Чтение онлайн

Подруги молчали, но тишина уже не казалась гнетущей. Их молчание было молчанием близких людей, без слов понимающих друг друга. Пич вспомнила дни, когда они так же тихо сидели рядышком с ее матерью и думали о своем. Последние годы жизни Хейзел провела в слепоте. Как и все в жизни, она приняла свою судьбу, которую даровал ей Господь, с миром. Хейзел была любящей бабушкой внукам, которых никогда не видела. Пич вспоминала ее с неизменной светлой грустью, испытывая при этом чувство ничем невосполнимой утраты. Неужели так будет и с Дрейком? Неужели время не способно залечить эти раны?

Когда сгустились сумерки и включили свет, Пич собралась уходить. Пожав на прощание руку Грэйс, она встала и, улыбнувшись, сказала:

— Спокойной ночи. Завтра я вернусь. Знай, я всегда где-то рядом.

Поцеловав подругу в щеку, Пич ушла, почувствовав приятное успокоение. Впервые с тех пор, как Грэйс чуть не убила себя, Пич действительно поверила, что все будет хорошо. «И у меня тоже», — шепнула она себе.

Мэгги проснулась от предрассветного холода и не сразу поняла, где находится. Сквозь жалюзи проникал молочный свет утра, стоял запах остывающего камина. Вдруг показалось, что Кирк домой не вернулся. Она встрепенулась, охваченная страхом. Соскочив с кушетки, бросилась наверх.

В спальне было темно, но под одеялом угадывался силуэт Кирка, и слышно было, как он дышит. Облегченно вздохнув, она сбросила пеньюар на пол. Отдернув одеяло со своей стороны кровати, Мэгги юркнула под холодную простыню. И хотя она не дотрагивалась до Кирка, его близость и согревала, и успокаивала ее.

Кирк проснулся в семь, когда Мэгги задремала. Он шевельнулся, и жена проснулась.

— Милый, ты уже встаешь?

— Да, мне пора, но ты лежи. Я позавтракаю в кафе.

— Правда? — В кровати было тепло и уютно, но дела не ждали, и Мэгги тоже надо было спешить. — Я все равно встаю, так что мы можем провести вместе еще несколько минут за кофе.

— У меня нет времени. Кстати, я хочу, чтобы ты навестила Лауру, если сможешь.

— А что случилось?

Он сел на кровать рядом с ней и угрюмо заговорил, опустив голову:

— Вчера вечером я сморозил ужасную глупость. Не знаю, что на меня нашло.

Мэгги встревожилась. Признаваться в своих слабостях не было ему свойственно. Что же такого греховного он совершил? Неужели соблазнил бедную" женщину? Мэгги даже побледнела от своего предположения.

— Ну, она приготовила роскошный ужин, пиццу, мы довольна много выпили… и она выглядела просто классно… и казалась такой беззащитной…

— И что?

— И я рассказал ей правду о Джиме и Джилли.

Слова его были полны горечи и боли. Он действительно чувствовал себя виноватым.

— Я не понимаю.

— Ах да, ты ведь не знаешь! Ты не так часто бываешь дома, чтобы мы могли о чем-то поговорить. Я на прошлой неделе завтракал с Джимом. Он попросил дать ему совет относительно дома, который хочет купить, и сказал, что они с Джилли собираются пожениться сразу после развода с Лаурой.

— И ты ей об этом рассказал?

— Да. — Голос его перешел в хриплый шепот. — И еще я сказал, что Джилли беременна.

— О Боже, Кирк, как ты мог!

Внезапно Кирк двинулся в наступление:

— Потому что это правда, черт возьми! Она должна взглянуть фактам в лицо! Джим никогда, слышишь, никогда не вернется к ней. Лаура красивая, замечательная женщина и заслуживает большего, чем этот ублюдок!

— Она нормально себя чувствовала, когда ты уезжал?

— Честно говоря, нет. Я позвонил психиатру, которая ей помогает, и, когда она приехала, ушел. Вот поэтому я думаю, что тебе надо ее проведать.

Кирк поднялся с постели и пошел в ванную, закрыв за собой дверь.

Куда делось то теплое чувство, которое она, казалось, только что испытывала к Кирку? Бедная Лаура! Только начала вытягивать себя из ямы, как он снова ее туда бросил. Мэгги пошла в ванную. Кирк брился электрической бритвой, и ей пришлось повысить голос, чтобы перекричать жужжание:

— Кирк, сию же минуту выключи эту проклятую штуку!

Кирк повиновался скорее от удивления, чем по ее настоянию.

— Зачем ты это сделал? Что с тобой происходит в последнее время? Я могу понять, почему ты издеваешься надо мной, но при чем здесь Лаура?

Не спуская с нее горящего взгляда, Кирк снова включил бритву и продолжил бриться.

— Ей надо было через это пройти. Нам всем пора посмотреть правде в глаза. Перемены в жизни предстоят каждому. Некоторые вещи довольно трудно проглотить, особенно предательство любимого человека.

— Ты намекаешь, что я тебя предаю? — спросила Мэгги.

— Ди сказала мне, что интервьюировала твоих ассистенток. Я думал, у нас уговор, что работа для Корнуол будет последней.

Снова он делает то же, что и всегда! Снова он переворачивает все так, что оправдываться приходится ей. Но на этот раз у него ничего не выйдет.

— Мы сейчас говорили о Лауре. Давай закончим с этим, а потом я с удовольствием подискутирую с тобой на любую из предложенных тем. Если у тебя останется на это время. Когда ты нанялся быть разносчиком дурных новостей? За что ты ее наказываешь?

— Да ты с ума сошла, Мэгги? Я ее не наказывал. Больше того, она мне нравится. Я даже хотел, чтобы ты больше была на нее похожа. Джим дурак, что ее бросил.

— Так зачем ты отвечаешь жестокостью на доброту? Вначале я, затем Лаура? За что я заслужила… побои?

Мэгги попала в цель. Его лицо исказилось болью. Опустив бритву, Кирк вернулся в спальню и бессильно опустился на постель, сжав голову руками. Она не чувствовала сладости победы.

— Мэгги, чего ты от меня хочешь? Я уже сказал, что виноват. Я не хотел обидеть тебя и не собирался обижать Лауру.

Мэгги решила, что настало время обсудить более насущную проблему.

— Кирк, прошу тебя, позволь мне работать. Мне нравится моя работа. Я преуспеваю и зарабатываю неплохие деньги. Я уже потеряла лет двадцать, так пусть те годы, что у меня остались, будут посвящены чему-то полезному. — Мэгги села к нему поближе, продолжая: — Я хочу нанять ассистентку и открыть маленький офис. Ди переберется туда, и тогда мы сможем приходить по вечерам в дом, который будет нашим, и только нашим, оставляя за порогом все дневные проблемы. У нас все получится, если ты откажешься от мысли бороться со мной. Дело принесет много денег, и мы будем тратить их вместе.