Чтение онлайн

Каморка Роппа была в низком одноэтажном здании, притулившемся сбоку ряда эллингов. В тени их грандиозности Шпатц этой постройки по началу даже не заметил. В комнате Роппа ничего, кроме топчана, небольшого стола и стула не было – просто спальня на тот случай, если он остается ночевать на люфтшиффбау. На топчане лежала скатка из постельных принадлежностей, на столе – миска и кружка. Разговора о подробностях работы в транспортном департаменте Шпатц не опасался – он знал достаточно со слов Мозера, чтобы выдержать даже самый пристрастный допрос. Семейную же историю сочинил незамысловатую – тайный роман с дочкой начальника, которого его кандидатура не устроила, что и привело к плачевным последствиям для карьеры. Крамм не раз объяснял, что чем проще вымышленная биография, тем легче в нее верят.

– Знакомая история, – Ропп наклонился и нашарил в сумке-мешке под столом плоскую стеклянную фляжку. – Один необдуманный поступок, одна подпись на невзрачной бумажке, несколько сказанных шепотом слов – и вот ты уже нет у тебя никаких перспектив и никакой карьеры.

– Надеюсь, что для меня еще не все потеряно, герр Ропп, – Шпатц взял из рук Ропща фляжку и сделал глоток шнапса. Поморщился, и с благодарностью кивнул.

– Неожиданный выбор места работы, Грессель.

– Это получилось случайно, герр Ропп. Я просто взялся за первый попавшийся вариант, даже не разглядывая предписания. Но сейчас понимаю, что мне повезло.

– Повезло? – Ропп засмеялся. – Какие чудеса творит вовремя выпитый глоток шнапса. Разве этого испуганного воробушка я снял не более получаса назад из-под потолка?

– Не смейтесь, герр Ропп. Да, я здорово устал, мои руки не привыкли к тяжелой работе, да и на высоте я, оказывается, не такой смелый, как думал, – Шпатц посмотрел на свои многострадальные ладони. – Но люфтшиффы – это что-то удивительное. И сейчас, когда я чувствую, что в одном из этих небесных исполинов уже есть частичка моего труда, мне хочется собой гордиться. Хм… Как-то чересчур романтично звучит, да?

– Ну почему же… – Ропп перестал улыбаться. – Я понимаю, о чем ты говоришь. И наверняка каждый, кого ты сегодня видел в эллинге, понимает.

– Наверное, я бы хотел сделать здесь карьеру…

– А ты хороший парень, Грессель, – Ропп хлопнул Шпатца по плечу. Потребовалось немало усилий, чтобы не сморщиться от боли в сломанном ребре. – Если выдержишь, можешь далеко пойти. Тебе надо поторапливаться, чтобы успеть на последний ластваген. Я присмотрю за тобой, чтобы больше ты случайно не полез куда-то повыше.

Шпатц смотрел в окно на сгущающиеся сумерки. Отчасти он был собой доволен. Хотя бы в том, что остался в живых, а не валялся на полу эллинга мешком сломанных костей. С другой – ругал себя и Крамма за легкомыслие. Оконное стекло холодило ушибленную скулу, болели сбитые ладони, даже дышать было больно. Еще и свидание это завтра… Проклятье. Отличный же из него получится соблазнитель – со сломанным ребром, разбитой губой и синяком во всю скулу. Шпатц невесело усмехнулся и оглядел немногочисленных пассажиров последнего ластвагена из люфтшиффбау. Парочка сонных клерков из бухгалтерии, парень в форме полетного механика, наверное из испытателей, двое оберфельдфебелей. Все рабочие дневной смены уже уехали. Вечерняя смена остается ночевать в эллингах и уезжает утренними ластвагенами. «Хорошо, что завтра я не работаю», – подумал Шпатц и снова стал смотреть в густые сумерки, неспешно превращающиеся в темноту.

Проснулся Шпатц поздно. Солнце пробилось сквозь непредусмотрительно оставленную щель в занавесках. Шпатц чихнул и тут же скривился от боли в ребре. С вечера он как смог перетянул льняным полотенцем корпус, чтобы не будить самого себя неосторожными движениями во сне. Обнаружил еще несколько ссадин и синяков на боках и ногах. Поднялся с кровати, сделал несколько осторожных движений, разминая мышцы. Пришел к выводу, что все не так уж и плохо. Но попенял себе, что забросил физические упражнения – так и жирком обрасти недолго. Пообещал в ближайшем будущем исправить это упущение и посмотрел на часы. Почти полдень. Через час должен был зайти Флинк, они договорились вместе пообедать.

