Праздничные истории любви (сборник)
Шрифт:
Карина вошла в свой двор и заметила на скамейке возле ели старика со второго этажа.
— Здравствуйте!
Сосед не обернулся.
«Может, не понял, что это ему?»
Она перешагнула невысокую оградку и сказала громче:
— Здравствуйте!
Дедок и тогда не обернулся, он смотрел на свои руки, сложенные на коленях.
— А с соседями принято здороваться! — в сердцах крикнула Карина.
Старик и на этот раз не отреагировал сразу, но все-таки поднял голову и посмотрел на нее.
Она продолжала стоять и ждать, пока он что-нибудь скажет, а он смотрел на нее и молчал. Когда уже казалось, что приветствия не последует, старик поднял руки и что-то ей показал. Карина подалась вперед, чтобы лучше рассмотреть. Он снова проделал руками возле лица странные движения, и тогда до нее дошло: «Да он же глухонемой!» Это открытие так ее поразило, что от изумления она не могла сдвинуться с места. Столько лет прожить в одном доме с человеком и не догадаться о его недуге было просто немыслимым.
Карина сделала над собой усилие, подошла к скамейке и опустилась рядом со стариком.
— Простите, я не знала, — промолвила она и, спохватившись, что он ее не слышит, зажала себе ладонями рот.
Он повернул к ней седую голову в синей шапке-петушке, мягко улыбнулся и потрепал по коленке. Затем вынул из кармана блокнотик и огрызок карандаша, которым написал на клетчатой бумаге: «Здравствуй, Кариночка».
«Он знает мое имя…» — Карина стыдливо опустила глаза, потому что поняла — он-то знает, а она его — нет. Не знает и никогда не знала.
Старик точно мысли ее прочитал, положил блокнотик на коленку и вывел свое имя: «Геннадий Ларионович».
Она взяла у него блокнот и аккуратно написала: «Здравствуйте! Простите меня, я не догадалась, что вы не слышите». Карина подумала и приписала: «Мне казалось, вы просто меня не замечаете».
Он прочитал и с улыбкой склонил голову над блокнотом.
«А может быть, многого не замечаешь ты сама?»
«Да», — без раздумий согласилась она. Стало стыдно. Из-за вечных обид и привычного ощущения собственной ненужности она ни разу не задумалась, что кому-то может не хватать ее собственного внимания. Пробегала мимо, кидала стандартное: «Здравствуйте» — и неслась дальше, возмущаясь невоспитанностью и равнодушием людей. Оказалось, все не так, как выглядит, и совсем не так, как проще всего подумать.
Карина блуждала взглядом по серым остаткам снега вдоль заборчика, по грязи возле скамейки, по старому пальто сидящего рядом старика, и на душе было тяжело, точно огромный холодный валун навалился.
Геннадий Ларионович написал что-то в блокнотике, передал ей и поднялся.
— Уходите? — спохватилась Карина.
Он кивнул и потихоньку пошел к подъезду, а она открыла блокнот.
«С наступающим, Кариночка», — писал старик.
Домой Карина вернулась в начале шестого. После обеда она включила ноутбук, как всегда, первым делом зашла на сайт дневников, и среди десятка комментариев ей пришло личное сообщение.
Пишет: Black Night
Сегодня в 5 вечера у входа в стеклянный торговый центр.
P.S. Не опаздывай!
Карина посмотрела на часы в углу экрана и вскочила со стула. Было ровно 18:18.
«Опоздала», — поняла она, но все равно начала носиться по комнате и одеваться.
— Ты куда, Кариша? — удивилась бабушка, когда увидела, как она остервенело пихает кулак в рукав куртки.
— Мне нужно, я скоро! — прокричала Карина, выбегая за порог.
Она прошпарила по лужам на площади и ни разу не остановилась перевести дыхание, пока не добежала до торгового центра. Повсюду стояли машины, люди неслись в магазины перед праздником, как снежная лавина с горы.
Карина огляделась в поисках кого-то похожего на Black Night. Она не знала, как выглядит Наташа, но с самого первого комментария девчонки почему-то думала, что узнает ее из тысячи.
Сколько ни крутилась на месте, среди десятка лиц не могла найти хотя бы кого-то, отдаленно напоминающего образ, который нарисовало ее воображение.
Карина хотела подойти к входу в торговый комплекс, но одна нога зацепилась за ступеньку, девочка растянулась на лестнице и на животе съехала с покатых ступенек вниз. Носки сапог угодили прямо в лужу, разлившуюся у лестницы, а светло-голубые перчатки, шарф собрали на себя толстый слой грязи.
— Елки зеленые! — воскликнул толстяк, наступив длинноносым ботинком на рукав ее белоснежной куртки. — Аккуратнее же надо!
Карина почувствовала, как кто-то схватил ее за воротник, потянул вверх и поставил на ноги. Она стащила с рук грязные перчатки, поправила съехавшую на глаза шапку и обернулась, чтобы поблагодарить за помощь, но «спасибо» не сорвалось с языка. Перед ней стоял молодой человек и приветливо улыбался.
«Зеленые», — подумала она, зачарованно глядя в его глаза.
— Как ты? — участливо спросила рыжеволосая девушка.
«И у нее зеленые», — с восторгом отметила Карина и разулыбалась. Она точно родственников встретила, такой родной была для нее эта пара. Молодой человек с девушкой весело переглянулись и в один голос сказали:
— С наступающим!
— С наступающим! — как эхо повторила она и, глядя им вслед, прошептала: — Счастья вам!
До нее донеслось, как девушка спросила у друга:
— Помнишь ее?
— Девочка с голубыми волосами из окна, — ответил молодой человек, — конечно, помню.
И они обернулись.
Прежде Карина никогда не сталкивалась с ними вот так — нос к носу. Множество раз видела из окна и могла только представлять, какие они вблизи.
«Хорошие», — решила девочка, продолжая смотреть на стеклянные двери, за которыми скрылась любимая парочка. Ей всегда становилось легко и приятно на душе при виде них, и даже сейчас, грязная, усталая, она шла домой с хорошим настроением. И единственное, что ее огорчало, — это неудавшаяся встреча с Black Night.
«Вряд ли она согласится еще раз со мной встретиться».