Правила диктует любовь
Шрифт:
Адди вытерла щеку краем рукава. Совсем не так она представляла свою жизнь. Все решилось за каких-то два часа: она заключает брак с совершенно незнакомым человеком при полном одобрении собаки, а ради этого еще и едет в штат Висконсин!
— Один-ноль в твою пользу, бабушка Аделина, — закатив к потолку глаза, произнесла девушка. — Если я когда-нибудь попаду на небеса, мы с тобой поквитаемся там.
Спенсер разбудил Адди, когда они уже въезжали на парковку перед зданием суда. Девушка стащила с головы бейсболку и, освободив волосы от резинки, причесала их пальцами, чтобы привести в относительный порядок непокорные кудри. Потом она решила подкрасить губы, но тут же передумала. Зачем притворяться? Ведь это событие — не более чем обычная сделка.
Адди как в тумане пережила мучительный час. Потом поняла: все, она теперь замужем.
С недоумением глядя на человека, который только что произнес обет перед каким-то клерком, обещая любить ее и заботиться о ней до самой смерти — клерк очень настаивал на соблюдении всех смешных формальностей, — Адди почувствовала, что дрожит и уже готова расплакаться. Когда Спенсер по окончании церемонии протянул руку, она вытаращила глаза и зачем-то лихорадочно пожала ее.
— Поздравляю, — флегматично произнес клерк. Должно быть, он и не такое видел в своей практике.
— Спасибо, — поблагодарили они в унисон.
Пока Спенсер улаживал последние формальности, Адди вышла на улицу, выудила из своего рюкзака мобильник и вздохнула, чтобы перевести дух перед тем, как позвонить домой. Вскоре подошел Спенсер. Некоторое время они молча стояли перед зданием суда. Первой заговорила она:
— Я все время думаю, что они будут очень разочарованы. — Чувствуя, что он вопросительно смотрит на нее, Адди медленно продолжила, тщательно подбирая слова: — Мои родители поженились по любви. Все были против их брака, но более всего на свете они хотели всегда быть вместе, всю жизнь. — Девушка немного помолчала. — Все это как-то не правильно… — Она вздохнула и тряхнула головой, пытаясь отогнать грустные мысли. — Хочешь, обратно машину поведу я?
Спенсер понял, что Адди надо отвлечься, поэтому ответил, не задумываясь:
— Не имею ничего против.
Девушка ждала, что он начнет учить ее, как правильно обращаться с такой дорогой машиной, но он больше ничего не сказал.
Уже в салоне, пристегнув ремень безопасности, Адди решила напомнить ему:
— Знаешь, нас ждут к ужину завтра вечером.
— Ясно. — Спенсер игриво потянул ее за локон. — Ты не волнуйся. Твои родные все правильно поймут. Они знают, почему ты это делаешь. Это просто средство для достижения цели. — Он откинулся на сиденье и закрыл глаза.
— Правильно. Средство для достижения цели, — задумчиво повторила она. Внезапно ей мучительно захотелось как можно скорее оказаться дома.
По прошествии трех часов Адди уже не знала, куда ей деться и чем заняться, лишь бы держаться подальше от этого человека.
— Не понимаю, чего ты от меня хочешь. — Не успела Адди выйти из машины на подъездной дорожке перед домом Аделины, как Спенсер, быстро обойдя автомобиль, буквально вырвал из ее рук ключи. — Я не повредила машину. На твоем драгоценном автомобиле не появилось ни одной царапины.
— Да не в этом дело. Ты хотя бы представляешь, как это страшно, когда просыпаешься и понимаешь, что сзади гонится полиция с намерением оштрафовать за превышение скорости?
— Не преувеличивай, Рид, это тебе не идет, — бросила Адди в ответ и, скрестив руки на груди, насмешливо посмотрела ему в глаза. — Да когда ты проснулся, я уже с ними разобралась. Подумаешь, штраф за превышение скорости! Прекрати нытье.
