Чтение онлайн

Рефлекторно отреагировав, она послала пулю в голову входящего темного силуэта, развернулась, пальнула с двух рук в грудь приблизившейся мишени. Выдох. Почти сразу же выстрел следующей мишени в голову.

Открывающаяся дверь!!! Только развернувшись снова,

Маша осознала, что открывающаяся дверь не являлась частью тренировки. Она в один прыжок пересекла полкомнаты, ударила по красной кнопке, останавливающей тренировку. Зажегся яркий свет, отключился звук, мишени уехали в свои ниши. На пороге комнаты лежал Игорь. Маленькое темно-красное, идеально круглое отверстие зияло в его переносице. Пустые глаза смотрели в потолок. Под головой расплывалось пятно крови.

Маша выронила пистолеты и закрыла лицо руками. Всё как в прошлый раз! Так не должно было случиться. Ни тогда, ни сейчас.

Маша расплакалась. Она вспомнила. Она – убийца.

Ребенок затих. Не совсем заткнулся, но хотя бы перестал орать, и стоит отдать ему должное, сделал это довольно быстро.

В общем, молодец, ведет себя по-мужски.

Они успели лишь въехать на первый подземный, и сейчас Максимыч аккуратно пробирался сквозь пустой лабиринт проездов с односторонним движением, перекрестков, ответвлений, и автобусных остановок. Ему виднее, конечно, он тут постоянно ездит. Владик неоднократно умудрялся здесь заблудиться, и наматывать круги, проходя несколько раз одним и тем же маршрутом.

Сейчас перед ними шел новенький ярко-красный семьсот двенадцатый “Москвич”, который хозяева уже умудрились “украсить” шторками с кистями под задним стеклом, ярко-красными же дисками и брызговиками. У некоторых людей очень особенное понятие красоты. Сам Владик предпочитал вообще ничего не менять во внешнем виде автомобиля. И в технической части тоже. То, что работает, трогать не надо.

Проходи техобслуживание регулярно, и всё.

У выезда из высотки мигали огнями машины милиции и “скорой”. “Москвич” остановился около милицейской “Победы”. Толстый мужик в форме оторвал задницу от крыла, и наклонился над окошком “Москвича”. Переговорил о чем-то, кивнул, взглянул в их сторону, и постучал по крыше “Москвича.

Проезжай, мол.

Максимыч медленно рулил к выезду, расцвеченному всполохами мигалок. Владик внезапно вспомнил, что оставил плащ в багажнике, и почувствовал, что зря он это сделал. Он взглянул на Максимыча. Обернулся к Маринке с Тамарой Георгиевной и пацаном. О!

– Слышь, Серый, шапочка нужна? – спросил он у мальца.

Малыш поднял на него заплаканные непонимающие глаза.

– Я возьму ненадолго. – Владик быстро, но довольно осторожно снял панамку с удивленного мальчика, и повесил её на торчащие между ног стволы ТГ.

– Владик! – раздался сзади укоряющий Маринкин возглас.

– Я знаю, Марин. Я потом три шапки ему куплю: на зиму, на лето, и на осень… Ладно, хрен с ним, четыре! И на весну.

– Владик!!! – Маринка звучала всё более осуждающе.

– Что не так? – Владик намеки не понимал вообще, да и не та ситуация, чтобы в угадайки эти бабские играть.

– Ну тут же ребенок! А ты что говоришь?

– А, б… – Владик осекся, и хлопнул себя по лбу.

Максимыч тем временем затормозил, повинуясь взмаху жезла. Толстый милиционер с лейтенантскими погонами наклонился над окном, заглянул в салон. Максимыч открыл дверь.

– Лейтенант Добролюбов, – утомленным голосом представился милиционер, – доброй ночи!

– Доброй! – ответил Максимыч.

– Права, документы на машину есть с собой?

– Конечно. – Максимыч откинул солнцезащитный козырек, вытащил из кармашка документы и протянул лейтенанту.

Тот пробежал глазами, вернул назад. Снова заглянул в салон.

– Сигнал поступил, что вы оружие везете, граждане.

