Правовое регулирование в интернет-пространстве: история, теория, компаративистика. Монография
Шрифт:
Проблема идентификации пользователей. Обеспечить посредством государственного принуждения (т. е. в терминологии Л. Лессига посредством правовых норм) деанонимизацию Интернета – например, введя возможность выхода в Интернет лишь из определенных точек, санкционированных государством, и при предъявлении паспорта или ввести государственную регистрацию пользователей Интернета.
Проблема юрисдикции. Отключить «наземные» технологические каналы связи между различными странами (либо в каждой отдельной стране установить по одному контролируемому государством каналу связи с каждой соседней юрисдикцией), а также спутниковую связь и иные виды связи, если таковые активно используются, которые обеспечивают межгосударственную связь.
Проблема информационных посредников. Запретить использование технологий, которые позволяют обеспечивать возможность размещения пользовательского контента в сети Интернет или, например, сочетать «решение» данной проблемы с решением проблемы идентификации пользователей – при полной идентификации пользователей проблема информационных посредников решается сама собой.
Справедливости ради следует отметить, что представленные способы «устранения системных проблем сети Интернет» в действительности едва ли приемлемы в полной мере, поскольку несовместимы с идеалами развития информационного общества, а также с информационными правами граждан. И кроме того, следует отметить, что эти, доведенные до крайней степени гипотетические предложения в очередной раз демонстрируют необходимость «взвешивания» ценностей в конституционно-правовом смысле каждый раз, когда возникает обсуждение направлений развития правового регулирования сети Интернет. Указанные гипотетические примеры – это крайность, однако в реальности вопрос о регулировании отношений в сети Интернет всегда подразумевает «регулятивную дилемму», которая заключается в том, следует ли использовать нормы права (или иные относительно «прямолинейные» нормы) для регулирования данных отношений, или нужно оставить большую часть регулирования на уровне «кода».
Л. Лессиг называет рассмотренные им способы регулирования общественных отношений «модальностями ограничений» (modalities of constraint) и справедливо утверждает, что они применимы как к «реальному миру», так и к киберпространству. Соответственно, он заключает, что право регулирует отношения в интернет-пространстве, а правовые нормы об интеллектуальных правах, защите чести, достоинства и деловой репутации, а также иные подобные нормы продолжают свое применение и в нем. Вот только отдельный вопрос – насколько эффективно их применение. Однако, так или иначе, «законодатели [продолжают] – законодательствовать, прокуроры – обвинять, суды – выносить решения». 76
76
Lessig L. The Law of the Horse: What Cyberlaw Might Teach.
Нормы сообщества не менее (а то и более) актуальны, если речь идет об отношениях в сети Интернет. Неосторожное высказывание на интернет-форуме может повлечь за собой массовое осуждение со стороны других участников форума. Несанкционированное раскрытие личной информации о пользователе социальной сети может повлечь утрату важной для такого пользователя информации и тем самым нарушить его информационные права. Кроме того, и это особенно актуально в отношении современных стандартов разработки социальных сервисов, пользователи могут использовать такие инструменты, как «игнорирование» пользователей, жалобы администраторам социального ресурса на поведение других участников той же социальной сети в случае их несоответствия добровольно принимаемым на себя обязательствам, вытекающим из правил того или иного сообщества и т. д.
Очевидно, что и рынок является не менее существенным фактором для киберпространства. Стоимость доступа к сети Интернет всегда определяла востребованность тех или иных сервисов, возможность их реализации. Развивая высказанную Л. Лессигом более десяти лет назад идею (а с тех пор значительно изменилась структура бизнес-моделей разнообразных интернет-сервисов), можно отметить, что самые разные модели платного использования данных сервисов во многом определяют особенности поведения их пользователей. 77 Сам Л. Лессиг в цитируемой работе приводит пример с изменением политики американского интернет-провайдера America Online (AOL), заметившего серьезный эффект от перехода с почасовой модели оплаты на модель с фиксированной абонентской платой. И безусловно, популярность Интернета в целом значительно повысилась с тех пор, когда платный доступ к интернет-сайтам как таковым стал уже, скорее, анахронизмом.
