Чтение онлайн

Но трактирщик тотчас же принялся отпираться. Твердил мне, что все это не так и он понятия не имеет…

Только вот я ему не поверила.

Мне даже не понадобилось ни одно из сложных заклинаний, которые я выдумала, чтобы проникнуть ему в голову. Все ответы и так были написаны у него на лице.

Ну что же, я планировала немного поспать, после чего утром, сопровождаемая братьями Торсонами, отправиться в Триронг. Постучать в дверь замка Райара Кеттера и напроситься на ночлег, затем осторожно выяснить, что произошло два дня назад.

Уверена, Джей тоже явился в замок, идя по следу артефакта, и с тех пор от него не было ни слуха, ни духа. Вполне возможно, сейчас он пользовался гостеприимством хозяина, и они с Райаром вместе изучали дневник Джеймса Офина, потому что моему жениху удалось проникнуть в тайное хранилище.

Но я понимала, что все было совсем не так.

Во-первых, Джей не знал, что Алерон это никакой не Алерон, а имя дочери Джеймса Офина, которое мне так и не удалось вспомнить. Поэтому хранилище, даже если он его нашел, то открыть бы не смог.

Во-вторых, в день, когда Джей оставил Меерс, Райар Кеттер все еще находился в столице. Сегодня он тоже был в Меерсе – по крайней мере, днем, потому что мне принесли от него записку.

Следовательно, он не мог быть причастен к тому, что произошло или не произошло с Джеем. Но меня не оставляло ощущение, что все ответы спрятаны в его замке.

Помня о словах Тэриса, предупреждавшего о ловушке, я думала быть предельно осторожной, но отступать не собиралась. Мне нужно было отыскать своего жениха и узнать правду о «Сердце Центина»!

Было серое и дождливое утро, когда они с Севургом, вымокшие и уставшие, приземлились во дворе родового замка Кеттеров.

На подлете к городу им пришлось бороться со штормовым западным ветром, пришедшим с моря. Из-за того в порту Триронга скопилось множество кораблей – сквозь дождевую пелену Райар видел их покачивавшиеся на волнах темные силуэты.

Корабли не могли покинуть порт; дожидались, когда утихнет буря.

Конечно же, почти на каждом имелся свой маг-стихийник, обычно обладавший Воздушным даром, но непогода разгулялась не на шутку, и никто не рисковал выйти в море. Резервы у магов все же ограничены, и когда магия заканчивалась, ветер запросто мог выбросить корабль на мель или же разбить, словно щепку, о неприступные скалы побережья.

Не удержавшись, Райар попросил у Севурга опуститься пониже и сделать круг над портом.

Затем еще ниже и еще один круг.

Принадлежность нескольких кораблей определить он так и не смог, зато сквозь дождевую хмарь ему удалось разглядеть пять торговых судов из Центина с развевающимися на ветру флагами с золотыми львами.

Корабли перевозили зерно, потому что во время своего пребывания в Изиле Райар заключил отличную сделку с лордом Вейром. Оба остались в выигрыше, и поставки через порт Триронга продолжались на постоянной основе.

Но сейчас Райара это не слишком радовало.

При мысли о той, кого он оставил в Центине больше полугода назад, в груди каждый раз появлялась тупая и ноющая боль – и Райар подозревал, что именно так болело разбитое сердце.

В последнее время он безостановочно думал об Аньез. Вот и сейчас из памяти всплыло ее удивительно красивое лицо и чудесная фигурка.

Тут Севург заложил крутой вираж, поворачивая к горам, и Райар негромко выругался – ветер хлестнул по лицу дождевым потоком.

– Мог бы и предупредить! – проворчал он, хотя знал, что дракон его не услышит.

Вскоре показались неприступные стены родного дома. Замок, выстроенный на нависающей над Триронгом скале, носил название Орлиное Гнездо.

Подлетая, Райар в который раз думал о том, как бы сложились их жизни – его и Аньез, – если бы в тот раз он задержался в Изиле. Не сбежал, предупрежденный о том, что по его следам идут ищейки Ийседора, а рискнул бы остаться в столице. Явился бы за ответом в дом Вейров, после чего уговорил Аньез бежать вместе с ним, променяв Центин на Хастор и Триронг.

Мигнуло, узнавая хозяина, защитное заклинание, охранявшее Орлиное Гнездо от угрозы с неба, и уже скоро Севург опустился на серый камень двора. Райар спрыгнул со спины дракона; потянулся, разминая затекшее от долгого сидения тело.

Затем обвел взглядом угрюмые каменные строения.

Они с Аньез могли бы быть здесь счастливы, размышлял он, хотя в Орлином Гнезде было мало что от роскоши королевского дворца. Вместо этого его предки выстроили замок так, чтобы уже на века, заодно готовый отразить любой натиск врагов. И врагов Орлиное Гнездо повидало достаточно.

Но Райару почему-то казалось, что Аньез бы здесь понравилось.

Или же, если бы он держал язык за зубами, Эрвальд Хасторский и Имгор Гервальд никогда бы не прознали о Лунной метке на плече у Аньез, думал он. У него бы появился шанс завоевать сердце девушки, когда она прибыла с командой в Меерс.

– Но такому не бывать! – резко произнес Райар.

Сказал он это себе, но Севург решил, что это было ему. Вздохнув, дракон перестал коситься на овец, забившихся угол загона. Те испуганно блеяли, прижимаясь к каменной стене.

Тут дождь припустил с новой силой. Небо стало даже не темным, а черным, предупреждая о надвигающейся грозе, и Райар отстраненно подумал, что родовой замок все-таки довольно угрюмое место.

Но в детстве, когда он рос, окруженный любовью матери и заботой отца, Орлиное Гнездо вовсе не казалось Райару мрачным.

Все изменилось, когда отец погиб, защищая Триронг от нашествия остарских пиратов, повадившихся грабить прибрежные города. Мама так и не смогла оправиться от удара. Слишком сильно по нему тосковала, и ее сгубила обычная зимняя простуда, переросшая в лихорадку, хотя драконья кровь обычно защищала от всех болезней.

Но не в ее случае.

Осиротев в шестнадцать, Райар стал новым графом Триронга, а еще через четыре года он принял почетную должность главы Ордена Черных Драконов, перешедшую ему от отца.

И вот тогда-то Райар узнал, что родной замок хранит секреты, о которых ему раньше было невдомек. Обнаружил, что скала под Орлиным Гнездом изрезана тайными ходами. Начинались они под хозяйским крылом и вели к хранилищу, надежно скрытому за непреодолимой дверью.

На ней стояли хитроумные магические засовы, а заодно несколько ловушек, избежать которые и открыть дверь мог лишь тот, кто знал кодовое слово.