Чтение онлайн

– В дом! Пусти меня в дом! В твою постель. Пол почти не слышал собственных слов, только биение крови в висках.

Когда его зубы легко царапнули ее шею, Джулия чуть не сдалась, но сумела взять себя в руки. Стоп! Прежде всего ответственность. Осторожность. Сдержанность.

– Нет. – В одном коротком слове сплелись годы воздержания и болезненные воспоминания. – Это не то, чего я хочу.

Обхватив ладонями ее лицо. Пол заметил, что тоже дрожит.

– Джулия, ты не умеешь лгать.

Вцепившись в сумочку мертвой хваткой, она смотрела на него во все глаза. Он выглядел очень опасным. Безрассудным. Неотразимым! Она не имеет права поддаваться порыву. Она должна восстановить самообладание.

– Это не то, к чему я стремлюсь. – Ей пришлось дважды дернуть ручку, чтобы открыть дверцу. – Ты совершил ошибку, Пол.

– Кто бы сомневался, – прошептал он, когда Джулия исчезла в доме.

Джулия прислонилась к закрытой двери, глубоко вздохнула несколько раз, чтобы успокоиться, затем выключила свет, оставленный для нее Сесиль, и поднялась наверх.

Сесиль крепко спала в свободной комнате. Джулия остановилась в дверях спальни напротив.

Вид спящего сына успокоил ее гораздо быстрее дыхательных упражнений и убедил в правильности сделанного выбора. Она не позволит плотским желаниям, какими бы сильными они ни были, разрушить то, что она построила. В ее жизни не будет никаких Полов Уинтропов. Никаких обаятельных любовников, возбуждающих, соблазняющих и исчезающих навсегда.

Джулия расправила одеяло Брэндона и ушла к себе. Дрожь началась снова, и Джулия с проклятием швырнула сумочку на кровать. Сумочка соскользнула с покрывала, раскрылась, содержимое рассыпалось. Джулии захотелось ногами раскидать все по комнате, но она опустилась на колени, подобрала пудреницу, расческу, бумажник.

И сложенный листок бумаги.

Странно. Когда она уходила из дома, в сумочке не было этого листка.

Джулия развернула листок, вздрогнула и вцепилась в край кровати.

"НЕ ЗНАЯ БРОДУ, НЕ СУЙСЯ В ВОДУ».

Оставив разбросанные мелочи на полу, она присела на кровать. Что это значит, черт побери? И что, черт побери, ей с этим делать?

Джулия отправила Брэндона в школу. В надежном «Вольво» с Лайлом за рулем ее сын будет в безопасности.

Не о чем, совсем не о чем беспокоиться. Она повторяла это снова и снова всю бессонную ночь. Пара глупых анонимок не может повредить ни ей, ни Брэндону. Однако насколько было бы легче, если бы она смогла докопаться до истины! И именно это она собиралась сделать немедленно…

Когда автомобиль исчез из виду, Джулия, чуть дрожа от утренней прохлады, закрыла парадную дверь. Из кухни доносились бодрая музыка, звон посуды и голос Сесиль, подпевающей Джанет Джексон. Джулии не хотелось признаваться даже самой себе, но эти беззаботные звуки раздражали ее по одной простой причине: они означали, что она не одна.

Согревая руки о чашку с недопитым кофе, Джулия прошла в кухню. Сесиль вытирала тряпкой рабочий стол, притопывая в такт музыке.

– Отличный завтрак, мисс Саммерс. Я и представить не могла, что вы сами готовите.

Еле разлепив еще тяжелые со сна веки, Джулия подлила кофе в свою чашку.

– Почему?

– Ну, вы знамениты, и все такое. Джулия усмехнулась, с удивительной легкостью избавившись от смутных тревог.

– Разве что стала знаменитой, пообщавшись вчера со звездами.

Сесиль вздохнула. Огромные синие глаза словно стали еще больше и засияли еще ярче.

– Было здорово?

Джулия вспомнила, как танцевала с Полом, как проснулась в машине от его жарких поцелуев. И чего уж кривить душой, ее влекло к нему с какой-то первобытной силой.

– Было… необычно.

– Правда, мистер Уинтроп великолепен? Каждый раз, когда я разговариваю с ним, у меня пересыхает горло, а руки трясутся.

– Он из тех мужчин, кого трудно не заметить, – сухо сказала Джулия.

– Еще бы! Женщины с ума по нему сходят. Не помню, чтобы он дважды привозил сюда одну и ту же. Они просто гоняются за ним. Вы меня понимаете?

– Еще бы! – У Джулии было собственное мнение о мужчинах, беззаботно порхающих от женщины к женщине. – Похоже, он очень предан мисс Бенедикт.

– Конечно. Думаю, он все для нее сделает, кроме того, чтобы жениться и подарить внуков, о которых она мечтает. – Сесиль прислонилась к столу, смахнула с глаз длинную челку. – Странно думать о мисс Би как о бабушке.

Странно – не то слово, подумала Джулия. Скорее, невероятно.

– Как долго ты работаешь у нее?

– Строго говоря, пару лет, но я болтаюсь тут, сколько себя помню. Тетя Дотти разрешала мне приходить сюда по выходным и летом.

– Тетя Дотти?

– Тренере.

– Треверс? – Джулия чуть не поперхнулась кофе, представив суровую подозрительную домоправительницу рядом с экспансивной Сесиль. – Треверс – твоя тетя?

– Да, старшая сестра моего папы. Треверс – сценическое имя. Она снималась в кино в пятидесятых, но так и не прославилась. Она уже целую вечность работает у мисс Би. Немного странно, когда подумаешь, что они были замужем за одним и тем же мужчиной.

На этот раз Джулии хватило ума отставить чашку.

– Я правильно расслышала?

– Энтони Кинкейд, – пояснила Сесиль. – Вы же знаете, режиссер. Тетя Дотти вышла за него замуж первой. – Сесиль взглянула на часы, и ее ленивой позы как не бывало. – Боже, мне пора бежать! У меня занятия в десять. – Она бросилась в гостиную за своими книжками и сумкой. – Завтра я сменю постельное белье. Можно, я приведу младшего брата? Он очень хочет познакомиться с Брэндоном.

Джулия автоматически кивнула, все еще переваривая услышанное.

– Конечно. Мы будем рады.

Сесиль ухмыльнулась и бросилась к двери.

– Скажете мне это после того, как побудете с ним пару часов.

Грохот захлопнувшейся двери вывел Джулию из оцепенения. Энтони Кинкейд. Эта мерзкая гора жира была мужем и блестящей Евы, и незаметной экономки! Любопытство бросило Джулию через гостиную в ее временный кабинет к справочникам. Несколько минут она тихо ругалась, пытаясь отыскать нужную информацию.

"Я все приведу в порядок, я буду организованной, – поклялась она святому – должен же быть такой! – присматривающему за рассеянными писателями. – Сразу после того, как удовлетворю свое любопытство. Потрачу целый час… ну, пятнадцать минут и все разложу по местам».