Чтение онлайн

– Я стала вдовой три года назад, - ровно произнесла миссис Лэнгли. Она так и не заплакала.
– Даже больше трех лет. Это были скверные годы, мистер Симмонс. Бессмысленные годы. Но это - это не имеет отношения к делу, верно?

– Не знаю, - сказал Симмонс.
– Насколько мне известно, вы заявили детективу Лейну, что Чарльз Холстид убил человека, за которого вы собирались выйти замуж. Я не знаю, что относится к делу, миссис Лэнгли. Вашим мужем был...
– он сверился со своими записями, - Филип Лэнгли. Они сочинял...либретто? Что это такое?

– Лирические тексты, - ответила она.
– Они... они были чудесными, мистер Симмонс. Очаровательными. Ну, как у Оскара Хэмерсмита. Филип написал "Леди из Афара". Она имела... большой успех. Но все это не имеет отношения к делу, правда? Он умер три года назад - больше трех лет назад. Джефферсон умер - был убит - четыре дня назад. Четыре дня назад в десять часов.

– Мистер Холстид был вашим другом и другом вашего мужа? Он написал музыку к "Леди из Афара", правильно?

– На самом деле это Флойд написал, - поправила она.
– Флойд Брэкмен. Чарльз... ну, он в основном аранжировщик. Но заявлено все было как "музыка Флойда Брэкмена и Чарльза Холстида". Это очень хорошая музыка. Филип, и Чарльз, и я тоже - все мы часто напевали мелодии и...
– она умолкла и посмотрела на него. Симмонс ещё отчетливей различил отчаяние и боль в её огромных карих глазах. Она сказала:

– Зачем я все это вытаскиваю на свет? Зачем вы мне это позволяете?..

– Когда ваш муж умер, мистер Холстид остался вашим другом?
– спросил Симмонс.

– Он был так нежен ко мне, - сказала она.
– Очень нежен. Я не хочу сказать...
– она помедлила, и Симмонс понял, что она подбирает слова, чтобы быть точной.
– ...что он ни капельки не был влюблен, - продолжила она. Или я - в него. Он... я всегда чувствовала, что он очень порядочный человек. Что он не способен... не способен на такие... поступки.

– Вы, кажется, совершенно уверены, что он убил мистера Пейджа, осторожно напомнил Симмонс.
– Почему вы так считаете?

– Он...
– она снова помедлила.
– Примерно неделю назад он говорил о Джефферсоне ужасные вещи. Страшные, отвратительные слова. Он сказал... сказал, что не будет сидеть, сложа руки. Он имел в виду, что я собираюсь замуж за Джефферсона. Он... мне кажется, он ненавидел Джефферсона.

– Мистер Холстид любит вас, миссис Лэнгли?

Она опустила голову и кивнула, потом подняла на него глаза и сказала:

– Он любил меня, ещё когда Филип был жив; он сам сказал мне об этом неделю назад, в тот... ужасный вечер. Но он и Филипа тоже любил. Любил нас обоих. Мы... в то время мы трое были очень близки.

– Мистер Холстид холост?
– спросил Симмонс.

– Сейчас - да, - сказала Тереза Лэнгли.
– Думаю, когда-то он был женат. Но не тогда, когда мы с Филипом и он так много времени проводили вместе.

– Вы знали, - осторожно начал Симмонс, опасаясь вызвать взрыв, - или подозревали тогда, что мистер Холстид влюблен в вас? Или - чувствует нечто большее, чем нежность и симпатию?

– Не то чтобы знала... Или, пожалуй, знала. Но это... это было так нежно. Почему вы заставляете меня рассказывать об этом? Я хотела только помочь... помочь тем, кто хочет узнать правду. Но...

– Мне нужна общая картина, - сказал Симмонс.
– Понимаете, мне необходима картина в целом, миссис Лэнгли. То, что случилось субботней ночью, только часть целого. Что было потом, когда ваш муж умер?

– Филип умер - что же потом, мистер Симмонс?

– Вы часто виделись с мистером Холстидом? Минуту назад вы сказали, что он был очень нежен с вами. Я полагаю - он помогал вам пережить это страшное время. Потому что любил вас?

Она медленно покачала головой и сказала:

– Вы не понимаете, мистер Симмонс. Для меня все кончилось со смертью Филипа. Мир рухнул. Невозможно было даже подумать, что жизнь продолжается. И всегда, в самые тяжелые минуты, когда был мне нужен, Чарльз оказывался рядом. Как я уже говорила, он был очень нежен, очень добр ко мне. Я и не отрицаю этого - между нами была своего рода привязанность. Я нуждалась в этом.

– Понимаю, - сказал Симмонс.
– Уверен, что понимаю вас. Мистер Холстид хотел, чтобы вы вышли за него замуж?

– Я не была к этому готова. Не готова была даже к такому вопросу. Он это понимал. Он всегда был очень чутким человеком. Исключительно понимающим. Думаю, отчасти потому, что он намного старше.

Странный портрет убийцы, подумал Симмонс. И потом, Джефферсон Пейдж был старше Холстида настолько же, насколько Холстид старше этой хрупкой женщины. Конечно, многие женщины чувствуют себя уверенней с пожилыми мужчинами. Возможно, они ищут более глубокий эмоциональный отклик.

– Вы с мистером Лэнгли были ровесниками?
– спросил Симмонс.

– Он был на год старше. Ему был двадцать один год, а мне - двадцать, когда мы поженились. Он... ему и тридцати не исполнилось, когда он умер. От сердечного приступа.

Бегство к безопасному существованию, где меньше риск новой потери? Бегство от сильных чувств; боязливое стремление избежать повторения пережитого, повторения опустошающего страдания? Я не психолог, подумал Симмонс. Я - юрист, работающий над уголовным преступлением. Но и юристу порой следует вдуматься, какие мотивы толкают людей на неожиданные поступки.

– Вы полагаете, что мистер Холстид ненавидел Джефферсона Пейджа, произнес Берни Симмонс.
– Он так и говорил вам? Как проявлялась его ненависть?

– Самыми разными способами. В его голосе, его глазах.

– Он ревновал вас к Пейджу? Он считал, что Пейдж встал между вами?

– Конечно, - сказала она.
– Он... он совсем другой человек. Кажется, я говорила вам, каким внимательным он был ко мне? Мне кажется, также он относится ко всем на свете.

– Понимаю, - сказал Симмонс.
– Вы с ним говорили... неделю назад, я правильно понял?

– Точнее говоря, чуть больше недели... Нет, в прошлый понедельник. Мы вместе обедали и заехали ко мне домой, чтобы выпить по стаканчику бренди, вот я и сказала, что выхожу замуж за Джефферсона.

– Раньше вы об этом не упоминали?

– Нет... не совсем так. Я...
– она снова помедлила, опустив голову и уставившись на свои стиснутые руки, лежащие на коленях. Симмонс ждал.

– Наверное, мне не хотелось причинить ему боль, - выговорила она наконец.
– Ох, мы решили - мы с Джефферсоном обо всем договорились давно. Но я медлила говорить об этом Чарльзу.