Чтение онлайн

– Как же так? Что вам мешает?

– Любые наши штудии по этому вопросу так или иначе привлекут внимание некоторых высокопоставленных чиновников, а это совершенно непозволительно.

– Вы хотите сказать, что…

– Среди чиновников Собрания есть предатели. Вы ведь это имели в виду? Да, Александр Сергеевич, вы совершенно правы! Любые наши действия обречены на провал – о них узнают гораздо раньше, чем наши люди доберутся до Михайловки. Нам нужен человек со стороны. Чужак. Не буду вам льстить, однако скажу: не только смелый, но и умный.

– Без роду и без племени… – задумчиво протянул я.

– Александр Сергеевич, вы позволите задать один вопрос?

– Разумеется.

– Почему вы так часто подчеркиваете свое происхождение? Вы уж простите старика за некоторую прямолинейность, но в этом, казалось бы, невольном восклицании звучит не просто ирония.

– Что же еще?

– В нем слишком много неподдельной горечи. Так говорят люди, которые потеряли всё.

– Можно сказать и так… – Я не выдержал его взгляда и отвел глаза в сторону. – Иногда нам приходится начинать жизнь с начала. С чистого листа.

– Отпустите свое прошлое, Александр.

– Зачем?

– Там нет ничего нового.

– Знаете, ваше высокородие, мой друг, Марк Брэдли, тоже любит повторять эту фразу.

– Он мудрый человек.

– Есть такое дело, – улыбнулся я.

– Вот что еще… Насчет вашей так называемой «безродности». Буду честен – вы, сударь, не похожи на простого человека. Скажу больше – вы интересная и загадочная личность. Вы ничего не знаете о России, но относитесь к ней, как любящий сын относится к своей матери. Утверждаете, что не дворянин, но некоторые реплики откровенно дерзки для простолюдина. Даже на наших вольных землях.

– Это так заметно?

– Я старый человек и многое повидал на своем веку, – сказал Ростовский и задумчиво подкрутил ус. Немного помолчал, прищурился и спросил: – Кто же вы, господин Талицкий?

– Простите?

– Кто вы на самом деле?

– Переводчик. – Я сделал усилие и попытался улыбнуться. – Только… Только последнее время что-то не тех и не туда перевожу.

– Ну что же, пусть будет так… – Он посмотрел на меня с каким-то странным выражением лица, но, видимо, решил не уточнять.

– Скажите, Дмитрий Алексеевич, как же они смогли столько золота украсть? Такой вес… В карман не спрячешь и на плечах не вынесешь.

– Золото спрятано где-то здесь. Они бы не смогли вывезти пятьдесят пудов золота.

– Надо узнать, где именно оно находится?

– Разумеется, но не это главное.

– Какова же моя главная задача?

– Узнать, кто именно заказал это ограбление и кто стоит за их спинами.

– Недурственно… – Я чуть было не присвистнул от удивления.

– Вы ведь понимаете, что, будь они простой шайкой, мы бы давно взяли молодчиков на заметку, а там, с божьей помощью, и укорот дали. В нашем случае не все так просто. Чтобы такое дело провернуть, одной лихости мало! Нет, это не каторжане беглые учинили! Рука не та, да и подход чересчур разумен для ушкуйников. Слишком хитро! Кто-то целенаправленно старается нам навредить, преследуя политические цели.

При этих словах Ростовский многозначительно поднял указательный палец. Очевидно, что эти «политические цели» и были самой большой головной болью местных властей. Ну и золотишко, конечно. Это же представить страшно – пятьдесят пудов… Восемьсот килограмм!

– Вы говорили о некоторых зацепках, которые не можете проверить. Я могу с ними ознакомиться?

– Конечно. Я отдам приказ, чтобы для вас подготовили необходимые документы. Есть один человек, которого мы сильно подозревали в причастности к этому делу, но он сбежал.

– Где он сейчас?

– По слухам, обретается где-то в Вустере, – задумчиво произнес Дмитрий Алексеевич.

– Имя и описание внешности известны?

– В нашем распоряжении есть и фотографические карточки, – улыбнулся он. – Его зовут Вениамин Григорьевич Кротов. Происхождением из мещан Тульской губернии. На здешних землях появился около шести лет тому назад. Опасная личность. Умен, артистичен и, надо признать за ним это качество, – очень смел. Превосходный стрелок.

– Почему бы не подослать к нему проверенных людей?

– Увы, я не Господь Бог! У них хорошие связи не только на южных землях, но и здесь, на землях Российской империи. Надеюсь, что это задание вам по силам…

– И за это вы поможете мне решить проблему с «часовщиками»? – спросил я.

– Не будем забегать вперед, но, чтобы вас немного подбодрить, могу заверить, что этой помощью дело не ограничится.

– Простите?

– Русский язык вы знаете, считаете себя русским человеком. Почему бы вам не подумать о русском гражданстве?

– Это было бы прекрасно.

– Знаете, господин Талицкий, что я вам скажу? На правах старшего товарища…

– Я вас слушаю.

– Если вам удастся не только решить проблему с похищенным золотом, но и личности предателей выявить, то можно подумать не только о гражданстве. За такие заслуги можно и дворянством озаботиться. Не завлекаю, но… подумайте! Хорошенько подумайте! Я уж не говорю о Прошкиной пади.

– Простите, а что с ней не так?

– Это ведь арендные земли, не правда ли?

– Да, вы правы.

– И оформлен этот договор не на вас, а на брата вашего – Влада Талицкого? Который, как понимаю, на этих землях и появляться не собирается.

– Как знать… – задумался я. Если честно, то не верил, что брат когда-нибудь появится в этом мире. Разве что найдет еще каких-нибудь идиотов, вроде меня, для изучения флоры и фауны.

– Поверьте, эта долина, по сравнению с нашими заботами, такая мелочь, что оформить ее как ваши владения – сущие пустяки для Собрания.

– Это звучит слишком…

– Сказочно?

– Пожалуй.

– Может быть, и так, но запомните одну вещь, Александр Сергеевич: Российская империя нигде и никогда своих подданных в беде не бросала и врагам обид не прощала. Особенно, если они убивали наших людей…

Неожиданно его лицо застыло. Просто стальная маска, а не лицо! Представил его в гневе – и стало немного не по себе. Нет, такой не будет орать, разбрызгивая слюни. Характер не тот! Он прикажет тебя уничтожить – и продолжит чай пить. С сушками и вареньем. Еще и хозяйку похвалит, которая это самое варенье варила. Мол, прелестное, Акулина Ивановна, вишневое варенье в этом году. На загляденье-с!

– Мудрое отношение… Жаль, что так было не всегда…

– Простите? – Он, видимо, не расслышал.