Чтение онлайн

Если забыть про дискомфорт от пребывания в обществе очень важных и засекреченных личностей, я извлёк для себя с этой свадьбы немалую пользу. Я ведь впервые присутствовал на свадьбе в этом мире. Что я могу сказать, красиво, пафосно, шикарно, но если по мне, то довольно скучно. Конечно, я с трудом представляю, как Волконский участвовал бы в типичных для привычных мне свадеб конкурсах, но хоть какие-то увеселительные элементы для гостей можно было придумать. Посмотрел на Белорецкого и представил, как он старается раздавить мягким местом лежащий на стуле воздушный шарик. Да уж. Круче было бы увидеть, как бегающему по кругу губернатору не хватает в итоге стула, и он теряет свою должность.

Было много пафосных поздравительных речей, щедрые подарки, а когда очередь дошла до меня, я немного растерялся. Потом вспомнил времена, когда заведовал подразделением и научился произносить красивые тосты в любой ситуации и сейчас тоже отжёг так, что зал разразился аплодисментами, некоторые даже встали. Маленькая коробочка с нашим подарком смотрелась не очень представительно, зато теперь у четы Волконских были серебряные медальоны, способные защитить их от практически любой магической атаки. Но, об истинном предназначении этих невзрачных изделий я поведал только князю и его новоиспечённой супруге.

Самое интересное меня ждало впереди. Я прекрасно понимал, что оркестр не организует привычную для моего понимания «дискотеку», поэтому ждал объявления танцев с нетерпением и страхом. Мои опасения оказались не напрасны, самым популярным танцем оказался вальс, который я мог исполнить ненамного изящнее, чем перевернутая черепаха нижний брейк. Вот тебе и засада, не к тому я готовился, вот на что надо было потратить свободное время.

— Ты не умеешь танцевать вальс? — на лице Насти была смесь недоумения и жалости, а мне в этот момент хотелось провалиться в недра Земли. — Сказать, что я удивлена, значит не сказать ничего. Но как же так?

— Представь себе, я никогда этого не делал, — пробормотал я, изо всех сил стараясь не оттоптать ей ноги.

— Тогда просто расслабься и доверься мне, — сказала Настя. — И считай раз-два-три, раз-два-три.

Она вела меня, стараясь делать это так, чтобы минимально было заметно со стороны, но это невозможно было не заметить. То и дело я ловил на себе недоуменные и насмешливые взгляды. Вот ты и прославился, Саша Склифосовский, вот тебе и слава, и нимб размером с канализационный люк!

В дальнейшем от танцев я под разными предлогами старался отлынивать. Надо теперь придумать, как наверстать этот пробел в моих жизненных навыках.

Пользуясь моментом, когда все гости разбились на кучки и разбрелись кто куда по особняку Зинаиды Матвеевны, я подговорил Настю и мы потихоньку смылись с этой светской вечеринки.

— Ну ты даёшь, господин Склифосовский, — пробормотала Настя, когда мы вышли за ограду особняка. — Ну ты меня удивил. Я даже подумать не могла, что ты не умеешь танцевать вальс.

Я промолчал, насупившись. Некоторым утешением было то, что Настя сказала это без сарказма и даже с некоторым сочувствием. Ладно, вальс не сложнее удаления внутричерепных новообразований с помощью тонких магических потоков, легче должно быть научиться.

— Саш, нельзя в воскресенье утром за завтраком так хмуриться, — сказала Катя, когда я неохотно ковырял вилкой салат. — Я кажется поняла, это похоже из-за тебя погода в Питере испортилась. У тебя что-то случилось? Фонтанка вышла из берегов и унесла госпиталь в Исландию?

Я внимательно посмотрел ей в глаза, она обеспокоенно смотрела на меня. Хорошо, что родителей сейчас за столом нет.

— Кать ты должна меня спасти, — сказал я.

— Тебя преследуют? — ещё больше встревожилась Катя. Давно бы уже могла прочитать причины беспокойства у меня в голове, но не делает этого принципиально. — Ты с кем-то поссорился на свадьбе у Волконского?

— Я не умею танцевать вальс, — сказал я, словно вывалил на стол шлакоблок. Катя чуть не подавилась салатом, выплюнув половину на стол.

— Чего? — удивлённо протянула она, вытирая рот салфеткой. Её округлившиеся глаза смотрели на меня, как на двухголового слонёнка.

— Ну да, я понимаю твоё удивление, — ухмыльнулся я. — Мы же дома по вечерам танцуем вальс в каминном зале, а теперь я внезапно разучился.

— Нет, конечно, ты прав, извини, — пробормотала Катя, собирая салфеткой салат со скатерти. — У меня не было возможности о тебе такое узнать. Просто раньше ты танцевал отлично. Но должна же тогда остаться память тела?

— Вчерашний день показал, что тело в этом плане обладает плохой памятью, — покачал я головой. — Или решило надо мной поглумиться и понаблюдать за моим позором. А мне этот навык в ближайшее время очень понадобится.

— Я поняла, — кивнула Катя, допивая кофе почти залпом. — Через десять минут жду тебя в моей комнате.

— Хорошо, — сказал я и проводил её взглядом.

В следующее мгновение мой взгляд упал на мохнатое рыжее существо, вопросительно смотревшее мне в глаза. Я повыбирал из салата кусочки курятины и поделился ими с Котангенсом, слушая его благодарное мурчание. После дозаправки рыжий запрыгнул мне на коленки и даже позволил понаматывать его на руку (не в буквальном смысле, фразочка из прошлой жизни).

— Как идёт строительство университета? — спросил, входя в столовую, отец. — Ты же наверно каждый день на него смотришь?

— Отлично идёт, — сказал я, улыбаясь. Рыжий комок быстро нормализовал моё настроение. — Уже издалека видно. Шапошников творит чудеса.

— Повезло тебе найти такого мастера, — улыбнулся отец. — Столько раз уже нас выручал.

— Я бы при возможности его к лику святых причислил, — усмехнулся я. — Для такого даже последнего нимба не жалко.

Я взглянул на часы и понял, что прошло уже не десять, а одиннадцать минут. Пожелал отцу приятного аппетита, поставил не желавшего с меня слезать Котангенса на пол и быстрым шагом направился в Катину комнату.

— Я специально надела ботинки с твёрдыми носами, чтобы ты мне ноги не оттоптал, — хихикнула Катя и включила музыку. — Почувствуй моё движение и считай, раз-два-три, раз-два-три.

Через полтора часа мучений, вздохов и сотен не произнесённых плохих слов, я двигался уже довольно сносно.

— Ну вот, уже лучше, — довольно сказала Катя. — Пожалуй на сегодня хватит, отдыхай.

— Спасибо тебе, Катёнок! — выдохнул я, чсокнул её в щёчку и отправился к себе в комнату с ощущением, что я разгрузил вагон с цементом.