Шпатц выглянул в окно. Мобиль Крамма стоял рядом с конторой, значит его начальник был на месте. Шпатц подумал, что надо бы пойти отчитаться, но настроения обсуждать свой провальный первый рабочий день не было. Хотелось есть.

– Герр Макс Вангенхайм? – Шпатц обернулся, почувствовав на своем плече легкое касание. Обладательницей низкого грудного голоса оказалась невысокая блондинка с весьма женственными формами. На вид ей было лет двадцать пять.

– Фрау штамм Эйхендорф? – Шпатц встал из за столика и вежливо поклонился. Его ребро тут же отозвалось болью. То, что дама из вервантов Шпатц узнал практически перед самым выходом из дома. И чуть было не отказался. Но Флинку опять как-то удалось его убедить. Сначала он объяснил, что в его синяке и разбитой губе нет ничего страшного, так даже романтичнее – всегда можно сочинить для дамы героическую историю о схватке с хулиганами, напавшими в подворотне на беззащитную старушку. Что до остальных травм, то на сегодняшнем свидании вполне можно ограничиться романтичным ужином, не переходя к активным физическим действиям. Все-таки, дама воспитанная и вряд ли набросится на Шпатца прямо в ресторане…

– Вы даже красивее, чем я ожидала, – фрау протянула руку и едва коснулась подушечками пальцев обезображенной кровоподтеком скулы Шпатца. – Рада, что ты не отменил свидание. Ты мне нравишься даже с таким… узором на лице.

– Вы… Ты… Извините, фрау штамм Эйхендорф… – Шпатц почувствовал, как его щеки начинают гореть. – Мы уже давно на ты в письмах, но я не ожидал, что вы… Ты окажешься настолько красивой, фрау Дагмар.

– Это так мило, герр Макс, – Дагмар стрельнула глазами в сторону стула.

– Ах, да, я настолько ослеплен, что совсем забыл про вежливость, – Шпатц отодвинул стул, приглашая даму садиться. Потом обошел стол и устроился напротив. – Я заказал игристое вино, но что касается блюд…

– Я совсем не голодна, – Дагмар наблюдала за струей вина, льющейся в ее бокал. Ее тонкие пальцы с длинными ногтями поглаживали серебряную вилку.

– Ты же писала, что это твой любимый ресторан… – во всяком случае, так сказал Шпатцу Флинк, когда рассказывал о месте будущего свидания. – Здесь восхитительно готовят рыбу.

– Сейчас я бы предпочла оказаться где-нибудь в другом месте, – принимая бокал, она невзначай коснулась руки Шпатца и погладила его пальцы. Сделала небольшой глоток, оставив на хрустале полукруглый след красной помады. – Разве ты не чувствуешь того же, герр Макс?

– Невежливо уходить вот так сразу, – Шпатц накрыл ее ладонь своей рукой. Дагмар неотрывно смотрела в его глаза поверх бокала. У Шпатца заныло сломанное ребро.

– Ты такой милый, герр Макс… – Шпатц почувствовал ее ступню на своем бедре. Проклятье. Она была очень соблазнительная. Глубокий вырез пурпурного платья притягивал его взгляд, ее касания «искрили» и вызывали ответное «шевеление» в определенных частях тела. Но почему-то вместо очаровательной фрау Дагмар он видел перед собой копию Ирмы. Вульгарную и пресытившуюся, оценивающую его как кусок аппетитной вырезки в лавке мясника на углу. Шаловливая нога фрау Дагмар коснулась ушибленной вчера части его бедра. Шпатц вздрогнул и склонился вперед.

– Мы можем заказать десерт и вызвать мобиль, фрау Дагмар… – Вообще-то больше всего ему сейчас хотелось сослаться на занятость, стряхнуть с себя руки и ноги Дагмар, которые почему-то ощущались липкими, вежливо попрощаться и уйти. «Кажется, я слишком щепетилен для человека, который вчера весь день таскал тачки», – подумал Шпатц.

– Мы попросим официанта упаковать вишневый пирог и еще две бутылки игристого с собой…

Квартира фрау Дагмар занимала три верхних этажа высотного жилого дома на Мейнштрассе. Разглядеть внутреннее убранство Шпатцу не удалось – окна были закрыты плотными шторами, светильники выключены. Он осторожно поставил бумажный пакет, в который предупредительный официант упаковал их заказ, присовокупив комплимент от заведения – коробочку с крохотными пирожными. Сжал гибкую талию прильнувшей к нему Дагмар и ответил на ее поцелуй. Еще раз подумав, что позорное дезертирство из ресторана было бы куда более разумным действием.