Право на отцовство
Шрифт:
Вовремя напоминаю себе, что мы не в том месте. И о том, что Соня после операции, а значит вести себя с ней стоит нежнее. А также напоминаю себе, что я в два раза неё больше и мощнее, а она всё же маленькая и ранимая девушка. Но всё рамки стираются, когда Соня переплетает наши языки и отвечает на поцелуй сначала с опаской, а затем смелее и смелее. Вот так, моя хорошая. Я знаю, что тебе тоже сносит крышу.
Где-то в кармане начинает звонить телефон. Я не обращаю на него никакого внимания, но затем он звонит ещё и ещё. Кто-то очень требовательный и настойчивый, почти что смертник.
– Ответь, - произносит Соня мне в губы.
– Потом.
– Вдруг это мои родители? Сашку вернуть хотят?
Это действует безотказно, и я тут же отстраняюсь.
На экране светится номер моей помощницы. Крепко выругавшись, снимаю трубку и думаю о том, как же ты, Лена, звонишь невовремя.
– Амир Рустамович, вы скоро приедете? В приемной ожидает Антонов.
Чёрт! Я же сам назначил ему встречу и так некрасиво слился.
– Задержи его, Лена. Предложи поесть, выпить. Что угодно предложи. Я скоро буду!
– Хорошо, Амир Рустамович. Жду.
Отключаю мобильный и бросаю его в карман пиджака. На губах ещё остался вкус Сони, в голове творится полнейший бардак, а канаты моего терпения и выдержки почти что лопаются от перевозбуждения. И как с таким настроением вести переговоры?
– Мне пора.
– Я слышала, - отвечает Соня, выдерживая мой взгляд. – Езжай, Амир.
Она вновь становится колючей и неприступной Снежной королевой. Кутается в теплый халат, переводит взгляд в окно. Я прощаюсь с ней на словах и спешно выхожу в коридор. По пути на парковку мне звонят ещё несколько раз подряд. Сажусь в машину, завожу двигатель и поднимаю взгляд на Сонин этаж. Не понятно какая сила мной двигает, но поднимаю взгляд не зря: Белова стоит у окна и машет на прощание рукой.
***
Я почти нормально вливаюсь в роль отца и утренние подъемы проходят теперь менее травматично для нас обеих. Ещё чуть-чуть и я научусь плести колоски, потому что с хвостами и косичками уже разобрался и перешел в разряд профи.
Без помощи Сони определил Сашку на продлёнку, записал на рисование и курсы самообороны. Вошёл в родительский чат, где наравне с остальными обсуждаю школьные вопросы. Оказалось, что совмещать работу со школой сложно, но вполне реально, особенно если ты сам себе начальник.
После обеда в город прилетает Рада, и мы по-быстрому обсуждаем некоторые совместные нюансы, а затем ужинаем на Цветном бульваре.
– Ты когда в столицу? – спрашивает Рада.
– Совсем забросил отцовскую компанию!
– По-хорошему надо бы на этой неделе прилететь.
– Как будешь в Москве - обязательно мне позвони.
– Не обещаю, Радислава, - затягиваюсь горьким дымом.
– У меня будет слишком мало времени.
Она хитро щурит свои лисьи глазки и откидывается на спинку стула. Достает из сумочки тонкие дамские сигареты и просит прикурить.
– У тебя кто-то появился, Амир?
– Так заметно? – вновь затягиваюсь дымом.
– В другой раз ты непременно потащил бы меня в гостиницу, а сейчас всего лишь пригласил на ужин.
– Ты догадливая, Рада.
Она ни капли не обижается. Радислава не из тех женщин, кто смотрит на мир сквозь розовые очки и обожает выстраивать воздушные замки после секса с мужчиной. Она такой себе мужик в юбке: местами циничный и прагматичный и очень на меня похожий.
У нас изначально был составлен негласный договор, что мы друг другу ничем не обязаны, поэтому Радислава без скандалов и истерик воспринимает новость о том, что у меня кто-то появился и жаждет узнать, кто та девушка, что так сильно видоизменила меня.
Вкратце рассказав ей о Соне, прощаюсь и еду забирать дочь со школы. Есть особая прелесть в том, чтобы после трудового дня встретиться вечером со своим ребёнком, просто обнять его и спросить, как прошёл день. Сашка жалуется, что задали много уроков и делится рассказами о новых знакомствах. Кажется, с мальчишками она больше ладит, чем с девчонками.
По дороге мой мобильный вновь разрывается.
– Привет, братик, - звучит в динамике грустный голос Карины.
– Здравствуй. Что-то случилось?
– Я поговорила с мамой на тему будущего. Кажется, она не поняла меня, - жалуется сестра. – Можешь приехать?
– Не сегодня, Карин. Я с дочерью, у нас много уроков, а ещё нужно ужин приготовить. Но ты можешь приехать к нам в гости.
Карина соглашается и просит ничего не готовить: она только что стушила курицу с овощами. Сестра прибывает через полчаса с подарками, ужином, десертом и вином.
– Саш, я хочу тебя кое с кем познакомить, - обращаюсь к дочери, - Это моя родная сестра – Карина.
Дочь смотрит на неё внимательно и с интересом. С благодарностью принимает подарки и направляется в гостиную, чтобы познакомиться поближе. Радует, что Саша настолько коммуникабельна.
– Она твоя копия, Амир, - шепчет Карина.
– И как я сразу не догадалась, что девочка, которую я видела в парке с Соней – твоя дочь.
Её слова мне льстят. Я и сам вижу, что дочери больше досталось от меня, но не слишком зазнаюсь. У Саши пронзительные голубые глаза, точно, как у матери. И мимика один в один, особенно когда дочь злится или нервничает.
Вскоре я ухожу на кухню, чтобы поставить чайник, а вернувшись, застаю играющих куклами Карину и Сашу. Иногда мне кажется, что сестра застряла на уровне десятилетки, потому что она до сих пор восхищается игрушками и обожает смотреть мультфильмы.
– Мне предложили работу в столице, - делится Карина за ужином.
– Крупная компания хочет заключить со мной контракт на три года.
– И правильно, езжай. С мамой я сам разберусь.
– Правда? – радостно подпрыгивает на месте Карина.
– Да, можешь не переживать на этот счёт.
Я действительно собираюсь выполнить обещание в ближайшее время, но даже не ожидаю, что, забирая со школы дочь, встречу мать возле подъезда моего дома уже на следующий день.
Соня.
«Как ты? Я могу приехать?»
«Всё хорошо. Меня сегодня выписывают, поэтому не стоит», - набираю ответное сообщение Мише.
«Я мог бы отвезти тебя домой».
«Меня заберут, спасибо».
Он читает сообщение, но больше не отвечает. Его звонки значительно участились, сообщения буквально посыпались на меня каждый час. Я словно запрограммированный робот отвечаю ему одно и то же. Мне кажется, Мише сложно смириться с тем, что мы больше не вместе. И он явно пытается меня разжалобить, присылая фото спальни, где уже начался ремонт, а на стенах поклеены персиковые обои. Я всерьез предлагала оплатить ему расходы, но Миша оскорбился и попросил не говорить ерунды. Надо бы разорвать наше общение окончательно и бесповоротно, но для этого у меня слишком мало твёрдости в характере.