77
В данном контексте речь может идти, например, о моделях оплаты, используемых провайдерами разных виртуальных миров и онлайн-игр, – по подписке (с регулярной абонентской платой) и различные варианты условно-бесплатной модели, предполагающие, например, общий бесплатный доступ, но с возможностью приобретать различный дополнительный контент, или расширение функций за деньги.
Наконец, архитектура интернет-пространства – это, собственно, код (почему одноименная книга Л. Лессига, в которой его модель изложена более подробно, и называется в буквальном переводе «Код» 78 ). Под «кодом» ученый условно, в широком смысле, понимает в целом и программное, и аппаратное обеспечение, которое делает Интернет таким, какой он есть. Сюда относятся самые разнообразные феномены, которые устанавливают разного рода ограничения для пользователей, – это и пароли, и требования использовать инструменты идентификации (например, электронную подпись), и наличие либо отсутствие механизмов отслеживания последовательности действий отдельных пользователей, и многое другое.
78
См.: Lessig L. Code. Version 2.0 [Electronic resource] // Internet-site “Codev2 by Lawrence Lessig” [Site]. – URL:(accessed: 19.12.2016).
Если продолжать развивать метафору «пространства», практически все принципы, лежащие в основе архитектуры «реального» и «виртуального» пространства, одинаковы, за исключением одного – «код реального пространства» (если таковой можно метафорически представить) человек не в состоянии изменить, по крайней мере в той степени, в которой он может изменить код пространства виртуального.
В этом смысле особенно интересно данная метафора раскрывается для естественно-правового типа правопонимания, который увязывает определенные ценности фактически с архитектурными особенностями реального мира. Поскольку в виртуальном мире человек при прочих равных условиях может изменять архитектуру по своему усмотрению, постольку он может закладывать (или не закладывать) в архитектуру виртуального пространства те или иные ценности. В связи с этим, если представить, что юрист (например, по выражению того же Л. Фуллера) является «архитектором социальной реальности», то архитектором киберпространства как разновидности альтернативной социальной реальности он является вдвойне: он создает не только социальную реальность в рамках сетевой архитектуры, но и саму сетевую архитектуру как базовые принципы, в соответствии с которыми и функционирует данная альтернативная социальная реальность.
1.7. Обобщение элементов системной методологии анализа правового регулирования в интернет-пространстве
Системная методология анализа правового регулирования в сети Интернет предполагает наличие четырех основных составляющих: (1) факторы, определяющие значение сети Интернет; (2) системные правовые проблемы сети Интернет; (3) концепции интернет-архитектуры; (4) способы социального регулирования применительно к отношениям в сети Интернет. В этом смысле она представляет собой обобщение высокого уровня, отражающее вариативные принципы, которые, с одной стороны, могут лежать в основе правового регулирования сети Интернет, а с другой – определять на теоретическом уровне специфику отношений в ней как объекта правового регулирования. Одна из ключевых задач настоящего исследования заключается именно в разработке такой методологии, которая подразумевает интеграцию существующих подходов, в том числе уже нашедших свое отражение в научной литературе. 79
79
Многие работы, авторы которых сосредоточены на правовых и политико-правовых проблемах регулирования информационных отношений, информационно-телекоммуникационных сетей, сети Интернет, затрагивали отдельные аспекты рассматриваемой методологии прямо или косвенно, однако автор полагает, что творческая интеграция подходов в форме модели, представляющей собой системное обобщение высокого уровня, будет обладать особой теоретической и практической ценностью. Помимо уже упомянутых, в числе работ, отдельные положения которых в той или иной форме учитывались автором в качестве отправных точек настоящего исследования (в том числе как объект для критики, общеметодологический