Чтение онлайн

В дальнем углу, неподалёку от водяной горки, разворачивалась вполне себе эстетически приятное зрелище. Девочки из «Осквиртителей» пусть и не были писанными красавицами, однако на контрасте выглядели очень даже ничего. Тощенькие такие неформалочки, с татуировками и пирсингом по всему телу.

Пороться они ни с кем не поролись, однако разделись догола и шумно-весело тусили своей компанией. Бухали, прыгали в воду, чего-то орали.

А рядом с ними, бултыхая ножками в воде, на бортике бассейна сидел грустный Святопрост. Попался, сука.

— Привет-привет, — к нам подошёл толстый мужик в латексной маске. — А чего не раздеваетесь? Новенькие, да? Быть может, я ненадолго украду вашу даму и покажу ей как тут и что?

— О! — обрадовался я.

Эту бороду я везде узнаю.

— Отец Максосий! Привет!

— Что!? Ты!? Опять!? — святой отец начал озираться по сторонам. — Что тебе нужно!?

— Мне нужно, чтобы ты ненадолго украл мою даму. Покажи ей что тут и как, но смотри, чтобы к ней никто не подходил и гадостей всяких не предлагал. Понял?

Дожидаться ответа я не стал и отправился прямиком к Святопросту. По пути я трижды поскользнулся, — уж не нашим ли лубрикантом здесь пользуются; надо бы потом связаться с организаторами и предложить скидку, — дважды был приглашён на соитие и один раз случайно пнул пыром одну разгорячённую парочку.

Ну… В итоге-то добрался.

— Привет, — я сел рядышком со Святопростом.

— Привет, — ответил тот, не переставая бултыхать ножками. — Достал всё-таки.

— Достал.

Метрах в десяти от нас в бассейне плавал мужик. Он не сводил глаз с «Осквиртителей», одной рукой удерживал себя на плаву, а другой стимулировал пипирку и, признаться, сидеть на пути его взгляда было не очень-то уютно.

— Поехали домой, а?

—…

— У тебя ведь сегодня день рождения, да?

—…

— Ну прости, Святопрост, я не знал.

— Да я… Да блин, — Святопрост схватился за голову. — Я испугался, понимаешь?

— Понимаю.

— Вспомнил тех клонов из Твери и тупо испугался. Психанул, сбежал.

— Прекрасно понимаю.

— Я не хочу становиться монстром.

— И это я тоже понимаю, но ты не станешь монстром, Святопрост, — уверил я. — Лёха Мясницкий сказал, что их эксперимент перевернёт мир и у меня нет причин в этом сомневаться.

Святопрост молчал. Я тоже молчал.

Куцый разговор у нас получился, не убедительный ни разу, но… блядь, а что мне ещё ему сказать? Пожалуйста, ложись под нож и не задавай лишних вопросов? Честно говоря, я за сегодня и так порядком вымотался, чтобы ещё в психологов играть.

Так что я просто сидел и ждал, когда мой насекомыш сам дойдёт до правильного решения, и в этот самый момент…

Пу-пу-пу…

В этот самый момент начались звонки.

Один, второй, третий; телефон буквально разрывался. Звонил Кузьмич, звонил Душнилов, звонила Черепашкина. Звонили наши партнёры, поставщики и заказчики. Звонили люди от моих новых родственников. Много кто звонил, короче говоря.

Что произошло?

Всё просто. Мне настал пиздец.

Началось всё с того, что в Прямухино разгорелся очередной пожар. Однако в этот раз полыхнули именно теплицы, да притом все разом. Пожарные не ехали. Обещали, но всё равно не ехали.

Дальше: на нашем честно-отжатом у Бориса Безродного предприятии в Твери идёт проверка и уже выявлены овердохуя нарушений; заводской конвейер остановлен, а последняя партия боярышниковых напитков арестована.

Кухня «Охотничьего Трофея» и весь «Tildikov Inn» тоже закрыты. Там разом нашли тараканов, крыс, плесень и просрочку. Независимая экспертиза нашла в «Кисюн де ля Жри» кишечную палочку и об этом уже твердят во всех новостях.

Набросить ещё? Да пожалуйста:

Клюкволюдов поместили под стражу, как незаконных мигрантов. Франчайзи «Биовульв» отказываются сотрудничать и требуют вернуть им деньги. Князь Владимирский свернул наш совместный проект и дал заднюю, так что не будет во Владимире никаких авокадовых угодий. Почему? Да потому что по сети начали гулять страшилки про авокадо — от него и слепнут, и глохнут, и писка не стоит, и мозги ссыхаются.

Все мои активы заморожены до суда. Судов у меня, если ничего не путаю, уже набралось порядка пятнадцати.

Короче всё.

За меня взялась Ольга Георгиевна. Взялась и играючи отобрала всё, что я нарабатывал с момента попадания в это тело.

Блядь!

Как я устал от этого всего. Аристократы, Боги, маги, сёстры. А сёстры-то, если разобраться, не мои. И вся эта движуха с возвышением Романова тоже не моя. Больше не моя; я и так дохера для него сделал, так почему должен продолжать страдать по его милости? Почему бы мне просто не послать всё нахуй и не принять предложение действующего Императора? Хотел стать эрцгерцогом — так вот же, пожалуйста, шанс на блюдечке.

Или что, блядь? Мне внезапно должно стать жалко семью Лёхи Мясницкого? Что-то Сан Саныч не спешил выручать меня во время эпизода с Черенком, так с чего бы мне за него вписываться? А я ведь помогал ему, да притом не раз. И ему, и всем остальным…

Вот она — метафора отношения людей ко мне; сидит рядышком и болтает ногами. Я для него и так, и сяк стараюсь, а ему нужно больше. Ему нужно, чтобы я за ним как мальчик бегал по свингерским клубам и уговаривал стать имбой.

Ох, пу-пу-пу…

А да ебись оно всё.

— Илья Ильич, я…

— Делай что хочешь, — сказал я Святопросту, встал и пошёл на выход. — А я заебался…

— Добрый день. Соедините меня с Ольгой Георгиевной Ковинской. Ага. Да. Понял, тогда скажите ей, пожалуйста, что звонил помещик Прямухин на счёт её предложения. Да. Да. Передайте ей, что я согласен…

Принимали меня, конечно же, не в Кремле. Слишком много чести, по всей видимости. Приёмная Ольги Георгиевны располагалась в домике на Чистых Прудах, в двух шагах от театра «Современник». Похоже, что между злодействами дочь Императора любила приобщиться к массовой культуре.

Ну и само собой, под её нужды был выделен весь дом, а не одна утлая квартирка. Три поста охраны, игривое ошлёпывание ручками, металлоискатель и специально выделенный для меня мезенский маг, который проверил — а не накастовал ли я часом какой-нибудь херни. Спасибо, что раздеваться не пришлось.

Ну и конечно же, — такие у аристократов порядки, — меня заставили ждать.

Час? Два? Я уже потерялся, на самом деле. Сидел как дурак в узком коридорчике без окон, ждал и рассматривал узоры на бледно-жёлтых обоях. Впрочем, я сам заслужил такое отношение. Не надо было выёбываться, ага. Интересно, а вот если я всё-таки примкну к команде победителя, хотя бы часть моих дел возможно будет так же легко откатить назад и восстановить?