Чтение онлайн

Сталин является естественным и прямым следствием отступничества русского общества от Бога и исторической России, произошедшего в 1917 г. Возьмем на себя смелость утверждать, что Сталин был послан России в наказание за это отступничество. Впрочем, это должно быть ясно любому думающему человеку. Народ, который не захотел иметь над собой Божьего Помазанника, получил жестокого и беспощадного правителя, в котором отобразилась вся страшная послереволюционная эпоха. Вместе с тем, еще раз подчеркнем, исторически абсолютно неверно сваливать всю вину за случившееся с нашей страной на Сталина. Более того, такой подход игнорирует Божий Промысл. Не только и даже не столько Сталин расшатывал устои Российской империи, не только Сталин растаптывал идеалы Святой Руси, не только Сталин отчаянно боролся за установление так называемой советской власти, которая породила (и не могла не породить) изуверскую систему, обрекшую на гибель миллионы наших отцов, дедов и прадедов. Его вынесла на поверхность та темная сила российского общества, которая родилась в результате предательства веры, забвения идеалов и традиций предков. Сталин был частью этой силы, а затем наиболее эффективным ее лидером. Поэтому безумием было бы считать Сталина продолжателем дела русских Царей. Он строил свою «империю», не имевшую ничего общего с Российской империей, особенно в духовном смысле.

Революция, как всякий бунт, является проявлением человеческой гордыни, порой принимающей чудовищные формы. Поэтому она всегда богоборческая и антинародная. Революция по определению рождает вождей, которые быстро превращаются в тиранов и диктаторов. В этой связи нельзя пройти мимо утверждения, что некоторые вожди, мол, предают революционные идеалы и перерождаются в «консерваторов» и даже «реставраторов». Повторюсь, смысл деятельности лидеров любой революции – уничтожить до основания предыдущую систему и, как правило, силой навязать народу исключительно свое видение власти и своего места и роли в ней. Вожди бунтарей не могут не быть сверхбунтарями, полностью порвавшими со всеми морально-нравственными нормами, тем более религиозными. Ведь такие нормы не дают реализовать главную, часто тщательно скрываемую, амбицию этих людей – ВЛАСТЬ. А чтобы не выглядеть просто кровавыми бандитами, они создают свою «религию» – счастье народа и светлое будущее. Этим они столь яростно оправдывают все свои преступления, что сами со временем даже начинают верить в придуманные ими мотивы своих действий. Посмотрите на революции в Европе и Африке, Азии и Латинской Америке, начиная с XVII в. и заканчивая сегодняшним днем. Вы увидите множество тиранов и диктаторов, выступавших под знаменем счастья для народа: англичанин Кромвель, француз Робеспьер, китаец Мао, ливиец Каддафи и его современные безымянные свергатели и убийцы, венгр Бела Кун, отечественные Ленин, Троцкий и Сталин. Захват власти не менял их сущности, не делал их нравственнее и добрее. Тирания была и есть естественным состоянием их душ.

Революционная сумятица идей, лозунгов, определений призвана запутать, сокрыть сущность событий и истинные мотивы вождей. Например, общепринято считать, что Наполеон Бонапарт «остановил» Французскую революцию, хотя действовал он исключительно в рамках естественного процесса ее развития, типичного для любых революций в любой стране. Даже первоначальный титул Бонапарта – «император Республики». Он никогда не был монархистом, а присвоил себе титул «император». Духовные люди того времени, несмотря на все заигрывания Наполеона с Католической церковью, понимали это. Не случайно и Католическая, и Православная церкви называли Бонапарта «человеком погибели». Он был классическим диктатором, прятавшимся за монархическим титулом. Империя Бонапарта – это лжеимперия, подмена, его дворянство – лжедворянство. Ради укрепления собственной власти использовалась монархическая традиция, жившая в народе, а подлинные роялисты, сторонники законного короля, сурово преследовались.

