Чтение онлайн

– Сейчас масса способов, чтобы его убрать. Это не самое страшное.

– Думаешь? Просто она же девочка… - жмёт плечами Соня. – А хочешь фото покажу? Я утром успела сделать, пока собиралась на работу.

Она достает телефон и в несколько шагов оказывается возле меня. От Сони вкусно пахнет: ванилью и дыней. Совершенно не отталкивающий запах, даже наоборот - притягивающий. Сняв блокировку с мобильного, Соня становится рядом, задевая плечом мою грудь. Внутри будто срывает стоп-кран, как тогда у реки. Только в тот момент я винил алкоголь, а сейчас остаётся винить самого себя.

– Вот, посмотри, - показывает Соня.
– Как и предупреждал доктор, отёк огромный, но помимо него ужасные швы...

На экране и в правду всё выглядит достаточно жутко. Могу только представить, как Сашке было больно во время падения и потом, когда её зашивали.

Но беспокоит меня не только это. Я вдруг отчётливо понимаю, что до зубовного скрежета хочу коснуться Сони. Развернуть её к себе, поцеловать, услышать шумный стон, вырывающийся из её груди. Сжимаю пальцы в кулаки и пытаюсь держать себя в руках.

– Заживёт, не волнуйся, - отвечаю хрипло.

– Ну смотри, ты пообещал, - смеется Соня и поднимает на меня свой игривый взгляд.

В этот самый момент я снимаю тормоза и уверенно беру её за запястье, разворачивая к себе. Голубые глаза становятся испуганными, зрачки расширяются, а длинные чёрные ресницы часто моргают, словно не понимают, чего именно я хочу.

Когда я приближаю её к себе, Соня упирается ладонями в мою грудь и не делает ни единой попытки вырваться, окончательно сметая все мои сомнения с пути.

– Не надо, Амир, - вдруг произносит Соня, что идёт вразрез с её действиями.

Этот отказ влияет на меня прямо противоположно. Я лишь сильнее прижимаю её за талию и провожу ладонями по позвоночнику, заставив немного выгнуться и расслабиться. Я чувствую, что она тоже этого хочет, что дрожит, иначе не облизывала бы так соблазнительно губы, иначе сопротивлялась бы и твёрже отталкивала. Фиксирую ладонью тонкую шею и слегка касаюсь губами её губ. Они мягкие и влажные, поэтому возбуждение становится таким сильным, что напрочь уносит крышу.

– Пожалуйста, не надо… - почти шепчет Соня. – Амир, отпусти.

В худеньком и маленьком теле вдруг оказывается столько силы, что Беловой удается меня оттолкнуть. Голубые глаза выглядят встревоженными, грудь заметно вздымается от напряжения. Она нервно поправляет юбку и волосы, отходит немного дальше, теперь точно убедившись в том, что да, я опасен и я кусаюсь.

– Мне нужно работать, Амир, - часто дышит. – Теперь я могу уйти?

Каждый сантиметр воздуха в кабинете буквально искрит от напряжения. Я тоже часто дышу, словно от нехватки кислорода.

– Вы заняты на выходных? – спрашиваю её, ощущая, как медленно отпускает.

Чем дальше Соня отходит, тем легче мне становится дышать. Возбуждение всё такое же сильное, но уже не подпитано её близостью. И почему-то так сильно хочется закурить...

– Завтра мы едем в строй-центр, - отвечает тонким голосом Соня. – А в воскресенье сестра пригласила на день рождения. Поэтому никак, извини.

– Сегодня?

– Сегодня тоже, Амир, - пятится назад Белова. – Сашка ночует у бабушки…

Мне хочется спросить её: а ты? Ты ночуешь с ним? Чтобы не злить самого себя, удерживаюсь и молчу. Просто знаю, что однажды наступит момент, когда она будет засыпать и просыпаться со мной. Соня резко срывается с места, открывает дверь кабинета и спасается бегством. Что правильно. Потому что я, кажется, не совсем совладаю с собой.

***

Спускаюсь на парковку, когда на улице уже темно. Соня попрощалась со мной в холле и вышла на улицу к ожидающему её Мише. В компании подруги Ритки, но это не отменяло того факта, что этой ночью она будет находиться в объятиях своего жениха. Сдерживался как мог, когда желал хороших выходных, даже пальцы хрустели.

На парковке закуриваю. Останавливаюсь возле автомобиля, делаю глубокую затяжку, наполняя никотином лёгкие и шумно выдыхаю. Становится легче? Нет. Отпускает? Немного. Я понимаю только одно, что силой взять Соню никак не получится, а я совершенно не привык действовать романтично и ласково, как её жених-проныра.

Замечаю нервное телодвижение у стены. Прищуриваюсь, определяю, что это Степан Анатольевич притаился, наш бывший зам. Знаю, что он появлялся сегодня в офисе и оставлял заявление об увольнении по собственному желанию в отделе кадров. До меня оно пока не дошло.

Так что же он делает здесь? Караулит кого-то?

Выбрасываю окурок, забираюсь на водительское место и завожу двигатель. Мне хватает минуты, чтобы набрать скорость и подъехать к стене, где что-то щёлкая на телефоне стоит Степан. Его глаза испуганно расширяются, когда он замечает меня и понимает, что я не собираюсь сбавлять скорость.

– Не тронь! – кричит нечеловеческим голосом и прикрывает голову руками, роняя телефон.

Я жму педаль тормоза в нескольких сантиметрах от него, слушая противный визг шин. Открываю дверцу автомобиля, спрыгиваю на асфальт и подхожу к Степану, хватая его за глотку.

– Чтобы я не видел, что ты ошиваешься здесь. Понял меня? – спрашиваю, встряхнув зама. – Не слышу?

– Понял. Да понял я! – хрипит и испуганно барахтается. – Пусти.

Он уезжает раньше меня, а я ещё курю в салоне, провожая его взглядом. Сожалею о том, что мало ему вмазал, потому что агрессия всё ещё ломает тело.

Набрав номер тренера, держу курс в зал. Там можно снять напряжение в спарринге и с грушей. Там точно окончательно отпустит. Я знаю это не понаслышке.

***

После трехчасовой тренировки я возвращаюсь в пустую квартиру и от нечего делать набираю номер сестры. Она коротко рассказывает о том, как идут дела и напоминает, что у Карима и Дины в эту субботу годовщина свадьбы. Брат хотел бы меня пригласить, но после нашего последнего разговора опасается мне звонить. Дожили.

Благодарю сестру за приглашение и обещаю, что буду. Все равно выходные у меня относительно свободны, а проводить их в гордом одиночестве не очень-то хочется.