Чтение онлайн

— Это Малахов курган? — мило спросила его Катя, расплачиваясь.

Шофер улыбнулся, обнажив ряд белоснежных зубов:

— Он самый.

Выйдя из машины, девушка поднялась по лестнице и свернула направо. Перед ней открылась тенистая аллея со множеством уютных уголков. Она выбрала скамеечку под большим развесистым каштаном и, присев, развернула драгоценную посылку. Достала две книги в твердом переплете, средней толщины, прочитала их названия: «По ложному обвинению», «Виновными себя не признали». С волнением Катя просмотрела предисловия. Автор, кандидат историко-филологических наук, доцент Владислав Анатольевич Шумелов, писал: «Моя книга посвящается тем, кто, подвергшись арестам по ложным обвинениям, объявлялись врагами народа, были расстреляны или сосланы в лагеря. Мало кому из этих людей довелось дожить до своей реабилитации. Немногие из ныне живущих знают о страданиях, выпавших на долю их жен и детей, о чем я тоже хочу поведать.

По мере того, как я узнавал о подробностях жизни репрессированных черноморцев и их семей, мои сомнения (стоит ли писать об этом?) окончательно развеялись. Да, стоит! Хотя бы для того, чтобы восстановить добрые имена тех, кто стал жертвами произвола и ужасающего беззакония. Эту работу необходимо довести до конца, чтобы вернуть Родине имена ее верных сынов и дочерей».

Прочитав эти высокопарные строки, Зорина почувствовала, как холодеют ее руки. Именно о репрессированных севастопольцах был написан первый роман Тамары Крошиной! Тот самый, который украл у нее человек, находившийся с нею в близких отношениях! Что же, Крошина так больше и не возвращалась к этой теме или все же потихоньку продолжала собирать материалы и писала в соавторстве с мужем? Или же… Журналистка пролистала первую книгу, заметив заложенный между страницами листок. Она поднесла его к глазам и узнала почерк Сребренского. Семен Иосифович писал:

«Не знаю, Катерина, для какой цели понадобились тебе произведения моего коллеги. Спору нет, написаны они блестяще. И все же мой тебе совет: проанализируй их очень тщательно. Мне интересно твое мнение. Потом скажу, почему».

Глаза у журналистки заблестели. Она была убеждена: уж если Сребренский кое-что обнаружил, то будьте уверены: это стоит внимания. Поудобнее усевшись на скамейке, Катя открыла первую книгу и погрузилась в чтение. Повесть действительно была написана блестяще и читалась довольно легко, несмотря на сложную тему, затронутую автором. Зорина одолела ее за два с половиной часа и без перерыва, почти не чувствуя усталости, принялась за вторую.

К вечеру она уже знала, что именно искали в квартире Тамары Крошиной.

Раздраженный Киселев мерял шагами кабинет, изредка бросая свирепые взгляды на своих коллег, у которых было такое же дурное настроение. Объяснение этому лежало на поверхности: ну с чего, скажите, радоваться, если лето подходит к концу, а маньяка они так и не нашли? Сыщики не обнаружили и трупы четырех его жертв, что давало возможность матери Даши Мазуровой, имевшей единственную дочь, надеяться на ее счастливое возвращение. Отбывший в Москву Дмитрий Савичев, утомленный бесплодными поисками убийцы, в последние дни своего пребывания в Приреченске буквально подступал к сыщикам с ножом к горлу, требуя утвердить в деле признание Антона Снежкова и признать его виновным. Однако на это ребята не пошли. Кроме могил, зачем-то вырытых на старом сельском кладбище, ни одно показание Антона не нашло подтверждения. А еще оперативникам до слез было жалко мать Снежкова, обезумевшую после самоубийства сына и с новой настойчивостью вставшую на его защиту.

