Чтение онлайн

— У меня всё хорошо, мам, — сказал я и улыбнулся ей самой обезоруживающей улыбкой. — И будет ещё лучше.

— Ты наверно хотел сказать, ещё сложнее? — спросила она и с грустью улыбнулась. — Нелёгкий путь ты выбрал, Саш.

— Теперь уже поздно выбирать, — хмыкнул я. — Теперь только вперёд.

— Пусть Бог хранит тебя, сын!

Мама наложила на меня крестное знамение, я поклонился и пошёл в прихожую. Надо поспешить в госпиталь, дел непочатый край.

Мы с Прасковьей подошли к крыльцу госпиталя практически одновременно, только с разных сторон.

— Доброе утро, Александр Петрович, — радостно улыбнулась она. — Не спится в субботу, хочется поработать?

— Ну раз уж моему секретарю не спится, то мне — тем более, — хмыкнул я. — Хотел предложить проверить всё и выявить, чего не хватает. Сегодня последний день, когда ещё можно докупить, завтра у всех нужных нам магазинов и мануфактур выходной.

— Хорошо, — кивнула, продолжая улыбаться, Прасковья. — Тогда давайте так, вы смотрите всё по медицинской и учебной части, а я по хозяйственной. Так больше толку будет, я в вашем оборудовании и инструментах совсем ничего не понимаю.

— Справедливо, — кивнул я. — Тогда я начну со второго этажа, а ты с первого, потом махнёмся, чтобы не толкаться.

— Принято, — кивнула в ответ девушка, отдала пальто гардеробщице, которая уже вышла на работу и пошла с ревизией по первому этажу.

Я не стал сдавать одежду в гардероб, а дошёл до своего кабинета, повесил пальто и шляпу в шкаф, портфель положил на стол, а трость для солидности взял с собой и отправился с проверкой по второму этажу.

В лекционном зале всё в полном порядке. Доска на месте, над ней портреты великих врачевателей прошлого, плакаты развешены по стенам, президиум укомплектован стульями, на трибуне графин с водой и чистый стакан. Ряды скамеек со столами для учащихся плавно уходили вверх, высота потолков вполне позволяла.

Я переходил из помещения в помещение, проверял наличие всего по списку, нигде никаких недочётов не обнаружил.

— Саш, тут есть одна загвоздка, — услышал я голос Валеры из-за спины.

— Что не так? — спросил я, не оборачиваясь, всё равно скорее всего его не увижу.

— Мне это изделие уже больше сорока лет без надобности, но живые люди периодически справляют нужду.

— Это всё понятно, — произнёс я и зашёл в следующую учебную комнату. — Что не так?

— Ты уж пардонь, как говорится, за такие подробности, — сказал Валера, — но подтиратся-то они чем будут?

— Ё-моё! — воскликнул я и схватился за голову. Пот и пригодился листок и карандаш, которые я положил, а карман на всякий случай

— Ага, — хихикнул Валера. — И бумажные полотенца в рулонах отсутствуют напрочь.

— Наверно и на первом этаже то же самое, — сказал я и продолжил обход. — Сейчас закончу и сверю списки с Прасковьей, надо это всё сегодня заказать.

— Ага, желательно, а то неровен час, понадобится в понедельник, а тю-тю, нету.

— Спасибо, Валер, — сказал я, обводя придирчивым взором комнату отдыха лекарей. — Здесь возле раковины то же самое, мыло есть, а полотенец нет. Да как так-то?

— Суета виновата, Саш, — прошелестел призрак. — Так всегда бывает, что забываешь про что-то самое очевидное и простое.

— Может ты ещё что-то заметил? — спросил я у него. — Скажи сразу.

— Да остальное вроде всё на месте, — ответил Валера. — Буду смотреть вместе с тобой. Ну я думаю, что всё, что нужно для банкета в день открытия, вы уже продумали?

— Твою мать! Банкет! — воскликнул я, схватившись руками за голову.

— У-у-у, как всё запущено, — расхохотался Валера. — Тогда самое время этим заняться, Саш. Беги к Прасковье.

— Спасибо, Валер, побежал.

Я спустился на первый этаж и понёсся по коридору, заглядывая в распахнутые настежь двери. В одном из кабинетов нашёл секретаршу, которая подняла манипуляционный стол и положила на него планшет с писчей бумагой, где что-то старательно выводила строчку за строчкой.

— Что-то случилось, Александр Петрович, — поинтересовалась она, увидев краем глазак, как я запыхался.

— Мы не продумали, что надо закупить для банкета, — выпалил я.

— Как раз в процессе, — ответила девушка и вернулась к составлению списка. — Присоединяйтесь, может что-то добавите.

Объединив усилия, мы добили списки, что сегодня надо успеть приобрести, запрыгнули в микроавтобус и я помчал по городу по заранее намеченному маршруту. Через несколько часов, когда все пункты в списке были зачёркнуты, а пассажирский салон забит под самый потолок, поехали обратно в госпиталь.

Меня поразило, с каким энтузиазмом и ловкостью Прасковья участвовала в разгрузке машины, видимо опыт погрузки тиража во время работы в типографии сказался. Помогали нам и немногочисленные оставшиеся рабочие из бригады Шапошникова. В самый пик суеты и человеческой круговерти на пороге появился Обухов.

— Ну как вы тут, осваиваетесь? — спросил он, оценивая качество ремонта в главном холле.

— Да, потихоньку, — буркнул я и перехватил поудобнее стопку коробок, которые так и норовили разъехаться в разные стороны. — Вот доставляем, что забыли сразу купить.

— Вы забыли купить туалетную бумагу? — воскликнул Степан Митрофанович, провожая глазами Прасковью, которая как раз именно её и несла.

— Ага, представляете? — хмыкнул я.

— Ну вы, блин, даёте, — покачал он головой, а я чуть не прыснул со смеху, услышав знакомую фразу. Боюсь Обухов меня не поймёт.

— Саш, тут такое дело, — послышался голос призрака, который плохо было слышно из-за топота рабочих по коридору.

— Ну что ещё? — слегка раздражённо спросил я. Снова ехать по магазинам катастрофически не хотелось.

— Прости, Сань, — продолжил призрак. — Нашлась туалетная бумага. В дальнем чулане, где всё для уборки, ты прикинь! Я даже не додумался там посмотреть. И полотенца тоже там.

Обухов закатился от смеха так, что я начал беспокоиться, что на него рухнет люстра.

— Какой у вас оригинальный камень преткновения и основная проблема, — сквозь смех выдавил он. — Я конечно понимаю, такое событие, все боятся обделаться, бумаги надо много.

Я молча вздохнул, снова поправил разъезжающиеся коробки и потопал дальше по коридору.

— Ну вот так бывает, — сказал я Обухову, который судя по шагам, шёл вслед за мной.

— Ладно, Саш, не дрейфь, — сказал он уже серьёзным тоном. — Сейчас вся суета закончится и начнутся обычные трудовые будни, ещё надоест это всё. Ты ставь эти коробки, куда хотел, и пойдём покажешь свой кабинет, есть о чём поговорить.

— Хорошо, — ответил я и поставил коробки в кучу, куда мы таскали всю посуду и кухонные принадлежности, предназначенные для банкета. — Пойдёмте.