Вот скотина жирная! Ментам слила! Ну попадется она еще, земля круглая. Владик подавил поднимающуюся злость.

– Да ну, что вы! У нас тут женщины, дети. Какое оружие? – постарался он придать максимум искренности голосу.

– А это у вас что такое?

– Спортивные снаряды. Гантели там всякие, и всё такое, – ляпнул Владик самое очевидное, что пришло в голову, и показал лейтенанту находящуюся под рукой булаву. – Во!

Лейтенант, судя по взгляду, ни разу не поверил. Он тяжело вздохнул, устало взглянул Владику в глаза. Ну понятно, у парня своих проблем, по ходу, выше крыши, а лишние не нужны. Был сигнал, он отреагировал, информация не подтвердилась. Тем более, что, в отличие от Владика, Максимыча с женщинами и мальчиком вообще нельзя было заподозрить ни в чем противоправном.

– Понятно, – сказал милиционер. – Счастливого пути!… И берегите себя, – неожиданно прибавил он.

– Постараемся. – Максимыч завел мотор. – Вам тоже удачи!

Но лейтенант уже отходил к своей “Победе”.

Максимыч выехал на Московское шоссе, и прибавил газу.

Дорога была довольно оживленной для ночи между выходными.

На север, в сторону Москвы, шел редкий поток автомобилей. В основном, легковушки, груженые всяким скарбом. Не один Владик решил уехать из города пока не началось. Набрав скорость, “Победа” перестроилась в крайнюю левую полосу. Максимыч включил радио. Повращал колесиком, настраиваясь на одну из местных музыкальных станций. К удивлению, вместо музыки, голос диктора зачитывал сообщение: “… Если Вы или кто-либо из Ваших родственников заражен, необходимо изолировать больного в отдельном помещении, с возможностью запереть его. После этого, сообщите о наличие зараженного по телефонам службы спасения, милиции, или “скорой помощи”, и ждите приезда медицинской бригады. Ни в коем случае не выпускайте зараженных их запертого помещения. Не покидайте своего жилища без крайней необходимости. Запритесь у себя дома, и ожидайте дальнейших сообщений. Повторяем, в Орле произошла вспышка атипичного бешенства. В город прибывает медицинская помощь, помощь служб гражданской обороны, развернуты мобильные госпитали. Ситуация находится под контролем. Если вы, или кто-либо из Ваших родственников…”

– Гляди-ка, по радио объявили. – удивился Максимыч. – Ну, сейчас начнется.

– Угу, – подтвердил Владик.

Он порадовался, что успел забрать Маринку с роднёй до объявления по радио. Услышав трансляцию, большая часть орловчан ломанется на трассы, и к гадалке не ходи. Естественно, начнется столпотворение и пробки. И если в толпе окажется хотя бы пара мертвяков, а они окажутся, их уже по всему городу навалом, то всё, аллес, шансы на выживание нулевые.

Неожиданно, Владику в голову пришла ценная мысль.

– Владимир Максимыч, а что у нас с бензином? – спросил он.

– Да с полбака будет.

– Давай-ка завернем на заправочку, зальемся по полной. Кстати, канистры есть?

– В багажнике болтается одна. На десять литров.

– И её тоже. На всякий случай.

Максимыч принял вправо, ушел в крайний ряд, и свернул на заправку, одну из двух стоящих на по обеим сторонам дороги на выезде из города. Он подрулил к свободной колонке. Владик снова порадовался, что вовремя выехали. На заправке почти не было машин. Зато у выезда стоял красный “Москвич” с характерными красными брызговиками и шторками на заднем стекле. Около него суетился мужичонка, протирал фары и ветровое стекло.

Владик недобро ухмыльнулся.

– Я на пару минут, – сообщил он сидящим сзади женщинам, и вышел из машины.

Гатлинг он решил с собой не брать. Много чести. А вот булава будет как нельзя кстати. Быстрым шагом подойдя к

“Москвичу”, он отвел булаву в сторону и со всего размаху обрушил её на задний фонарь машины. С громким треском во

все стороны брызнули осколки красного и оранжевого пластика.

Владик опустил булаву на второй задний фонарь, разнес его вдребезги, заодно помяв крыло.