Чтение онлайн

— Мне кажется, тебе лучше остаться, — запротестовала Пич.

— Благодарю, но боюсь, что если я не смогу поехать домой сейчас, то больше никогда не смогу.

Пич почувствовала себя после ухода Кейси страшно одинокой и решила пригласить Джейсона переночевать у нее. Только после десятого гудка Пич опустила трубку. Половина восьмого. Наверное, вышел поужинать. Чуть позже Сара принесла на подносе легкий ужин, и Пич проглотила его, сидя в холле перед телевизором. Каждые пятнадцать минут она набирала номер Джейсона, но ответа не было. В одиннадцать Пич наконец сдалась. Она старалась отмести предположения о возможном времяпровождении своего молодого любовника. Сейчас не должно быть места ни подозрительности, ни ревности, но в глубине души она…

Пич было и стыдно, и горько. Ее подруга погибает, а она поглощена страхом, что молодой любовник сейчас может быть с другой. Неужели она стала старой вешалкой, жаждущей объятий молодого самца? Пич подошла к туалетному столику и зажгла свет. Яркое освещение безжалостно. Прижав к лицу руки, она попробовала натянуть кожу. Подтяжка. А почему бы и нет? Ну что же, пластическая операция вещь не такая уж редкая, да и тело можно привести в божеский вид. Делают ведь это другие женщины? Если за деньги можно приобрести молодость, почему ее не купить?

Вернувшись в спальню, Пич услышала, как в вечерней программе мелькнуло имя Грэйс Гейбл. Как можно! Предать огласке случай самоубийства?! Как может душевная боль человека стать предметом досужих сплетен? Грэйс не была известна в широких кругах. Большого вреда сообщение ей не принесет. Может быть, только чуть поубавит клиентов. А может, и наоборот. Снова зазвонил телефон. Незнакомый голос произнес:

— С вами говорят из госпиталя. Состояние больной под контролем.

Тут же позвонила Кейси:

— Пич, ты видела новости?

— Да, по четвертом каналу.

— И на втором тоже показывали. Как они смеют? Кто им рассказал?

— Успокойся. Представители прессы дежурят в отделениях реанимации. Попытки самоубийства относятся к делам полиции. Происшествия, о которых принято сообщать. Это законно, понимаешь?

— Господи, какая чушь! Мама будет возмущена. Она вообще редко кому что рассказывала.

— Я знаю, моя хорошая, такой у нее характер.

— Пич, я очень злюсь на нее. Как ты считаешь, это нормально?

— Вполне. Слушай, Кейси, я хочу, чтобы ты кое с кем пообщалась. Она прекрасный психолог…

— Забудь об этом, Пич, — прервала ее Кейси, — мама не верила этим шарлатанам, и я не верю.

— Не надо быть такой безапелляционной. Может быть, с твоей мамой все и произошло оттого, что она не стала обращаться со своими проблемами к профессионалу.

— Может быть. Позвоню-ка я в госпиталь.

Через десять минут Кейси позвонила снова. Голос ее дрожал от гнева.

— Я только что говорила с Джимом. Пич, представь себе, я так счастлива и одновременно готова его убить.

— За что?

— Мама уже пять часов как открыла глаза, а он мне ничего не сообщил. Она пока не говорит, но у нейрохирурга хороший прогноз.

— Слава Богу! — выдохнула Пич.

— Пич, разве бы я могла усидеть дома, если бы я знала? А теперь она спит, и встречу придется отложить до утра.

— Вот и прекрасно. Там и встретимся. В котором часу?

— Предлагаю в восемь.

— Замечательно, а сейчас ложись спать и завтра оденься поприличнее. А то распугаешь больных и прессу.

Кейси засмеялась:

— Когда я посмотрела на себя в зеркало, то поняла, какое страшное зрелище из себя представляла.

Перед тем как лечь спать, Пич с тоской взглянула на телефон, но звонить Джейсону не стала. Красавец слишком молод, чтобы стоило его добиваться. А Пич слишком взрослая и умная женщина, чтобы быть назойливой.

На следующее утро Мэгги проснулась в шесть с тем же чувством униженности и озлобленности. Она все еще не была настроена прощать. Кирк и так испортил ей вчерашний день своими самолюбивыми притязаниями и в благодарность за то, что жена сделала для него, муж наградил ее скотской жестокостью. Мэгги встала тихо, чтобы не разбудить его. Ей очень хотелось уйти из дома, не встречаясь с Кирком.

Принять душ она решила в ванной Энджи, внизу. Хотя Мэгги и принимала душ всего несколько часов тому назад, свежести и бодрости она не ощущала. День только начинался, а она уже устала.

Растеревшись насухо полотенцем, Мэгги пошарила в навесном шкафчике в поисках косметики Энджи. Кое-что найти удалось, но совсем немного. Надо признать, современные девушки куда симпатичнее, чем были в молодости ее ровесницы. Теперешние девчонки смело могут смотреть в глаза миру и без косметики.

Когда Мэгги решила, что и ей не стыдно предстать перед окружающими, она на цыпочках покинула ванную и пошла в кабинет Ди, чтобы оставить для нее записку, затем так же бесшумно стала подниматься наверх и вдруг почувствовала аромат кофе. Кто бы мог варить кофе? Кирк, наверное, даже не знает, как это делается. Он вообще ничего не умеет готовить. Неужели Ди оставила кофейник на всю ночь? Нет, надо выяснить все, пока не поздно.

Открыв дверь кухни, Мэгги увидела Кирка, нарезающего банан. На столе уже были дымящийся кофе, свежеподрумяненные тосты, а также разрезанный грейпфрут. Он даже успел положить джем в розеточки. На памяти Мэгги такое случилось впервые. Ничего подобного не было, даже когда родилась Энджи и после того, как Мэгги вернулась из больницы после удаления аппендикса.

Кирк повернулся к ней небритый, лохматый, он представлял довольно жалкое зрелище. Картину довершал взгляд как у. побитой собаки. Зачем столько показной патетики?

— Я приготовил для тебя завтрак, — пробормотал он, снова взявшись за нарезание банана.

Мэгги решила, что не даст очередной раз сыграть на ее чувствах, и постаралась освежить в памяти картину вчерашнего вечера. Да, ему стыдно, как никогда не бывало раньше, но ведет он себя просто невозможно.

— Спасибо, но я спешу.

— Ты должна позавтракать. Последнее время тебе некогда даже поесть нормально. Ты слишком похудела.

— Ты говоришь как моя мать, — сказала она, встретившись наконец с его взглядом.

— Прекрасно, значит, цель будет достигнута.

Кирк налил ей кофе, и они вдвоем сели завтракать. Он предложил Мэгги первую страницу «Таймс». Всю жизнь он считал право читать эту страницу первым своим самым исконным и непререкаемым. Мэгги покачала головой.

— Спасибо, мне некогда. Надо ехать, пока на дорогах нет пробок. А то я потеряю сегодняшний день так же, как потеряла вчерашний.

Мэгги не могла удержаться, чтобы не посыпать немного соли на свежую рану.

Она съела грейпфрут, половину порции мюсли и выпила крепкий черный кофе.