Чтение онлайн

Госпожа поднялась и вышла с гостьей из покоев, служанки быстро убрали остатки угощений, поправили блюда с фруктами. Свену ничего не приказали, и он продолжал сидеть на полу, только устроился удобнее на атласной подушке, вытянул длинные ноги, оперся спиной на кресло и стал смотреть на парк. Разговор двух дам навел его на определенные мысли. Госпоже не нравятся хорошо выученные наложники? Он может изобразить скромного, и даже невинного, чтоб ей угодить. Изобразить любую эмоцию – растеряннсть, смущение, ему не составит труда, их учили этому. Осталось только придумать, как это осуществить – помочь госпоже с наследницей.

Ночные птицы свистели, у пруда дружно заголосили лягушки. Языки лунного света ярко освещали покои госпожи, серебрились на кисейных занавесях, блестели на гладком полу и золоченых украшениях мебели.

Раздались шаги, легкий звон золотых браслетов, шелест шелка. Госпожа Сильвия вернулась, проводив гостью, и служанка стала помогать ей снимать украшения и многослойные одежды.

– Иди к себе, раб, – приказала Сильвия. – Мара, вызови ему провожатого и погаси свечи.

– Госпожа, прошу вашей милости! – встрепенулся Свен.

Свен торопливо поднялся, скользнул с балкона в покои, подошел к хозяйке и опустился на колени. Взял ее за руку, прижался щекой. Свежевыбритой и гладкой. Если он верно понял, то он очень нужен госпоже. И прямо сегодня! Она ведь сама сказала.

– Позвольте мне остаться, – Свен поцеловал руку хозяйки.

– Да ты наглец, как я посмотрю, – госпожа отняла руку. Но не рассердилась. Секунду посмотрела на раба, чуть прикусив губу. – Можешь остаться.

Служанка что-то прошептала госпоже на ухо, косясь на раба.

– Вот он и поможет, ступай. Сегодня ты больше не нужна.

– Расстегни сзади застежку, – скомандовала Сильвия, поворачиваясь спиной. – Надеюсь, раздевать дам умеешь?

Свену еще не приходилось подходить к хозяйке так близко. Госпожа оказалась весьма высокой, и отнюдь не хрупкой, у нее были полные груди и широкие бедра. Ему это понравилось. Он безумно рисковал, заговорив без разрешения, да еще и сам прикоснулся к госпоже. Миниатюрных женщин Свен боялся. Боялся прикоснуться, чтоб не сломать. Хотя почему–то они обожали именно таких, как он – высоченных и мощных наложников. И были куда злее и требовательнее.

Свен прикоснулся к застежке ожерелья. Он отлично умел приятно избавлять дам от любой одежды, в питомнике их учили снимать даже хитрые иноземные платья со шнуровкой и множеством булавок. К счастью, госпожа не носила ничего подобного. Кончиками пальцев, едва касаясь, раб осторожно погладил шею госпожи. Прогонит или накажет? Но госпожа была погружена в свои мысли и кажется, даже не заметила его дерзости. Она избавилась от последних деталей одежды и, не обращая на раба ни малейшего внимания, прошла в купальню. Свен выдохнул, видя, как лунный свет выделил рельеф мягкого изгиба спины и круглые ягодицы. Такие притягательные. Пусть лучше накажет, чем он сегодня вернется в гарем! Его же просто засмеют. И Свен бесшумно прошел за госпожой.

Легкий шелест льющейся воды наполнял купальню, озаренную лунным светом. Мелкие брызги искусственной водяной завесы, сверкая, рассыпались и отскакивали от тела госпожи. Она постояла несколько минут под брызгами, бездумно поглаживая себя по груди и животу, и прошла к бассейну, наполненной теплой минеральной водой. Свен поправил повязку на бедрах, ощущая жар в паху. Ему очень нравилась хозяйка, осталось выяснить, насколько он ей нравится, и правду ли сказал лир Ракс.

Сильвия нежилась в воде, наблюдая искоса сквозь ресницы за тихонько вставшим у колонны наложником. Распущенные светлые волосы, достигающие нижнего края лопаток, почти белые в свете луны, поджарый живот, тонкая талия, длинные ноги – просто оживший бог. Идеальной формы даже пальцы ног, образующие четкий узкий треугольник. Отполированные ногти. Наверняка и уши идеальные. А уж лицо! Такие яркие голубые глаза с пушистыми ресницами, прямой нос, высокие скулы. Редкостно красивый раб. Витрина столичного питомника!

Только самые красивые мальчики, набранные со всей страны, могли начать там обучение. Стоили наложники из этого питомника баснословно дорого. Такие подарки делались на первую свадьбу высокородной девушки или придворным дамам по каким-то особенным датам, в качестве награды и признания заслуг перед страной. Спрос на красавцев-наложников был весьма велик, и торговцы типа Раваиля не брезговали пиратством, чтоб добывать ценный товар. Правда, чужаки были куда хуже своих, выращенных: уродливы, часто злы и непокорны, но продавали почти всех. Многие дамы предпочитали лично воспитывать рабов, а особо непокорных отдавали в школу послушания. Ну, а если не получалось – жрицы получали свои жертвы для обрядов.

Императрица не поскупилась для своей Советницы. Благодаря Сильвии Мессерти последнее время Империя наслаждалась миром и пожинала плоды успешных переговоров, были заключены выгодные торговые соглашения, а спорные территории вошли в состав империи без кровопролития. При дворе было много амбициозных дам. Оттавия Сариан, горячо желая подвинуть самую молодую Советницу, громко и чрезмерно восхваляла успехи госпожи Мессерти, всячески подчеркивала ценность рода для государства, и высказала сожаление об отсутствии наследницы. Императрица вняла, и подарила Сильвии великолепных наложников из собственного гарема. Фактически для Советницы это отставка. Для решения семейных дел. Глава дома не может уклоняться от своего долга, наследница необходима, извольте постараться.

Сильвия поморщилась. Выдохнув, села в слегка остывшей воде. Придется выполнять высочайшее повеление. Как бы она этого не хотела. Не глядя, вытянула руку. Раб тут же подхватил ее за локоть, бережно придерживая. Накинул простыню, промокая излишнюю влагу.

Опустился на пятки, поставил ногу госпожи себе на колено, низко склонился, аккуратно вытирая пальцы, и тут же поцеловал мизинчик, безымянный палец и хотел продолжить, но ему не дали.

– Прекрати, не люблю! – госпожа нервно выдернула ногу. Свен слегка отодвинулся, страшась вызвать гнев госпожи. Держа в руках мягкую ткань, стал вытирать ее колени и бедра. Почти обняв ноги хозяйки, промокнул заднюю поверхность ее бедер, ягодиц, прикоснулся осторожно горячими губами к нежной складке ноги слева. Его руки скользнули вверх по ягодицам, головой он почти прижался к лону. Облизнул губы. Вот вожделенный разрез и едва выступающие нежные розовые лепестки. Не успел он дотянуться языком до влажных складок, как ощутил, что его левое ухо сильно тянут вверх, вынуждая встать. Свен подавил досаду.

– Вытри мне спину, – госпожа повернулась. Ее голос был равнодушным и спокойным.

– Да, госпожа, – выдохнул Свен ей в ухо, насколько мог, соблазнительно, выполняя приказ.

Госпожа чуть повернула голову, глянула на него и хмыкнула.

Императорский питомник. Выучка! Несомненно, это раб умеет и знает все, что можно знать о радостях тела. С пятнадцати лет, как принято, участвовал в оргиях. Сильвия брезгливо сморщилась, представив кучу сплетенных обнаженных тел. Сколько же высокородных дам и знатных кавалеров уже наслаждались телом этого безупречного блондина? Может, даже сама Императрица удостоила его чести? Раб красив, великолепно физически развит, отрицать бессмысленно. Владеет, наверняка, несколькими видами оружия. Разумеется, в серьезной схватке уступит опытным воинам, то все равно сможет, при надобности, защищать госпожу. Его учили опытные и строгие наставники. И наставницы. Сильвия снова брезгливо поморщилась, отстраняя раба.

– Госпожа? – в его голосе она услышала панику и отчаяние.

– Идем, – выдохнула она раздраженно.

Приказ императрицы не обжалуешь, и тут у нее в покоях имеется прекрасное отточенное орудие, инструмент для наслаждений. И заодно самец-осеменитель. Внешность раба ей нравилась. Пусть будет этот. В сущности, разницы никакой.

Огромное круглое ложе с невысокой мягкой спинкой было застелено красным прохладным шелком. Госпожа легла, не отпуская руки Свена.

– Вы позволяете?