источник или источник отдельных сведений в контексте диахронного метода исследования), можно также отметить следующие: Политика и Интернет. – М.: Инфра-М, 2014; Актуальные проблемы обеспечения доступа к информации. – М., 2004; Арский Ю. М. и др. Информационный рынок в России. – М., 1996; Право и информатизация общества: Сб. научных трудов / Отв. ред. И. Л. Бачило. – М., 2002; Войниканис Е. А., Якушев М. В. Информация. Собственность. Интернет: традиция и новеллы в современном праве. – М., 2004; Войниканис Е. А. Право интеллектуальной собственности в цифровую эпоху: парадигма баланса и гибкости. – М.: Юриспруденция, 2013; Городов О. А. Комментарий к Федеральному закону «Об информации, информатизации и защите информации». – СПб.: Питер, 2003; Демьянец М. В., Елин В. М., Жарова А. К. Предпринимательская деятельности в сети Интернет: монография. – М.: ЮРКОМПАНИ, 2014; Заика Н. К. Правовые основы средств массовой информации. – СПб., 2005; Информационное общество. Информационные войны. Информационное управление. Информационная безопасность / Под ред. М. А. Вуса. – СПб., 1999; Калятин В. О. Право в сфере Интернета. – М., 2004; Конявский В. А., Гадасин В. А. Основы понимания феномена электронного обмена информацией. – М., 2004; Овчинский С. С. Оперативно-розыскная информация / Под ред. А. С. Овчинского, В. С. Овчинского. – М., 2000; Петровский С. В. Интернет-услуги в правовом поле России. – М., 2003; Право на информацию: российское законотворчество о СМИ в 1999–2000 гг. в контексте западноевропейских стандартов свободы слова / Под ред. Г. В. Винокурова, А. Г. Рихтера. – М., 2001; Снытников А. А., Туманова Л. В. Обеспечение и защита права на информацию. – М., 2001; Тодд Д. Цифровое пиратство. Как пиратство меняет бизнес, общество и культуру / Пер. с англ. Л. Плостак, У. Сапциной. – М.: Альпина Бизнес Букс, 2013.
Соответственно, анализ и оценка реализованной в конкретной юрисдикции модели правового регулирования отношений в сети Интернет могут строиться по следующей схеме и отвечать на следующие ключевые вопросы:
1. Факторы, определяющие значение интернет-пространства. Какие принципиальные нововведения были включены в правовую систему для того, чтобы отвечать вызовам и угрозам, формируемым в интернет-пространстве? Например, таким фактором, как скорость обращения информации, может определяться принципиальная допустимость досудебных и внесудебных блокировок интернет-сайтов. Другой пример – развитие законодательства о защите персональных данных, в значительной степени определяемое скоростью и простотой распространения информации в сети Интернет.
2. Системные правовые проблемы сети Интернет. Каким образом конкретная совокупность норм права регулирует как проблемы идентификации пользователей, определения юрисдикции и степени ответственности информационных посредников как таковые, а равно следующие из них проблемы? Достаточно часто эти вопросы разрешаются фрагментарно и ситуативно: отдельные проблемы могут разрешаться исключительно в отношении конкретных правовых институтов.
3. Концепции интернет-архитектуры. Учитывается ли при правовом регулировании отношений в сети Интернет в данной юрисдикции наличие определенных «уровней» интернет-архитектуры или нет? Известны ли случаи неправильного отношения к интернет-архитектуре, предполагающего регулирование не на том уровне, на котором требуется? Наиболее наглядно этот аспект проявляется в тех ситуациях, когда фактически правовое регулирование приводит к излишним негативным последствиям.
4. Способы социального регулирования применительно к отношениям в сети Интернет. Если следовать классификации Л. Лессига, то в качестве способов социального регулирования следует отметить позитивное право, нормы сообщества, рынок и архитектуру. Ключевой для интернет-права вопрос в контексте настоящего исследования: учитывается ли архитектурный аспект социального регулирования отношений в сети Интернет? Соответственно, основная область применения данного критерия анализа связана с оценкой того, требуется ли именно правовое регулирование данных отношений в данном случае или допустимо применять неправовые способы воздействия.