Чтение онлайн

Н е л ь с о н. Вы не верите в Христа?

Б р а й е н т. Я не слышала, чтобы кого-нибудь из свидетелей подвергали здесь такому испытанию.

О в е р м э н. Это не испытание. Это обычная судебная процедура, имеющая целью обнаружить, признает ли свидетель святость присяги.

Б р а й е н т. У меня такое впечатление, будто меня судят за колдовство.

Н е л ь с о н. Не будьте так дерзки.

О в е р м э н. Присядьте, миссис Брайент. Комиссия обсудит ваше заявление.

Брайент отходит и садится в стороне. Сенаторы разговаривают между собой.

В е д у щ и й. Совещаются. Трудный случай. Вам интересно знать, о чем они шепчутся? Пожалуйста.

Включается запись.

У о л к о т. Отказ выслушать ее будет использован в пропаганде против комиссии…

С т е р л и н г. На что эта дама, возможно, и рассчитывает.

О в е р м э н. Разумно.

К и н г. Лицо, не имеющее представления о Библии, не имеет никакого понятия о правде!

О в е р м э н. Ваше мнение, майор Юмс?

Ю м с. Допросить в сегодняшнем заседании.

К и н г. Но сумеют ли остальные вызванные на сегодня свидетели…

О в е р м э н. Сумеют. Это вполне почтенные люди.

Запись выключается.

О в е р м э н. Я хотел бы все-таки выяснить еще один важный вопрос: делали ли большевистские вожди попытки распространять безнравственные идеи?

К и н г. Мне пришлось видеть оригинальный русский текст и перевод на английский язык некоторых советских декретов. Они фактически уничтожают брак и вводят так называемую свободную любовь. Известно ли свидетелям что-нибудь по этому поводу?

С и м м о н с. Разрешите?

О в е р м э н. Прошу вас, мистер Симмонс.

С и м м о н с. У меня имеется в переводе два декрета, из которых первый опубликован в официальном советском органе «Известия». В нем написано следующее. (Читает.) «Девица, достигшая 18-ти лет и не вышедшая замуж, объявляется собственностью государства. Зарегистрировавшись в бюро свободной любви, она имеет право выбрать среди мужчин от 19-ти до 50-ти лет мужа-сожителя. Примечание: согласия мужчины при названном выборе не требуется».

С т е р л и н г. И это называется свободой!

С и м м о н с. А вот другой декрет, опубликованный в одном из промышленных центров Поволжья — Саратове. (Читает.) «Граждане мужского пола имеют право пользовать одну женщину не чаще трех раз в неделю в течение трех часов».

С а й м о н с. Это невозможно слышать.

В е д у щ и й. Ничего не поделаешь, мистер Саймонс, это — стенограмма!

О в е р м э н. Миссис Брайент, вы, кажется, тоже собирались что-то сообщить нам по вопросу о положении женщин?

Б р а й е н т. Буду рада это сделать.

О в е р м э н. Миссис Брайент, положите руку на Библию и поклянитесь говорить правду.

Б р а й е н т. Клянусь всемогущим богом говорить правду, только правду, ничего, кроме правды.

О в е р м э н. Вот теперь мы можем вас выслушать.

Б р а й е н т. Неприятно, что у нас царит дикий сумбур мнений относительно этих декретов, ибо саратовский декрет…

О в е р м э н. Не вдавайтесь в эту тему. Единственное, что мы хотим узнать: правда это или нет?

Б р а й е н т. Этот документ исходил из саратовского клуба анархистов.

Ю м с. Видели ли вы декрет о национализации женщин, опубликованный в «Известиях»?

Б р а й е н т. Декрет саратовских анархистов ничего общего не имеет с Советами.

Ю м с. Я говорю не о Саратове. Я говорю о декрете, опубликованном в официальном органе — «Известиях». Видели ли вы такой декрет?

Б р а й е н т. Да, но не в «Известиях».

Ю м с. Было ли это напечатано в «Известиях»?

Б р а й е н т. Я читала подобный декрет, но не в «Известиях».

Ю м с. Отвечайте точно на вопрос. Было ли это опубликовано в «Известиях»?

Б р а й е н т. Нет! Нет! Нет! Нет!

Ю м с. Прекратите повторять это слово.

Б р а й е н т. Я повторила его столько раз, сколько раз вы задали свой вопрос.

Ю м с. Где же он был опубликован?

Б р а й е н т. В юмористическом журнале «Муха».

Ю м с. Вот как!.. Значит, уважение к женщине и к нравственности стоит на таком уровне, что материалы подобного рода печатаются в юмористических листках?

Б р а й е н т. Если так ставить вопрос, сэр, то что сказать об уважении к женщине и о нравственности в нашей стране, где подобные материалы фигурируют не в юмористических листках, а в протоколах Сената?!

О в е р м э н. Я заметил, что вы не прочь превратить наши протоколы в юмористические листки, миссис Брайент. Но это вам не удастся.

Б р а й е н т. Тогда вам не о чем тревожиться, сенатор.

Н е л ь с о н. Не будьте так дерзки, миссис Брайент.

С т е р л и н г. Видели ли вы в России людей, просивших хлеба, пищи и тому подобное?

Б р а й е н т. В России всегда было много нищих, но, насколько мне известно, их теперь меньше, чем раньше.

Н е л ь с о н. Не потому ли там не стало нищих, что они вступили в Красную Армию?

Б р а й е н т. Может быть, следует и нам призвать в армию наших нищих и направить их на помощь адмиралу Колчаку?

У о л к о т. Не думаю, чтобы вы или я были призваны обсуждать здесь военные проблемы.

Б р а й е н т. Я с вами вполне согласна, сенатор. Поэтому старой леди не следовало бы являться сюда с заявлениями, что нам нужно послать столько-то солдат в Россию.

К и н г. Миссис Брайент, мы согласились выслушать ваши показания, а не вашу критику других показаний.

Б р а й е н т. Вы считаете, что эти показания даже не заслуживают критики? Тогда вы правы…

К и н г. Я этого не говорил!

О в е р м э н. Миссис Брайент, неужели ничего из сказанного здесь другими свидетелями вы не можете подтвердить?

Б р а й е н т. Могу.

Н е л ь с о н. Приятно слышать.

Б р а й е н т. Один из свидетелей сказал, что в числе петроградских комиссаров был американский негр… В Петрограде действительно жил один американский негр.