Чтение онлайн

— Александр Петрович, вы так и не сказали, когда надо приступать к работе?

— Точно я пока сказать не могу, — развёл я руками. — После нового года Обухов будет подыскивать помещение, потом мы будем заниматься подготовкой и доведением до ума, потом уже открывать новое учебное заведение. Оставлять вас на всё это время без работы я не хочу, но принимать активное участие в организации процесса — это можно, это приветствуется.

— Значит я пока работаю здесь и жду вашего сигнала, верно? — спросил Сальников. Глаза его горели, это отлично, значит он будет заинтересован, а значит очень полезен для дела.

— Абсолютно верно, — улыбнулся я, радуясь его согласию. — И ещё один момент, сегодня я хотел произвести первое собрание коллектива в непринуждённой обстановке. Чтобы вместе обсудить некоторые вопросы и просто помечтать. Как вы к такому относитесь?

— Я наверно всех их уже видел, так ведь? — уточнил Сальников.

— Абсолютно верно. А один из них даже здесь работает, — сказал я.

— Иван Терентьевич? — улыбнулся знахарь.

— Точно! — я улыбнулся в ответ. — Так что, идём?

— Куда именно?

— Тут в одном квартале на север небольшой грузинский ресторанчик за углом в цокольном этаже. Посидим, поговорим, съедим что-нибудь вкусное и по домам, готовиться к встрече нового года.

— Это будет самый лучший новый год в моей жизни, — сказал Сальников, задумчиво улыбаясь.

— Не поверите, и мой тоже, — ответил я. — Тогда ждём вас там сегодня полпятого.

— Договорились, буду обязательно.

Моим следующим пунктом назначения был кабинет главного знахаря лечебницы имени «Святой Софии» Демьянова Вячеслава Анатольевича. На моё счастье он оказался на месте, даже ещё не собирался рвать когти с сторону дома, а сидел, обложившись бумагами. Насколько я мог судить, это были бухгалтерские отчёты.

На его лице блуждала мечтательная улыбка, значит всё увиденное устраивало. Когда он увидел меня на пороге кабинета, улыбка бесследно исчезла. Оно и понятно, ему теперь предстояло расстаться с приличной суммой, обозначенной в договоре. Улыбка несколько секунд где-то пряталась, потом снова вернулась на место. Видимо он сложил и вычел в голове и понял, что всё равно остаётся в плюсе.

— Не могу сказать именно сегодня, Александр Петрович, что рад вас видеть, — сказал он внезапно погрустневшим голосом.

— Прекрасно вас понимаю, — от души улыбнулся я и сел на стул перед ним. — Но, что поделать, всё хорошее когда-нибудь заканчивается. Вот и закончилось обучение ваших знахарей, жизнь вверенной вам лечебницы изменилась безвозвратно, причём в лучшую сторону, с чем я вас и поздравляю.

Я протянул ему руку, он приподнялся со своего кресла в знак уважения и ответил крепким рукопожатием. У него даже глаз не дёрнулся, знал, что всё закончилось.

— Я теперь к вам приду только за отчётами знахарей по использованию мази и анестетиков, — сказал я. Глаз Демьянова всё-таки предательски дёрнулся. — Но это будет где-то после середины января. Поэтому хотел поздравить вас с наступающим новым годом и пожелать успехов и процветания вам и вашей лечебнице.

— Спасибо, Александр Петрович, — искренне улыбнулся он, как человек не держащий дулю в кармане. Оно и понятно, улучшение материального благосостояния я им обеспечил. — И вас с наступающим! Удачи вам в вашем нелёгком деле и скорейшего открытия учебного заведения. Будем присылать к вам наших знахарей для повышения квалификации.

— У вас уже есть новенькие на примете? — поинтересовался я.

— Приходили несколько человек, было дело недавно, именно у нас хотят работать, но я сказал им, что вакансий пока нет.

— Очень зря, Вячеслав Анатольевич, — улыбнулся я, а он удивлённо вскинул брови и смотрел на меня с немым вопросом во взгляде. — Должен вам сообщить, что в ближайшее время два знахаря из вашего коллектива перейдут в мой, так что новые молодые кадры обзвоните, пусть приходят.

— Вот как? — спросил Демьянов. — И кто же решился пойти с вами по вашему нелёгкому пути? Ну про одного я догадываюсь, это Рябошапкин Иван Терентьевич, верно? А кто второй?

— Сальников Дмитрий Ефремович.

— Без ножа меня режете, Александр Петрович, — погрустнел Демьянов. — Это одни из лучших знахарей в нашей лечебнице, мне их будет очень не хватать.

— Не переживайте так, Вячеслав Анатольевич, я предоставлю вам компенсацию в виде бесплатного обучения методу ваших новичков. Надеюсь, что в ближайшее время мы откроемся и они будут первыми учащимися наших курсов.

— Так это же надо ещё дождаться, когда вы откроетесь, — грустно протянул Демьянов.

— Вы думаете, что, находясь под контролем Обухова ситуация может затянуться? — спросил я, заранее зная ответ.

— Ну, если под личным контролем Степана Митрофановича, то нет, не затянется, — кивнул Демьянов.

— Вот и я так думаю, — улыбнулся я. — Но Иван Терентьевич и Дмитрий Ефремович пока на время поиска и оборудования помещения ещё поработают у вас. Могут кстати взять молодёжь на стажировку на испытательный срок. И вам хорошо, их есть кому подготовить к началу трудовой деятельности, и им хорошо — будут нарабатывать наставнический опыт. Хотя, как мне кажется, Рябошапкину его не занимать.

— Да, Иван Терентьевич самый опытный знахарь у нас, молодые всегда ходили за советом именно к нему. Поэтому мне жаль, что у нас его скоро не будет.

— А теперь перейдём к самому интересному, — переключил я тему и с интересом наблюдал изменения в лице главного знахаря.

— Ах, вы про это, — протянул Демьянов, сообразив о чём пойдёт разговор. — Ваш гонорар уже готов, пересчитан и отложен. Получите, распишитесь.

Он положил на стол увесистый конверт.

— Пересчитайте лучше сразу, — добавил он, когда увидел, что я собираюсь не глядя сунуть конверт в портфель. — Чтобы потом в случае каких-либо несовпадений не было претензий.

— Я вам доверяю, Вячеслав Анатольевич, — сказал я, но всё же заглянул в конверт и провёл пальцем поперёк торца пачки купюр. По крайней мере не кукла. — Потом дома пересчитаю. Спасибо вам за плодотворное сотрудничество.

Я встал со стула и протянул ему руку. Демьянов ответил на рукопожатие тоже поднявшись с кресла. Когда я произносил последние слова, у него пару раз дёрнулось веко, потом перестало.

— Это вам спасибо, Александр Петрович, — сказал Демьянов и снова грустно улыбнулся. — Приходите в этот кабинет, когда угодно, попьём чаю с ватрушками, поговорим, повспоминаем.