По совету супруги Скворцов попробовал было еще разок копнуть под Шумелова, но и это оказалось бесперспективным делом. Студентки, обеспечившие ему алиби, не только не отказались от своих слов, но и «вспомнили» некоторые новые факты, окончательно снимавшие с Владислава Анатольевича малейшие подозрения. Константин, внимательно понаблюдав за хорошенькими девицами, упорно доказывавшими непричастность к делу доцента, и верил им, и не верил. Удастся ли милиции прихватить этого типа на горяченьком — вопрос, конечно, спорный, а вот экзамены и курсовики с дипломными никуда не денутся. Оставалась одна надежда — на Катю. Жена говорила с Костей по телефону сегодня утром как-то очень уклончиво.

— Пока что ни о чем меня не спрашивай, — попросила она и отключилась, оставив мужа в недоумении.

Тяжелое молчание оперативников наконец нарушила Лариса.

— Перестань мелькать перед глазами, — попросила она Павла. — Если у тебя нет никаких умных мыслей, сядь на место. И давайте, наконец, попьем чаю!

Совершив неожиданное открытие, Катя вернулась в квартиру Крошиной. Она намеревалась попробовать отыскать то, что пытался найти человек, взломавший этот прекрасный паркет. После долгих и упорных поисков ей это удалось. Захлопав в ладоши от радости, Зорина подбежала к телефону и, набрав номер справочной железнодорожного вокзала, поинтересовалась, когда отходит поезд на Санкт-Петербург. Да, именно этот город ей требуется посетить еще один раз — для подтверждения верности ее предположения. Только в этот раз она не сомневалась в своей правоте.

Поезд в Санкт-Петербург уходил вечером. Девушке повезло. Она взяла билет, выстояв длиннющую очередь в кассу и сетуя в душе из-за того, что обстоятельства не позволили ей проститься с благословенным богом уголком — Фиолентом — и всласть погулять по городу. Вернувшись за вещами, Катя попрощалась с дружелюбными старушками во дворике.

— Я обязательно вернусь! — пообещала она своему отражению, послала отмытому ее руками зеркалу очаровательную улыбку и закрыла за собой дверь Тамаркиной квартиры.

— Постой, постой, откуда ты звонишь?! — Скворцову показалось, что он сходит с ума. — Из Санкт-Петербурга?! Но что ты там делаешь?!

— Я уже все сделала, — рассмеялась Катя. — И звоню тебе только потому, что хочу, чтобы ты меня встретил, как примерный муж. Сообщаю тебе номер вагона. Запиши на всякий случай, товарищ капитан!

— Я запомню, — заверил Костя супругу и застыл с растерянной улыбкой на лице, не сразу осознав, что Катя уже отключилась.

Встретив свою неугомонную супругу на шумном перроне, Константин, обняв и расцеловав ее, с иронией спросил:

— Надолго к нам? Или еще чем-нибудь меня ошарашишь?

— Только тем, что мы можем привлечь Шумелова! — гордо сообщила она ему. — За убийство собственной жены! В том, что он — маньяк, лишивший жизни четырех абитуриенток, я, по правде говоря, очень сомневаюсь.

Оперативник кивнул:

— Расскажешь по дороге? Или у тебя другие планы?

Журналистка мельком взглянула на часы:

— Мне бы хотелось, чтобы кто-нибудь из вас вызвал Шумелова в участок.

— Элементарно, Ватсон, — пообещал ей супруг. — Но о чем мы будем с ним говорить?

— Говорить буду я, — заверила его Катя. — И сначала — с глазу на глаз. Вы укроетесь в соседней комнате и все услышите. Если честно, меня беспокоит его реакция, поэтому я и предпочитаю встретиться с ним у вас. А то как бы он чего не учудил! Владислав Анатольевич ведь у нас — натура творческая.

— Сделаем, — Константин набрал номер Киселева и, дозвонившись, подробно растолковал ему, в чем дело.

— Мы привезем этого типа, — пообещал Павел. — Даже если придется снять его без штанов с очередной студентки.

Доставленный в отделение Шумелов вовсе не выглядел разгневанным. На его отекшем лице читалось такое искреннее удивление, что сыщики поначалу растерялись: а не поспешила ли Катерина с какими-то только ей известными выводами?