Право вернуться
Шрифт:
— Мне не дает покоя этот огрызок письма, который мы нашли в камине, — сказал я, когда Роберт вышел на улицу.
— Неужели? — хмыкнул Марк. — А я полагал, что тебе не дает покоя Катрин Фишер! Кстати, вы хорошо смотритесь вместе. Ты бы подумал, Талицкий. Хорошо подумал…
— Уже донесли? — поморщился я.
— Не донесли, а упомянули об этом факте в одном пустяшном разговоре. Знаешь кто?
— Понятия не имею. Ты же никогда не выдаешь свои источники информации.
— Не тот случай, Алекс. Просто я встретил твою хозяйку, миссис Грегори. Она-то мне и сказала, что мистер Талицкий провожает учительницу. Дело в другом…
— В чем именно?
— Как именно она это сказала.
— Ты сейчас о чем, Марк? — не понял я.
— Она сказала это с легким оттенком горечи. Она не умеет скрывать чувства. Понимаешь, Алекс… Если ты что-то решил или собираешься решать, то не доводи дело до любовных треугольников. Ты же не Стив Палмер, который трахает все, что движется и дышит. Грегори — хорошая и добрая женщина. Знавал ее мужа. Не хочу, чтобы ей было больно. Ты же хороший парень, Алекс! Не заставляй меня изменить это мнение о тебе.
— Не собирался я этого делать, — покачал головой я, — даже не думал.
— Поверь мне на слово, приятель, иногда все получается без нашего участия. Безучастие, Алекс! Вот главная причина всех наших бед. Ты подумай. Хорошо подумай…
— Ладно, — кивнул я, — давай вернемся к огрызку письма. Так будет лучше.
— Я и сам про него часто вспоминаю, — нехотя признался Марк и провел рукой по лицу, будто надеялся смахнуть усталость и заботу. — Тюрьма… Брикстоун. Вустер… Знать бы, что задумал Фоули и почему он решил бросить своих парней…
— Не знаю. Разве что есть и другие, более удачливые, чем эта кучка оборванцев.
— В нынешних краях всегда хватало разномастной швали, готовой пустить кому-нибудь кровь. То, что Фоули бросил своих парней, тоже не новость. Он всегда так делает, если в деле запахло жареным, но кто именно прислал это письмо? При чем здесь тюрьма Брикстоуна и Вустер?
— Может быть, поговорить с арестованными? — предложил я, но без всякой надежды.
— Зачем? Они все равно ничего не знают, — отмахнулся он.
— Ты уверен?
— Абсолютно! В игре, которую ведет Фоули, они всего лишь мелкие и никому не нужные карты! Шестерки, которые сбросили без раздумий и сожалений…
Шериф дернул кистью, словно сбросил на стол карты, и задумался. Я не стал ему мешать. Тем более что в голове билась какая-то неуловимая мысль, которая не давала покоя. Старался поймать ее за хвост, но она ускользала, как угорь из рыболовного садка.
— Слушай, мистер Брэдли…
— Чего тебе?
— Скажи, я как-то пропустил, а точнее — упустил это из виду…
— Алекс, не тяни кота за хвост!
— Как умер наш старый учитель?
— Хм… — удивленно хмыкнул шериф. — У себя дома.
— То есть ничего подозрительного в этой смерти не было?
— Конечно же нет. Старику было лет семьдесят! Почему тебя это заинтересовало?
— Да так… ничего особенного. Не обращай внимания. Кто сегодня дежурит?
— Ты. Стив вечером занят.
— Ничего себе! — возмутился я. — Это что-то новенькое в нашем расписании! Чем же он занят? Охмуряет какую-нибудь дамочку?
— Присматривает за гостями нашего города.
— Вот в чем дело… — протянул я. — Понятно. За двумя джентльменами из ресторана?
— Ты совершенно прав. Это карточные шулеры.
— Значит, будет весело.
— Может быть, и так. Не дай бог, конечно! Надоело разгребать этот мусор… — Он посмотрел в окно, но, разумеется, ничего хорошего там не увидел, кроме пыли и грязных разводов. Марк провел пальцем по стеклу и выругался: — Я когда-нибудь уволю этого старика! Сколько раз ему говорил, что надо помыть окна!!!
— Надо принять на работу старушку Эшли, — предложил я, — она быстро наведет порядок в городе.
— Даже не сомневаюсь! И начнет с того, что повесит Алекса Талицкого и Стива Палмера.
— Меня-то за что?!
— За валериановую настойку!
Шериф вышел на улицу, и через несколько секунд послышалась его хриплая и протяжная ругань. Старику Грину все-таки досталось… Я закурил и порылся в старых газетах, которые лежали на подоконнике. Выбрал несколько штук, разложил на столе. Странно. В каждом выпуске нашел одно и то же объявление, что в школах города Брикстоуна требуются учителя за «очень приличное вознаграждение».
В этот момент хлопнула дверь и потянуло промозглой осенней сыростью. Пришел Стив Палмер. Судя по хмурому виду, он не сильно доволен перспективой провести вечер в салуне, наблюдая за картежниками. Ничего не поделаешь! Если судить по рассказам Марка, то такие посиделки часто заканчиваются не только дракой, но и стрельбой. Разумеется, с трупами — как правило, совершенно посторонних людей, не имеющих к той игре никакого отношения.
— Слушай, Стив, — начал я, — ты не знаешь, сколько получают учителя?
— Решил сменить место работы? — Он плюхнулся на стул у камина и заглянул в кофейник. Кофе мы уже выпили, и градус настроения Палмера упал еще ниже. Так низко, что замер на нулевой отметке.
— Нет, просто интересно.
— Как тебе сказать… — Палмер пожал плечами. — Если не ошибаюсь, то что-то в районе двадцати пяти или тридцати марок в месяц.
— Негусто.
— Школа, как правило, оплачивает жилье. У меня была одна подружка… — Он прищурился и ухмыльнулся, вспоминая очередную пассию.
— Ну-ну…
— Она окончила учительские курсы и вернулась в Ривертаун. Здесь работы не нашлось, и поэтому примерно полгода тому назад девушка уехала в Брикстоун. До сих пор пишет мне такие милые письма, что начинаю задумываться о детишках, доме и жене. Представляешь?
— Если честно, то с большим трудом. Это как-то на тебя не похоже.
— Я очень добрый человек, — скромно признался Стив, — но согласен, это трудно заметить.
— Скажи, а в Брикстоуне зарплаты выше, чем у нас?