ЖАНРЫ

Правило Шестьдесят на Сорок
Шрифт:

Тео покорен. Я беру член в рот, и он закатывает глаза от облегчения. Пальцы крепко сжимают волосы, не желая отпускать. Я стону, погружаясь на плоть как можно глубже, сопротивляясь инстинкту, заставляющему его двигаться. Я поглядываю на Тео.

Его губы тоже шевелятся, рассказывая о многом. Ломанная последовательность ругательств, имен богов, восторга и угроз возмездия, как только снова получит возможность схватить меня. Я не могу сдержать хриплый смех, задыхаясь от близости, и это запускает в нем новую волну нетерпения. Боже, Тео так возбужден, это сводит с ума. Я провожу рукой между ног, медленно лаская себя, и издаю тихий стон, оставляя его внутри.

— Черт возьми, — вырывается у него, лицо искажено страстью. — Джуди.

Наконец-то Тео сдается. Он опускается, чтобы поднять меня, и ласково притягивает к себе.

— Умница, — шепчет он на ухо, усаживая меня обратно на островок и проводя большим пальцем по губам. — Ну, ты просто обязана была это сделать, да? Как я теперь могу работать, зная, что мог бы иметь это вместо всего остального?

Я от обиды надуваю губы.

— Ты же сказал, что я проведу выходные на спине. Не давай обещаний, которые не сможешь выполнить.

— Да? — спрашивает он, крепко сжимая мои груди в руках. Сменив тактику, он касается сосков языком, один за другим. — Это то, что тебе нужно?

Я вцепляюсь в его волосы, притягивая к себе, чтобы поцеловать в губы.

— Уже близко, — шепчу я, когда он переключается.

Горячие, влажные поцелуи скользят по внутренней стороне бедер и щиколоток. Тео поднимает мои ноги за колени, резко притягивает так, что я от неожиданности падаю на локти, задыхаясь от испуга.

Тео не спешит. Его губы, язык и пальцы медленно исследуют меня, проникая внутрь. Играя, он чередует нежность с насмешливостью, затем переходит к уверенности, снова дразнит. Он ведет тонкую игру, приближая меня к краю, а затем замедляя движение, позволяя наслаждению накапливаться, словно мы могли бы проводить так целые недели. Словно ему нет нужды быть нигде, кроме как здесь, между моими бедрами.

Когда, наконец, Тео прекращает игривую пытку, я не успеваю его остановить. Хочу сказать замедлиться, мечтая о том, чтобы он был внутри в момент кульминации. Но когда он толкает меня за грань, ноги подкашиваются, спина выгибается, из уст вырывается лишь его имя.

Тео не отстраняется. Не дает мне расслабиться. Его губы побуждают меня погружаться все глубже в океан наслаждения, ощущая, как волны накатывают одна за другой. Его пальцы создают новую волну каждый раз, когда я думаю, что последняя уже прошла. Тео остается на месте, пока дрожь не утихнет, и ноги не станут ватными. Затем поднимает меня, заставляя сесть.

— Это то, что ты хотела?

Я покачиваю головой, пытаясь отдышаться.

— Даже не близко, — на его лице вспыхивает хищная улыбка.

— Скажи.

— Я хочу тебя.

Не нужно повторять дважды. Тео переворачивает меня, проникая внутрь, и я задыхаюсь, прижимаясь щекой к холодному мрамору столешницы. Оуки безуспешно ищут опору, чтобы удержаться, но скользят по глянцевой поверхности. Он берет ситуацию под контроль. Его руки скользят по моей спине к бедрам, надежно удерживая. Я подстраиваюсь под яростный ритм, пока снова не ощущаю, как внутри нарастает горячее, пульсирующее желание, пробираясь вверх по бедрам, собираясь в центре.

— О, нет, — вырывается у меня, хотя не могла бы сказать это менее охотно, напротив, желая сильнее.

Тео замечает это с запозданием, но внимает, слаживая движения.

— Нет?

Я быстро трясу головой.

— Да. Да. Я имела в виду «да».

Его взгляд начинает проясняться. Тео понимает, что я имею в виду, и издает низкий, глухой смех, который едва не сводит с ума. Я обвиваю его ногами, чтобы встретить бедра, подталкивая обратно. Он держит почти весь мой вес. Я поднимаюсь, чтобы встретиться с его губами, ухватываюсь за плечи, не веря, что Тео сможет сделать это снова, но наслаждаясь усилием, которое прилагает. Его глаза прикованы ко мне, подстраиваясь.

Он наслаждается каждым мгновением, проведенным со мной. Губы, язык, пальцы медленно исследуют меня, проникая внутрь и вокруг. Тео то дразнит, то замедляет темп, затем снова становится настойчивым, вовлекая в тонкую игру, где ведет меня к краю, а затем отстраняется, наслаждаясь этой изысканной пыткой. Он одаривает меня волнами наслаждения, которые накатывают одна за другой, как прибой. Как будто нет никого важнее меня, и нет места, где бы он хотел быть больше, чем здесь, между моими бедрами.

— Помоги, — выдыхает он, пальцы ритмично сжимают ягодицы. — Руки заняты. Коснись себя.

— Не думаю, что смогу это сделать дважды…

Из его горла вырывается нетерпеливое рычание.

Оргазм превосходит ожидания. Небольшое смещение в сторону, еще чуть-чуть, еще одно резкое движение — и я снова дрожу, прикусывая губу Тео. Это окончательно выводит его из себя. Он крепко прижимает меня к груди, сердце стучит, как барабан, наполняя, когда проникает внутрь. Еще один хриплый поток слов звучит в ухе. Удовлетворение, обожание, мольба.

Спасибо, ты совершенство, невероятен, ты — Бог, позволь сделать это снова, пожалуйста, позволь снова быть с тобой. Возьми меня, забери все, — говорю одним поцелуем.

Он перемещает меня на стол, и я полностью распадаюсь, устало глядя в потолок, умоляя воздух попасть в легкие.

Тео прижимает лоб к моему животу, дыхание быстро поднимается и опускается в такт с моими вдохами. Он кладет губы на мой живот. Не может быть и девяти утра. Если уже так в девять утра…

— Как это возможно?

Его ответ — единственный признак того, что я сказала это вслух.

— Не знаю, Джуди. Черт побери.

Телефон начинает вибрировать рядом с моей головой. Я вслепую ищу его, руки дрожат от волнения.

— Я не хочу, чтобы это когда-нибудь покидало нашу жизнь, — говорю я. Тео тянется за моим телефоном, и я отвечаю на звонок наугад. — Алло?

— Джуди, это Диана. Нам нужно поговорить, — мне требуется мгновение, чтобы понять, а потом охватывает паника: неужели уже понедельник, и я опаздываю на работу?

Но сегодня определенно суббота, и в ее голосе слышится ледяная холодность.

— Диана? Что случилось?

Тео смотрит на меня с любопытством, когда я поднимаюсь, пронзенная нарастающим ужасом. Это не правильно. Почему она звонит в субботу утром?

— Джуди, нужно, чтобы ты сказала, что я неправильно все понимаю, — говорит она, и голос понижается на октаву.

О, нет.

— Что происходит? — тихо спрашивает Тео, нахмурившись.

Я пожимаю плечами, спрыгивая со стола.

Поделиться с друзьями: