Чтение онлайн

3. «Жуткие репрессии» 1937–39 гг. не оказали сколько-нибудь заметного влияния на демографические показатели: никаких аномалий в приросте населения страны в эти годы не было. Это значит, что репрессии, вопреки распространенному среди антикоммунистов мнению, не были «массовыми»: они затронули, в основном, тонкий слой партийной и управленческой элиты.

4. Уменьшение численности населения СССР в 1927–1953 гг. было лишь однажды — в 1933 г. Это говорит об эффективности советской власти, которая быстро справилась с косившей людей бедой (голодом) и не допустила ее повторения в последующие годы. В современной России власть пока ничего не может поделать с продолжающейся с 1993 г. убылью населения страны.

Итак, бесстрастные цифры демографической статистики свидетельствуют, что никакого «Большого террора» в природе не существовало. Была тщательно спланированная и успешно осуществленная с помощью Р. Конквеста дезинформационная спецоперация «холодной войны» — «Большая Ложь об СССР». А наши простаки (или гнусняки?) типа Григория Явлинского с легкостью поверили в эту чушь и время от времени гневно бормочут о «Большом Государственном Терроре».

«Большую Ложь об СССР» до сих пор любовно лелеют враги Советского Союза: она дает им возможность обвинять весь советский народ в поддержке «бесчеловечной тоталитарной системы», и периодически требовать от нас покаяния. Очередной раз это требование в виде призыва к «самоосмыслению» прошлого высказал один из ярых проповедников Большой Лжи Александр Солженицын в интервью журналу «Шпигель», выдержки из которого опубликованы в «Комсомольской правде» от 31 июля 2007 года.

Полагаю, Александру Исаевичу следует начать с себя. Если он честный человек, то в процессе «самоосмысления» своего прошлого должен:

— покаяться в распространении лживых, в десятки раз превышающих реальные данные (это документально доказано в работах В. Н. Земскова, А. Н. Дугина, В. Ф. Некрасова и др.), сведений о числе погибших от репрессий советской власти;

— отозвать из библиотек мира и уничтожить все экземпляры книги «Архипелаг ГУЛАГ», в которой обнаружено (об этом см., например, книгу В. Бушина «Александр Солженицын») опасное для нравственного здоровья людей (в первую очередь, для населения России) содержание духовного яда: исторической клеветы, искажений и грязных домыслов;

— повиниться перед всем миром в соучастии в убийстве великой советской цивилизации, что привело к продолжающейся по сей день деградации и вымирании населения России: среднегодовые «неестественные» потери российского населения в 1992–2006 гг. в 2,5 раза выше, чем потери населения СССР в 30-е годы прошлого века с их «страшным голодом», «ужасами коллективизации «и «чудовищными репрессиями»;

— установить на свои нажитые неправедным путем финансовые средства во всех регионах России памятники миллионам жертв политических и экономических репрессий постсоветского периода: погибших и искалеченных в межнациональных, религиозных, этнических и криминальных войнах и конфликтах, беженцев, вынужденных переселенцев, бомжей, неграждан, «раскулаченных» пенсионеров, инженерно-технических и научных работников, учителей, врачей и т. д.;

— завершая «самоосмысление», уйти в монастырь и до скончания века замаливать свою великую вину перед народами России.

Как-то, еще в 2000 году, в телепередаче о Владимире Ивашове один из ее участников заявил, что, мол, советским поколениям, кроме взятия рейхстага, и гордиться-то нечем. Это утверждение — своеобразное признание антисоветчиков, что, несмотря на десятилетнюю беспрецедентную по лжи и злобе кампанию против Страны Советов, им пока не удалось уничтожить народную память о Великой Победе. Но это пока. Всевозможная новодворская нечисть на телевидении и в прессе настойчиво и последовательно убеждает народ, что война 1941–1945 гг. не была ни «великой», ни «отечественной». Для принижения подвига советского народа в Великой Отечественной войне особенно ожесточенным нападкам подвергается ее начальный период и в общественное сознание активно внедряется версия о «чрезмерной цене Победы».

Трагическое для страны начало Великой Отечественной войны враги советской власти атакуют в двух направлениях: с одной стороны порочат священное дело защиты Родины, а с другой — извращают причины тяжелых поражений Красной Армии летом 1941 года.

По первому направлению антисоветчикам пришлась кстати старая геббельсовская ложь о превентивном характере войны: Германия напала на СССР якобы потому, что СССР готовился напасть на Германию. Эту «лапшу» Гитлер 22 июня 1941 года повесил на уши немецкому народу, но после войны в течение почти 50 лет о геббельсовской байке никто не вспоминал. Но на пике «холодной войны» наши враги часто пользовались приемами Геббельса. Вспомнили они и о версии превентивности войны Германии с СССР. И запустили ее в подправленном виде в информационное пространство через предателя и перебежчика Владимира Резуна, пишущего под псевдонимом Виктор Суворов. Это самый Резун-Суворов написал книги «Ледокол» и «День-М», в которых «доказывает», что Сталин готовился напасть на Германию 6 июля 1941 года, но Гитлер его опередил на две недели{32}.

В начале 90-х годов книги Резуна были изданы в России миллионными тиражами, а его версию начала войны наши «демократы» (Гавриил Попов, Юрий Афанасьев, Эдвард Радзинский и др.) поспешили признать истинной.

Но быстро выяснилось, что версия Резуна построена на подтасовках, передергиваниях и просто лжи. Его книги «Ледокол» и «День-М», наряду с множеством вопиющих фактических ошибок, являют собой образец извращенной логики, которую я называю «туземной»{33}. Шестьсот страниц этих книг могут служить пособием для изучения логических ошибок различных видов. Источниками этих ошибок являются широко используемые В. Резуном туземные приемы «доказательств», которые можно объединить в три группы: туземный отбор фактов, туземная трактовка фактов и туземное цитирование.

Туземный отбор фактов. Факты, не укладывающиеся в заданную версию, либо игнорируются, либо искажаются. Примеры туземного отбора фактов В. Резуном при обосновании «агрессивного» характера разрабатываемой в СССР перед войной боевой техники во множестве приведены в книгах Помогайбо А. А., Исаева А. В., израильского историка Г. Городецкого и др. Два примера из другой области доказательств.

В «Ледоколе» приводится мнение Кейтеля и Йодля о превентивном характере войны с СССР со стороны Германии. Но Резун «не заметил», что на Нюрнбергском процессе Кейтель от этой версии отказался и утверждал, что был против войны и даже составил по этому поводу меморандум, призывая Гитлера не нападать на СССР. Вообще, несмотря на несомненную выгодность с точки зрения защиты, версию о превентивном характере войны с СССР, кроме Йодля, никто из высших чиновников и генералитета нацистской Германии на Нюрнбергском процессе не упоминал. Эта версия была настолько неправдоподобна, что подсудимые не решились ею воспользоваться.

После войны побежденные немецкие фельдмаршалы и генералы принялись за мемуары, в которых старались обелить свои действия, показать себя с самой лучшей стороны. Но никто из них даже не пытался оправдать нападение на СССР его агрессивностью в 1941 году. Бывший начальник разведывательного управления генерального штаба германских сухопутных сил генерал пехоты Курт фон Типпельскирх в книге «История Второй мировой войны», рассматривая состояние вооруженных сил Германии и СССР в 1941 году, писал: «…То, что Советский Союз в скором будущем будет сам стремиться к вооруженному конфликту с Германией, представлялось в высшей степени невероятным по политическим и военным соображениям; однако вполне обоснованным могло быть опасение, что впоследствии при более благоприятных условиях Советский Союз может стать весьма неудобным и даже опасным соседом. Пока же у Советского Союза не было причин отказаться от политики, которая до сих пор позволяла ему почти без применения силы добиваться замечательных успехов».

Такого же мнения придерживался и один лучших немецких полководцев фельдмаршал Эрих фон Манштейн, написавший в книге «Утерянные победы»: «Более всего будет соответствовать правде утверждение о том, что развертывание советских войск начавшееся уже с развертывания крупных сил еще в период занятия восточной Польши, Бессарабии и Прибалтики, было «развертыванием на любой случай». 22 июня 1941 года советские войска были, бесспорно, так глубоко эшелонированы, что при таком их расположении они были готовы только для ведения обороны…Конечно, летом 1941 года Сталин не стал бы еще воевать с Германией».

В книге «День-М», доказывая, что Гитлера к войне «вынуждал» Сталин, В. Резун утверждает, что Гитлер гораздо позже Сталина начал перевод промышленности на военные нужды: «Гитлер… отвоевал более двух лет, а потом начал мобилизацию промышленности на нужды войны». Это откровенное искажение фактов: милитаризация экономики Германии началась практически сразу же после прихода Гитлера к власти. Вот квалифицированное свидетельство высокопоставленного немецкого чиновника — бывшего начальника военно-экономического штаба германского имперского военного министерства генерал-майора Георга Томаса. В лекции, прочитанной на курсах штабных инструкторов 28 февраля 1939 г., он говорил: «Вскоре после захвата власти национал-социалистическое государство реорганизовало все области германской экономики и обратило ее к военным целям…».