картошка, горючка, патроны, водка, махорка. Плюс камуфляж. Это и будут твои новые деньги. Их хоть на что-то менять можно будет. Деньги в военное время – это ведь не только ценный мех, но и вкусное мясо. И всё равно даже с этими запасами не факт, что выживешь. Бомба ядрёная прилетит и – ага. Мобилизуют тебя – и пиши пропало. А в бега дезертиром кинешься – найдут рано или поздно. И к стенке. Для войны денежки не треба. У савана карманов нету. Так что лучше в бизнес баксы свои вкладывай. Целее будут. Лес, он всегда лес.

Сибиряк почесал бровь.

– Н-да, – задумчиво крякнул он. – Похоже на правду. Если война, то всем писец. Ну хорошо, а с лимоном деревянненьких что делать, если войны не будет, а всё валиться начнёт, как в девяносто восьмом. Я тогда всё потерял. Вот и спрашиваю.

– Лимон – тоже деньги, хотя не Бог весть какие, если трясти начнёт. Купи тех же победоносцев золотых, зарой на огороде, как Буратино на поле чудес в стране дураков, и спи спокойно. Лет через сто внуки, может, найдут. Спасибо деду скажут. Если золото тогда не запретят.

– А могут? – с сомнением поинтересовался гость.

– У нас всё могут. И не такое бывало. Впрочем, у них – тоже.

– Значит, золото? – переспросил сибиряк.

– Ну, типа того. Если внукам что-то оставить хочешь. Кстати, извини за нескромный вопрос, а у тебя дети есть?

– Пока нет. – Сибиряк грустно вздохнул. – Но я планирую… Вот женюсь только.

– Ты давай не тяни с этим. Если до тридцати пяти не женился, то потом уже рано. Серьёзно, вкладывай деньги в детей. Самая лучшая инвестиция. Только никогда не женись на женщине, с которой можно жить. Женись на той, без которой жить нельзя. И лучше сразу рожайте. А то в браке без детей вместо них жена тебя воспитывать будет. Не рекомендую. При правильном воспитании дети в старости должны вернуть все затраты сторицей. И не только в материальном плане.

Банкир встал, достал из шкафа бутылку «Хеннеси» и два пузатых бокала. К алкоголю он был равнодушен, но пользу выпивки для общения признавал.

– По маленькой? – предложил он.

Сибиряк на секунду задумался, как бы вычисляя, не рано ли по сибирскому-то времени. Впрочем, Юрьев был уверен, что никакими вычислениями гость не занимается, а просто выдерживает паузу для приличия.

– Можно, – наконец изрёк он таким тоном, будто решалась судьба серьёзного дела. В каком-то смысле так оно и было: по его сибирским представлениям, совместное распитие предполагало что-то вроде взаимного признания друг друга настоящими мужиками.

– Видишь ли, дорогой мой человек, – сказал Юрьев, плеснув себе слегка, на донышко, а посетителю наливая побольше. – Каждый должен заниматься своим делом. За двумя зайцами погонишься – ни одного не поймаешь. Больному не рекомендуют самолечением заниматься, так и я бы не советовал самому свои денежки пристраивать. Если есть лишнее – отдай банку и не греши. Проценты по депозитам получать будешь. Они, конечно, инфляцию не перебьют, но хотя бы частично рост цен скомпенсируют. Если банк, разумеется, надёжный. Так что лучше пили деревья и старайся заработать больше, чем у тебя отгрызают цены, кризисы и прочие такие вещи. Ну а если что уж и случится, придётся всё потерять, то будешь не первым. И не последним. Люди, вон, теряли такие состояния, что нам и не снились. В революцию, например. В общем, делай, что должен, – и будь, что будет, – заключил он тем тоном, которым говорят тосты.

Гость всё понял правильно. Выпили.

– Так, значит, у советов нет ответов, – сказал сибиряк, не очень тщательно скрывая разочарование. – Деньги, по-твоему, сохранить нельзя. Или нужно столько всего до хрена знать, что дороже денег обойдётся… А деньги, значит, вам, банкирам, надо все сдать. Ловко придумано.

– Пойми, мы работаем с деньгами, как ты с лесом. Торгуем ими. – Юрьев сделал крохотный глоток из своего бокала. – У нас профессия такая. У одних берём дешевле, другим продаём дороже. Деньги Петрова даём Сидорову. На разницу и живём. Ну и много других услуг ещё оказываем. Тоже не бесплатно, разумеется. Раз пользуются нашим сервисом, значит, мы пока ещё нужны. А советы давать – дело неблагодарное. Порекомендуешь что-то, дальше дело пойдёт не так, на тебя обидятся. Потом, что русскому хорошо, то немцу смерть. Каждому своё нужно. Что для меня нормально, тебе может не пригодиться. Ну и так далее.

– А Петров Сидорову денег сам не может дать? Чтобы без посредников?

– Может. Но им ещё надо найти друг друга. А тут сразу ясно, куда идти. Видишь надпись «Банк» – значит, тут и дают, и берут. Правда, сейчас в Сети тоже можно кого угодно найти, но непонятно, можно доверить свои деньги человеку или конторе какой или нельзя. Одолжишь товарищу, а он не вернёт. Поссоритесь. Банкиры лучше знают, кому можно дать, кому – нет, какую сумму, на какой срок, на каких условиях, под какой залог. Это наш хлеб, и тут мы пока сто очков вперёд кому угодно дадим. Наша главная компетенция – управление рисками. Ты знаешь лес. Мы знаем клиентов. Как облупленных всех чувствуем. Человек ещё порог не переступил, а мы уже в курсе, можно давать ему денег или нет. Банкиры столько опыта накопили, что мама не горюй. Базы данных собрали. Но главное – знают, что спросить и где какие сведения взять. И умеют из данных, информации знания выжимать. Как масло из подсолнечника. На решения выходить. Да или нет. Тут нам равных пока нет. Короче, каждый должен заниматься своим делом, – повторил Юрьев.