Как и Наполеон, Сталин с конца 1930-х гг. начал придавать своему государству некоторые внешние элементы ушедшей монархии, но лишь затем, чтобы укрепить свою власть, укрепить систему. Его волновали интересы только этой псевдоимперии. Когда в начале 1930-х гг. Сталину, развернувшему коллективизацию сельского хозяйства, понадобилось сломить хребет сопротивлявшемуся русскому крестьянству, что было невозможно без окончательного уничтожения уже и без того обескровленной Церкви, он провозгласил «пятилетку безбожия» с взрывами храмов, арестами и массовыми убийствами священников и верующих. К 1941 г. на свободе оставалось только четыре православных митрополита. Весь остальной епископат был либо расстрелян, либо находился в тюрьмах и лагерях. Когда же во время Великой Отечественной войны стало ясно, что без поддержки Православной Церкви войну не выиграть, Сталин стал заигрывать с ней, дал некоторые послабления для церковной деятельности. После войны Церковь, по мнению вождя, исполнила свою роль и снова попала под идеологический и политический прессинг, возобновились, хотя и в меньших масштабах, репрессии в отношении духовенства и верующих.

Советское государство всегда было безбожным и во многом построенном на лжи и лицемерии. Часто приходится слышать, что Сталин вернул имена Пушкина, Суворова, Кутузова, Чайковского, которые при Ленине и Троцком были «выброшены с корабля истории». Конечно, в тех конкретных исторических предвоенных условиях положительный результат от этого вынужденного шага был. Но, введя в большевистский ареопаг Пушкина, Суворова, Ушакова, Чайковского и Менделеева, Сталин поставил их в один ряд с Лениным, Горьким, Каляевым, Дзержинским, Свердловым. То есть сравнял верующих православных людей, создававших славу и величие державы, с безбожниками, бунтовщиками и террористами, виновниками гибели исторической России. В результате мы получили новую исковерканную историю нашей страны, в которой белое смешивалось с черным, добро со злом, «подвиг наших великих предков» без зазрения совести сочетался «с делом великого Ленина». Положительные образы Петра Великого и Иоанна Грозного в одноименных фильмах, во многом созданные под политический заказ советской власти, были призваны оправдать и «узаконить» власть красного диктатора. Все другие государи изображались идиотами и тиранами (как, например, Император Павел I в фильме «Суворов», Император Александр I в фильме «Кутузов», Император Николай I в спектакле МХАТ «Декабристы», Царь-Освободитель Александр II в фильме «Герои Шипки»).

Своей властью Сталин был обязан тем же самым силам, которые в свое время привели к ней Ленина и Троцкого. После революции и смерти Ленина он вовсе не случайно оказался на вершине большевистской пирамиды. Крайне наивно предполагать, что деятель из второго десятка большевистских лидеров самостоятельно смог не только занять высший пост в их иерархии, но и укрепиться на нем, расправившись со всеми своими столь авторитетными и влиятельными конкурентами. Сейчас хорошо известно о той большой внешней поддержке, которую имели революционеры в период подготовки и совершения государственного переворота в 1917 г. Да и в годы Гражданской войны западные страны весьма дозированно помогали антибольшевистским силам, явно делая ставку на ее углубление и затягивание. Резидент английской разведки Б. Локкарт, находившийся летом 1918 г. под арестом в тюрьме ЧК, получив известие о малочисленности англо-американского десанта в Архангельске, сделал следующую запись в своем дневнике: «Видно, в Лондоне решили сделать ставку на красных» [20] .

Мы часто слышим о пломбированном вагоне, в котором Ленин и группа его сообщников через воевавшую с Россией Германию прибыла в Петроград, чтобы поднимать народ на свержение монархии и захват власти. Безусловно, такой проезд не мог состояться без поддержки не только немецких, но и других влиятельных зарубежных сил, которым было выгодно падение самодержавия. Значительно реже упоминается об отправлении Троцкого и нескольких десятков его соратников на пароходе из США в Петроград с той же целью. И в этом случае не обошлось без вмешательства могущественной закулисы, обосновавшейся в Америке, особенно если иметь в виду арест Троцкого в ходе этого путешествия и его «чудесное» освобождение.

