Чтение онлайн

— Под солнца зной, — продолжил я. — Так ненадолго живой. Так сегодня надо…

— Р-Р-Р-РАААА!!!

Вокруг меня сомкнулись зубы…

ТОРЖОК. ВЕРТОЛЁТ «ИМПЕРСКИХ НОВОСТЕЙ».

Съёмочная группа из Москвы уже вдоволь наснимала Жиранью. На камеру были запечатлены кадры того, как Жиранья стоит. На камеру были запечатлены кадры того, как Жиранья идёт. Хватало и кадров, на которых она бегает и крушит дома. Казалось бы всё, достаточно, на репортаж наберётся.

Теперь было бы неплохо наснимать с воздуха материала о линии соприкосновения, но тут…

— Смотри-смотри! — крикнула Черепашкина, молодая грудастенькая репортёша в жёлтом комбинезоне.

— Да смотри же ты! — крикнула она ещё раз и похлопала оператора по плечу; внутри вертолёта было шумно.

— Куда, Апрелина Ониловна?

— Да вот же! — она указала на крышу гостиницы. — Снимай!

А где-то там молодой человек в заляпанном кровью белом костюме шёл навстречу огромной химере. Человек подошёл к краю крыши, развёл руки в стороны и спокойно наблюдал за тем, как острозубая морда тянется к нему всё ближе и ближе.

— Ты снимаешь!?

— Снимаю! А что он делает!?

— Не знаю! Плевать! Снимай!

Жиранья ненадолго замерла перед человеком, а затем разинула пасть и проглотила человека целиком; резко вгрызлась в то место, на котором он стоял и помимо прочего откусила кусочек крыши.

— Ой божечки! — крикнула Апрелина Ониловна. — Ты заснял!?

— Заснял! А такое в эфир пропустят!?

— Если кусочек заблюрим, то да!

— Р-Р-Р-РАААА!!! — заорала Жиранья, проглотив свою добычу, но тут её крик оборвался…

Грянул взрыв. Эпицентр взрыва находился у Жираньи в глотке, чуть пониже головы; где-то там, где у человека мог бы располагаться кадык. Во мгновение ока шея химеры разлетелась на мясные лоскуты. Чуть ли не половину гостиничной крыши окатило кровью.

— ТЫ СНИМАЕШЬ!? СНИМАЕШЬ!?

Голова не отлетела. Просто теперь она крепилась к продолжению шеи голым хребтом; эдаким толстенным костяным стержнем. Но вот голова химеры начала заваливаться набок, хребет треснул и надломился. Вращая удивлёнными глазами, — насколько рыбьи глаза вообще могут передавать удивление, — Жиранья в очередной раз попыталась заорать и раскрыла рот, да вот только не вышло… Вместо этого из шеи хлынул настоящий фонтан тёмной густой кровищи.

— Да тут всю картинку блюрить придётся!

ПЯТЬ МИНУТ НАЗАД. ЧЕРДАК ГОСТИНИЦЫ «TILDIKOV INN».

— Я не могу приказывать тебе такое, — сказал я.

— В таком случае я не буду дожидаться приказа, — ответил Левый. — Я должен это сделать, хозяин. Не для тебя. Для себя. Я так хочу.

— Что ж, — я погладил бомбожопицу по шёрстке. — В таком случае я сделаю всё, чтобы твоя жертва не оказалась напрасной. Клянусь тебе.

— Я верю, хозяин. Так и будет.

— Не-е-ет! — билась в истерике Правая. — Пожалуйста, нет! Не делай этого! Я умоляю!

— Тише, детка, — Левый прижался к Правой и крепко-крепко поцеловал её… в щёку? — Я должен это сделать, понимаешь?

— Нет, не понимаю! Почему!?

— Ну потому что, детка. Как минимум потому, что я всего лишь изделие №2304 в диверсионно-подрывной модификации и создан для того, чтобы устранить объект ценой собственной жизни. А как максимум потому, что ты заставила меня хоть на время поверить в то, что это не так.

Пу-пу-пу… бегающие говорящие жопы. Смешно, да? Ха-ха-ха. Комедия, блядь. Мне вот сейчас было максимально не смешно.

— Я пойду вместо тебя!

— Нет, — отрезал Левый. — Ты должна жить, слышишь? Ради меня. Ради нас обоих.

— Пожалуйста, не делай этого, пожалуйста, — из глаза Правой слёзы текли буквально ручьём. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…

— Люблю тебя, — сказал Левый и оторвался от подруги. — Береги её, хозяин. Ты обещал мне.

— Можешь быть спокоен. Я сделаю для неё всё, что в моих силах. Спасибо, Левый.

— Пожалуйста.

С тем я открыл дверь на крышу и накастовал клона. Левый пристроился у иллюзии за спиной и посеменил навстречу собственной гибели.

Сзади безутешно рыдала Правая.

Сердце у меня сейчас буквально разрывалось напополам. Не знаю, как оно произошло и почему, и получится ли у меня это повторить, но я чётко знал: плевок моего клона в рожу Жираньи был настоящим, мокрым и материальным.

— Стою один, — покуда я ревел как сука, мой клон не проронил и слезинки. — Сердце рвётся из груди…

Ну а потом грянул взрыв.

ОБРАТНО В ВЕРТОЛЁТ

— Смотри! — заорала Апрелина Ониловна. — Вон там! Выходит точно такой же! Это он же!? Не понимаю! А это… это что такое!? Что за зелёные человечки!? Так! Подлети поближе! — скомандовала репортёрша пилоту. — Сможешь сесть на крышу!?

Буква «Д» — деморализация. Как только мамочка подохла и растянулась мёртвой тушей на дороге, детишки сразу же смекнули, что им здесь ловить нечего. С высоты седьмого этажа я наблюдал за тем, как волна пошла на убыль. Химеры отступали, а одарённые всех мастей гнали их к прорыву в стене.

Победили, чо. Жаль, что никто не узнает какой ценой. Мой бедный маленький Левый, клянусь, когда-нибудь в каждой столице каждой области будет стоять памятник в твою честь. Клянусь, что с Правой никогда не случится ничего плохого.

Фтух-тух-тух-тух-тух! — тут я заметил, что на крышу пытается присесть вертолёт новостников.

Ну что ж. А вот и мой шанс на медийность. Не помешает.

Из вертолёта выпрыгнула репортёрша. Да, знаю, мне сейчас полагалось скорбеть по другу, но либидо не прикажешь; от внешности девушки у меня аж дух перехватило. Очередная поднимательница мужских писосов.

Жёлтый комбинезон в обтяжку, белые кожаные сапоги с массивной подошвой и тонкая-тонкая талия, на фоне которой грудь и попа смотрелись ещё массивней, чем есть на самом деле. Рыженькая, с короткой и пышной стрижкой чуть выше плеча. Кого-то она мне напоминала, но я всё никак не мог понять кого.

Короче вот хочется. И так её хочется, и сяк. Как только узнаю, как зовут эту милаху, в мой расстрельный списочек добавится ещё одно имя.

Но вот от чего я по-настоящему охренел, так это от Брусники.