Чтение онлайн

— Может вам тоже необходимо немного расслабиться, отдохнуть? — предлагает Арабелла, дабы вовлечь нас с Тиграном в беседу. — Тагир, что ты на этот счет думаешь?

Тигран рассеяно на меня смотрит, не зная, что ответить.

— Дорогой, ведь ты самостоятельно всегда принимаешь решения. Что же сейчас случилось?

Тигран откладывает вилку и берет меня за руку.

— Я понял, хотя должен был сообразить раньше, — начинает он, и я не совсем понимаю, что же он хочет сказать. — Амалия моя супруга и мы должны совместно принимать решения. То есть прийти к одному итогу.

Арабелла кладет голову на плечо Разиля.

— То есть до этого, ты не понимал этого?

Он согласно кивает. Взгляд свекрови скользит по мне, и я выдавливаю из себя свою самую искреннюю улыбку, и это, по-видимому, срабатывает, потому что Арабелла заметно расслабляется и не подозревает ни о чем.

Еще чуть-чуть и мать Тиграна поняла бы, что ее сын не мог настолько измениться за такой короткий срок! В какой огонь ты нас бросаешь, Тигран?

— Ну ладно. Рада, что ты так считаешь, — начинает она играть с локоном своих волос.

Как бы я хотела убедить ее в том, что я не представляю для нее, сына и ее семьи никакой угрозы. Но не знаю, поверит ли она мне? Ведь я хочу сделать ее сына счастливым, может, не того, за кого я вышла замуж, но все же. Тигран также является ее частичкой, и я более чем уверена, что она также его любит, хотя сейчас она убеждена в том, что он мертв.

— Я люблю Амалию больше жизни, и она всегда будет рядом с нами, — заявляет Тигран.

После его слов, он целует мои костяшки пальцев. Я перевожу взгляд с Тиграна на Арабеллу и по натянутому выражению ее лица мне становится предельно ясно, что она не оставила без внимания то, что ее имя не было названо ее сыном.

— Никто и не мешает тебе любить ее, — нервно произносит женщина. — Разве это не так?

Разиль вздрагивает, словно его ударили, но он быстро справляется с этим наваждением.

— Дорогая, никто никого не обвиняет. Тагир лишь признается в любви своей супруге. Вот и все, — он пытается успокоить ее, но это не так-то просто сделать.

— Я просто не могу понять, что Тагир имеет в виду, когда говорит, что Амалия будет всегда рядом с нами. Разве что-то может измениться? Она супруга моего сына и никто не сможет этому помешать! Но… Зачем так вообще говорить?

Игра на публику…Арабелла, давно ты этого не делала… У меня даже не возникает желания смотреть на нее.

— Мне необходимо кое-что забрать из дома… — Мне уже нет смысла заканчивать предложение, потому что Тигран берет меня за руку и, поблагодарив за ужин, ведет за собой в дом.

— Тигран, ты мог бы остаться.

— Не здесь, Амалия, — он вновь бросает взгляд в мою сторону.

Мы начинаем удаляться в сторону нашей спальни. Нашей… Нашей с Тагиром, но не с Тиграном. Это все так не правильно…

— Добро пожаловать в семью, — говорю я Тиграну.

— Она всегда так с тобой?

Мои губы растягиваются в улыбке:

— Спасибо за твою поддержку.

— Тагир этого не делал?

Моя улыбка моментально гаснет.

— Ты ведь знаешь, что нас поженили насильно. У нас не было выбора, а Тагир на этот счет не сильно парился.

Тигран на секунду теряется, не зная, что ответить на мои слова.

— Черт! Черт! Черт! — кричит он.

— Пожалуйста, успокойся, — обнимая его за плечи, говорю я. Его спина напряжена, а дышит он очень часто, мое самообладание также находится ближе к нулю.

Я столько лет терпела издевки свекрови, что практически научилась не обращать на нее внимания. У меня не было тогда поддержки, родители об этом не знали, а я и не пыталась рассказать, списывая все на то, что бедная женщина потеряла сына и теперь она просто навсего отрывается на мне. Но Тигран…Он сегодня защитил меня от своей матери и сам того не замечая осчастливил мен настолько, насколько это было вообще возможно.

Тагир

— Как, как ты это сделал? — вопрошала девочка, смотря на меня изумленными глазами.

— Дал ему кое-что, — садясь на камень и стирая пот с лица, тяжело ответил я. — Он чуть не сожрал меня, — я засмеялся и, наклонившись, почесал это огромное чудовище за ухо. — Почаще бы так, а то жизнь такая однообразная.

Я встал и направился к небольшой каменной пробоине.

— Не надо туда идти.

Звуки, которые вылетали из волчьей пасти, искажались, и теперь было более или менее похоже на человеческую речь.

— Вы все вместе? — указав на девочку с волчицей и огромного зубастого волка, спросил я.

Девочка сделала шаг навстречу мне, но волчица, стоящая рядом с ней перегородила ей путь, скалясь.

— Она не доверяет тебе, — проинформировала она.

— Я это уже понял, — усмехнулся я. — Ну так, как вы все здесь оказались? То есть, когда я учуял ваш запах, я почувствовал отчаяние вперемешку со страхом.

Ее ответ прозвучал довольно резко:

— Мы тут находимся с самого моего рождения.

Мы оба примолкли, думая каждый о своем. Я повернулся в сторону костра, приближаясь к ним.

Раздается что-то вроде угрозы:

— Не приближайся к ним.

Огромный волк встает на ноги. Он размером с дом. Мне становится страшно. Сердце колотиться, а руки холодеют. Я отступаю назад и вжимаюсь в каменную стену. Волчица тихо скулит.

— Что, что такое? — волк направляется в сторону девочки с волчицей. Останавливается в паре метров от них и начинает скулить.

— Он вам ничего не сделает? — вновь спрашиваю я, ожидая, что в этот раз за этим последует ответ.

Мои глаза сужаются от напряжения, а девочка уверенно отвечает мне:

— Все в порядке. Она скоро перевоплотиться.

— Она?

Брови девочки недоверчиво сдвигаются. Она мрачнеет. Затем прижимает волчицу к себе, треплет ее за загривок и произносит:

— С сестрой все будет в порядке.

Волк медленно превращается обратно в человека. Изображение перед глазами чернеет. Дальше мне хода нет.

Когда я открываю глаза, и передо мной опускается огромная волчья лапа, я с криком бросаюсь в сторону. Существо рычит, пытаясь задавить меня. Удары по земле становятся все сильнее и сильнее. Да что за чертовщина сегодня происходит?