Чтение онлайн

– Тебя Эмиль хотел видеть. Он сейчас в кабинете. – Буркнула девочка и, забравшись с ногами на диван, уставилась в перевернутую вверх тормашками книгу на латыни, на обложке угадывалась надпись «Ведьмы и колдуны».

– Книгу переверни, удобнее будет знакомые буквы искать. – Холодно посоветовал ей Филипп уже без тени юмора.

Он быстро вышел в холл, и не видел, как девочка сверкнула горящими ненавистью синими глазами, а на ее бледных щеках вспыхнули красные пятна.

Из кабинета доносились возбужденные спорящие голоса. Когда Филипп вошел в комнату, то присутствующие настороженно и даже сконфуженно примолкли. Здесь царил приятный полумрак, располагающий к созидательным философским мыслям. Пахло пылью и уже едва заметным ароматом сигар Луки.

– Судя по вашему молчанию, сегодня я попал под всеобщее порицание. – Ухмыльнулся Филипп, снимая с себя пальто и небрежно бросая его на спинку кресла.

За огромным письменным столом в нервной и очень напряженной позе застыл хмурый осунувшийся Эмиль. Аида, явно закипавшая, как турка с кофе, замерла посреди комнаты перед зрителями и от бессилия ломала руки. На широком диване развалился Грегори, рядом с ним в пылу скандала егозила Лариса. Роза, мать Лизы, словно королева, закинув ногу на ногу, восседала на кресле и медленно со вкусом курила, стряхивая пепел в бронзовую напольную вазу. Зрительный зал волновался и фырчал, только Зак, расслабленно привалившись к стеллажу с книгами, скрестил руки на груди и ухмылялся с довольной ехидцей.

– Филипп. – Аида бросилась к сыну.

– Отдых не удался? – Спросил он у родственников и засунул руки в карманы. Мать схватила его под руку, словно боялась отпускать от себя, женщина дрожала от едва сдерживаемых слез.

– Начинайте. – Предложил парень, кивнув.

– Мы многое спускали тебе с рук, Филипп. – Вдруг с надрывом заговорила Лариса, взявшая на себя роль народного обвинителя, у нее всегда отлично получалось разыгрывать семейные драмы. – Твоих человеческих женщин, твое сумасбродство, игнорирование любых правил! – Филипп спрятал усмешку, выглядевшую в столь трагичный момент цинично. – Ты ведешь себя так, как будто тебе наплевать на мнение семьи!

– Если хочешь провести воспитательную беседу, Лара, то лучше поговори со своей дочерью, – ответствовал Филипп.

– Не смей отвечать ей в таком тоне, мальчишка! – Вскочил с дивана несдержанный Грегори, и Аида тихо охнула, прижимаясь к сыну. – Ты не присутствовал ни на одном шабаше, куда‑то уматывал со своими Зайками или как ты называешь их! Ты делаешь такие вещи, от которых у нас всех волосы дыбом встают!

У Ларисы действительно развалившаяся прическа, закрепленная заговоренным лаком, сейчас торчала в разные стороны, словно она каталась в кабриолете при шквальном ветре.

– Покороче. – Кивнул Филипп.

– Мы знаем, что в Гнезде была человеческая девушка. – Тихо поведал отчим.

– Вы поэтому бросили веселье? – Усмехнулся Филипп и покосился на сводного брата, но тот быстро опустил голову, не позволяя забраться в воспоминания.

– Она ночевала в твоей спальне! – Не слушая его, выкрикнула Лариса.

В кабинете повисла тяжелая пауза, казалось, под потолком сгущались тучи, готовые разразиться молниями.

– Так и было. – Кивнул Филипп, понимая, что если расскажет про демона, выпущенного Заккери, придется поведать родителям о многом другом, что предшествовало глупости брата.

– Ты же понимаешь, что подобное недопустимо, сынок. – Вступил в разговор Эмиль. Его голос звучал очень устало, похоже, роль главы семьи утомляла его. – Гнездо не обычный дом, никогда его порога не переступала человеческая нога. Одно из главных правил – Гнездо священно. Ты нарушил его.

– Я не понимаю, почему должен чувствовать себя виноватым. – Пожал плечами Филипп, разражаясь.

– Ты осквернил Гнездо! – Заорала Лариса с горящими глазами и ткнула в парня пальцем.

– Да, бросьте. Она не суккуб – обычная девчонка. Зак рассказал, при каких обстоятельствах она оказалась здесь?

Он видел и ощущал, что дом принял Сашу. Гнездо не хотело ее выпускать из своих объятий, не давало войти без нее. Оно каким‑то волшебным образом желало в свою колыбель человеческую девушку!

– Ты будешь наказан. – Перебил его Эмиль, оставив без внимания последний вопрос.

– Меня посадят под домашний арест? – Хмыкнул парень.

– Тебе придется покинуть нас. Поживешь с твоей прежней семьей в Киеве, вернешься через пару лет, когда все хорошенько обдумаешь. – При последних словах мужа Аида громко всхлипнула, не желая расставаться с любимым неласковым чадом.

– Мне нечего обдумывать! Решение принято. – Глядя в упор на отчима, с расстановкой ответил парень, а в голове приемного отца мелькали картинки его короткого разговора с Заком по телефону. – Заккери сказал, что это серьезно?

– Филипп! – Осуждающе пробормотала Аида, догадавшись, что сын только что без зазрения совести прочитал воспоминания Эмиля.

– А это серьезно? – Зло прошипела Лариса.

– Мальчик мой, ты обязан выбрать. – Тяжело, словно ему было противно говорить, произнес отчим и поднялся, облокотившись о крышку стола. – Человеческая девушка – не вариант для сильного, талантливого ведьмака. Ты можешь сделать выбор, но, выбирая человека, ты должен понимать, как ослабляешь себя. Это тяжело, в твоем возрасте меня тоже ждала сложная дилемма, и я никогда не жалел о своем решении. Подумай хорошо, тебе только двадцать три года. У тебя еще будет впереди то, за что стоит побороться.

– То есть или семья, или она?

– Ладно. – Сдержанно отозвался Филипп.

Он осторожно освободился от рук матери, а потом снял с шеи медальон. Родственники дружно охнули, вытаращившись, а Роза подавилась дымом десятой за последние полчаса сигареты. Филипп подошел и небрежно бросил амулет с семейным гербом Вестичей на страницы раскрытой книги, лежавшей на письменном столе.

– Я ухожу из семьи.

– Филипп?! – Вскричала в ужасе Аида.

Парень оглянулся, мать стояла, закрыв рот ладонями, чтобы не заорать, синие глаза округлились, и в них вместе с вопросом стояли слезы. Зак, опешив, уставился на брата, словно видел перед собой инопланетянина.

– Как ее зовут?

– Александра.

– Шурочка, значит? – Усмехнулся мужчина грустно, словно что‑то вспомнив. – И она на сто процентов человек?

– Так и есть. – Кивнул Филипп, уверенный, что Заккери проболтался о каждой мелочи, желая напакостить брату и отомстить за проигранную накануне драку. Выглядел подобный жест мелко и не по‑мужски.