Правила боя. Колдун
Шрифт:
Покрытый лоскутами снега склон, полный жизни и весеннего пробуждения, беспечно жил своей жизнью, не обращая внимания на умирающего человека.
Покой.
Какофония весеннего леса, сливающаяся в единую музыку жизни. Не самое худшее место чтобы умереть.
Колдун закрыл глаза. Солнечный луч добрался и до него, согрел лицо, ласково коснулся лба.
Птицы гомонили. Шумел ветер в кронах, заставляя проснуться разленившиеся почки на березовых ветвях.
Глядишь, скоро лес затянет молодой нежной дымкой юных листков. Пробьются в первой траве синие соцветия медуницы, ландыши и первые лютики. Весна вышла вперед, победила зиму.
Солнечные лучи успокаивающе гладили лежащего на боку человека и землю вокруг него. Без разбору. Без предпочтений. Но согревая.
***
Айрин замерла, потом согнулась пополам и её вырвало.
– Что с тобой?
– Не знаю. Всё в порядке. Попить есть?
– Нет.
– Валья похлопал себя по карманам.
– Мы ничего не взяли.
– Идиоты.
– Пробубнила девушка, отплевываясь.
– Мы?
– обиделся маг.
– Мы-мы. И вы, и я. Трое идиотов. Пойдемте.
На поверхность они выбрались около полудня. Валья музыкально присвистнул, огляделся:
– Ну и где мы?
– Где-то. Здесь пыли нет...
– маг задумчиво посмотрел на каменную осыпь вокруг.
– Попробуем поисковый импульс. Айрин?
– Сейчас.
– Девушка опомнилась, она гладила рукой ствол корявой тощей березки. На стволе был свежий излом, будто кто-то резко потянул за тонкую верхушку.
Маг взял исток за руку. Постоял с прикрытыми веками.
– Туда.
***
– Вон он!
– закричал Валья.
– Внизу!
Склон был крутой, пришлось обходить, чтобы не переломать себе ноги. Майорин лежал на краю каменной осыпи, лицом к пологой части. Впереди начинался горный лес, с соснами, кедрами и редкими березами, заползшими сюда по некой случайности.
Айрин споткнулась, упала, поднялась и опять побежала вперед. Валья и Ивен спускались осмотрительней, осторожно ступая на пляшущие под ногами камни.
– Майорин!
– первым делом девушка принялась искать пульс. Бьется ли еще сердце? Дрожит ли вена на шее?
Не дрожала.
– Он мёртв.
– Спокойно сказал маг над ухом. - Мы опоздали.
– Где мы?
– Айрин не поднимала глаз, она продолжала искать жизнь в неестественно спокойном теле.
– Да не знаю я!
– сорвался Ивен.
– Так узнай. Я заправила тебя силой под завязку. Узнай где мы. И оставь меня в покое.
– Это я могу.
– Рыкнул маг. Менестрель растеряно переводил взгляд с мага на девушку и обратно.
– Отойдите оба. Уйдите.
– Пойдем.
– Валья опомнился и подцепил приятеля за локоть.
– Подождем. Пусть побудет одна...
Айрин прислушивалась к шагам, но глаз не поднимала.
Колдун не дышал.
– Я его не отпущу. Слышишь? Я его не отдам!
Она перевернула колдуна. Расстегнула окровавленную доху. Рубашка красная на животе была мокрой.
Как давно остановилось сердце? Стоит ли пробовать? Или времени нет?
Времени нет.
– Времени нет!
– скрещенные руки легли на грудную клетку, сдавили. Раз. Два. Три.
– Не отдам. Слышишь, смерть? Не отдам!
– Времени нет.
– Пронеслось в воздухе.
Раз. Два.
Времени нет.
Три!
Есть только мгновение, когда смерть стоит на пороге, цинично перебрасывая острую косу из одной костлявой руки в другую.
Есть только миг, когда, вытянув вперед ладони, ты упираешься в улыбающуюся безносую старуху.
Времени нет.
Только губы сухие и холодные, как губы мертвеца, не хотят вдыхать предложенный воздух.
И тогда бессмысленно предлагать воздух.
Только силу чистую, живую, звенящую, как родниковая вода.
Пей колдун.
Пей и живи.
Она надавила на ребра заставляя выдохнуть, и снова пустила в изможденное тело силу.
Времени нет.
Когда ты понимаешь, что еще одна часть твоей души умирает, и не знаешь, сможешь ли ты вынести ее смерть.
Пей.
Поэтому не надо проверять.
Поэтому нельзя дать ему умереть.
– Давай! Я тебя не отдам! - и он вздохнул сам. Исток, задремавший внутри, проснулся, и Айрин снова почувствовала горячий ключ в глубине ледяного озера.
Распахнул запавшие глаза, в которых колыхалась почерневшая осока.
И сердце забилось.
Тяжело, натужно, будто еще сопротивляясь жизни.
Старуха с косой наклонила лысую черепушку, кивая.
– Я уйду сегодня, но однажды я вернусь и за тобой тоже.
– Возвращайся, богиня смерти.
Сегодня жизнь на её стороне.
Айрин вздохнула сама и заплакала.
Колдун дышал.
***
Они вернулись через полчаса. Выяснилось, что до деревушки Майорин не дошел совсем чуть-чуть. Она стояла около мелкой горной речушки, обычная деревенька, похожая на множество таких же горских поселений,разбросанных по Черным горам. Ивену удалось уговорить старосту дать им двух дюжих парней и носилки.
У осыпи маг насторожился. Вокруг вилась сила. Как из источника.
Медуница распустила прикрытые бутоны и старательно цвела. Маг мог поклясться, когда они уходили, растение только надумало набрать цвет.
– Айрин!
– Дышит. У меня получилось!
– девушка встала. Ивен заметил, что руки у неё в крови.
Вот откуда столько силы.
– У вас есть лекарь?
– спросила Айрин у горских парней. Спросила так, что не ответить было нельзя.
– Нет.
– А где есть?
– В Ордене Убийц.
– А он близко?
– Верст пять. Но вверх.
– А кони есть?
– Да.
– Дорогу покажете?
***
Когда староста начал мяться, Айрин вытащила из кармана россыпь золотых монет и сунула тому в ладонь. Рука упала под тяжестью драгоценного металла.
– Откуда?
– шепотом спросил у мага Валья.
– Она вскрыла казну. - Разъяснил Ивен.
Айрин выдали коня и провожатого. Колдуна устроили у старосты в доме. Мужик, ошалев, уступил раненому свою постель. Ивен брезгливо её осмотрел и велел сменить простыни на чистые. Сменили, не возражая.