— Нытье? Но ведь ты…
Адди видела, как двигаются его губы, но не слышала ни звука. Потом он резко отвернулся и зашагал прочь. Девушка пожала плечами и наклонилась, чтобы достать из машины рюкзак.
Ладно, пусть обижается на всякие пустяки, если хочет. Она уже сто раз извинилась перед ним. И вообще, эта тема ей давно надоела.
Разогнувшись, Адди тут же почувствовала неладное. И вдруг твердый снежный ком ударил ей в голову, взорвавшись льдистыми осколками, которые застряли у нее в волосах и попали за шиворот.
— Ах ты, негодяй! — Девушка задохнулась от возмущения. Быстро обернувшись, она увидела, что Спенсер стоит неподалеку и нагло ухмыляется.
— Это тебе за штраф, — заявил он, наблюдая за ней.
Адди выросла с братом и сестрами, такие игры были ей давно знакомы.
— Ах, за штраф?
Прячась за машиной, девушка быстро слепила комок и запустила ему прямо в физиономию.
Наклонившись, она зачерпнула еще пригоршню снега и приготовилась к новому броску.
Яростная битва продолжалась несколько минут. Обе стороны несли серьезные потери. В конце концов они стали похожи на двух снеговиков, бегающих вокруг машины. После блистательного ложного выпада, за которым последовал чувствительный удар в цель, Адди помчалась к дому, рассчитывая захлопнуть за собой дверь раньше, чем Спенсер протрет глаза от снега. Но не успела она подняться на первые три ступени, как ее настиг очередной удар. Снежок попал в лодыжку. Она споткнулась и, чтобы совсем не упасть, уперлась руками в верхнюю ступеньку.
Спенсер подбежал к Адди и, склонившись над ней, начал стряхивать с девушки снег.
— Как ты?
— Хорошо, что на руках у меня перчатки. Иначе пришлось бы выковыривать бетон из ладоней. — Адди попыталась подняться, но тут же села. Лодыжку пронзила такая резкая боль, что у нее перехватило дыхание. — Ох! Кажется, ничего хорошего.
— Дай посмотреть.
Спенсер снял перчатки и осторожно ощупал ее лодыжку. Адди глухо застонала, потом оттолкнула его руки. После энергичной игры в снежки она, мокрая от пота и страдающая от боли, сидела на заледенелом цементе, чувствуя, как холод проникает внутрь тела.
— Просто подай мне руку. Хорошо?
Опершись на здоровую ногу, девушка начала подниматься. Спенсер моментально подхватил ее и крепко прижал к себе. Осторожно шагнув, она вскрикнула от боли.
— Подожди, я понесу тебя на руках.
— Со мной все в порядке.
— Адди, не упрямься. Тебе нельзя наступать на эту ногу.
— А ты помоги мне идти.
— Адди!
— Послушай, Рид… — резко заговорила она, сама того не желая. Лодыжка начала пульсировать от боли. Девушка повернула голову и увидела, что Спенсер виновато и с искренним участием смотрит на нее. Адди попыталась смягчить тон, но от смущения вышло еще хуже. — Я ценю твое предложение, но ни за что на свете не позволю тебе перенести меня через порог дома на руках.
Спенсер стоял у подножия лестницы и, засунув руки в карманы, боролся с сильным желанием подхватить ее на руки, внести в дом и уложить в кровать. Предпочтительно — в свою.
Даже чувствуя сильную боль — а он видел, как она, сжав зубы, с трудом поднимается по ступеням, — Адди отвергла его помощь, предпочитая страдать. Даже в день своего бракосочетания…
Очевидно, Адди не считала брак с ним каким-то особенным событием. Тот факт, что она едва не выскочила замуж за женатого человека, лишь бы избежать брака со Спенсером, доказывал, что ее не привлекало ни его богатство, ни высокое социальное положение. И если так случится, что он затащит Адди с ее шальными глазами и взлохмаченными кудрями в постель и брак их станет действительным не только на бумаге, — что ж, чем раньше это произойдет, тем лучше.