Поэтому, когда решался вопрос, кто возглавит Советскую Россию, «чудотворцы» из закулисы не могли остаться в стороне. Деловой и прагматичный Сталин гораздо больше устраивал их, чем болтливый и конфликтный Троцкий. Ведь в Вашингтоне и Нью-Йорке считали выгодным укрепление СССР как противовеса амбициям Лондона в Европе и перспективам возрождения сильной Германии. На роль руководителя такого государства, конечно, больше подходил не Троцкий, а Сталин. В 1928 г. одним из представителей упомянутой закулисы, скрывшимся за псевдонимом, из Нью-Йорка в Алма-Ату была послана телеграмма Троцкому, в которой от того требовалось незамедлительно отказаться от борьбы и «сдать власть ему». Без такой поддержки Сталин никогда не посмел бы выслать из страны Льва Давидовича. Примечательно, что, сменив Троцкого на должности «смотрящего», Сталин долгое время продолжал троцкистскую экономическую политику.

В 1920-е гг. Троцкий был убежденным сторонником коллективизации. Он писал: «Растущему фермерству деревни должен быть противопоставлен более быстрый рост коллективов. Необходимо систематически, из года в год, производить значительные ассигнования на помощь бедноте, организованной в коллективы… Должны быть вложены гораздо более значительные средства в совхозное и колхозное строительство. Необходимо предоставление максимальных льгот вновь организующимся колхозам и другим формам коллективизации» [21] . Тогда Сталин и его сторонники резко критиковали Троцкого за подобные идеи. В обращении «Об успехах и недостатках кампании за режим экономии», подписанном Сталиным, Рыковым и Куйбышевым, говорилось, что один из возможных путей индустриализации состоит в том, чтобы «обобрать максимально крестьян, выжать максимум средств и передать выжатое на нужды индустрии. На этот путь толкают нас некоторые товарищи» [22] .

Сразу же после высылки Троцкого Сталин послал специальную делегацию в Нью-Йорк с целью заверить американский крупный бизнес, что главные лозунги Троцкого – «Ударим по кулаку!» и «Даешь индустриализацию страны!» будут претворяться в жизнь сталинским руководством. Некоторые решения Троцкого, с которыми Сталин был ранее категорически не согласен, например строительство Днепрогэса, стали немедленно реализовываться, так как в них был заинтересован американский капитал, принявший активное участие в этой «стройке коммунизма». Причины такой американской «филантропии» объясняются в книге Э. Саттона. В 1929 г. американский президент Г. Гувер встретился с виднейшими предпринимателями США из Центра Рассела. Они заявили Гуверу: «Приближается кризис. Попытаться избежать трудного положения, в котором могут оказаться США, можно лишь изменив расстановку сил в мире. Для этого надо оказать помощь России, чтобы она окончательно избавилась от разрухи – последствий Гражданской войны, и помочь Германии избавиться от тисков Версальского договора». Гувер возразил: «Но на это нужны деньги, несколько миллиардов. Да и для чего нам это нужно, что будет потом?» – «А потом надо столкнуть Россию и Германию лбами для того, чтобы, воспрянув после кризиса, США оказались только один на один с оставшимся из этих противников» [23] .

При Сталине на Запад продолжали гнать составы и пароходы с русским лесом, зерном, отнятым у обреченных на голодную смерть раскулаченных крестьян, золотом, добытым рабским трудом заключенных лагерей. Сталинская индустриализация потребовала огромных человеческих жертв. К строительству Беломорканала было привлечено 126 тыс. заключенных. Для сооружения канала Москва – Волга им. И. В. Сталина в 1937 г. был создан Дмитровлаг, в котором находилось 120 тыс. человек. О том, какова была эта «великая стройка коммунизма», свидетельствовал один из очевидцев: «Тысячи грязных измученных людей барахтались на дне котлована по пояс в грязи. А был уже октябрь, ноябрь, холода стояли страшные! И главное, что запомнилось: заключенные были истощены предельно и всегда голодны»; «Смотрим: то один, то другой зэк в грязь падают. Это они умирали от слабости: предел сил наступал. Мертвых складывали на тележки-“грабарки” и увозили…»; «Ближе к ночи, чтоб не было случайных свидетелей… тянулись с канала целые караваны “грабарок” с трупами, облаченными в нижнее рваное белье. Лошадей погоняла специальная похоронная команда. Ямы, длинные и глубокие, выкапывались в роще заранее днем. Людей сбрасывали в могильники как попало, один на другого, будто скот. Только уедет один караван – за ним приезжает другой. И снова сбрасывают людей в ямы» [24] .