Чтение онлайн

Мужчина не стал включать свет, подошел ко мне и присел рядом.

— Что с рукой?

— Небольшой вывих. Пустяк. Ты как?

Максим взял здоровой рукой мою ладонь и поднес к губам. Я замерла. От этого нежного жеста сердце защемило, и я забыла, как дышать. На глаза навернулись слезы. Ну почему все так? Почему должно быть все сложно?

Я подавила желание броситься к мужчине на шею и осторожно забрала свою руку.

— Все хорошо. Останусь здесь до утра.

Максим в досаде поджал губы и согласно кивнул.

— Я волновался за тебя. Боялся, что ты пострадала.

— Я в порядке. Правда. Сергей звонил?

— Да. Дениса арестовали.

Меня охватило противоречивое чувство. Еще недавно я была замужем и жила спокойной, размеренной жизнью. А сегодня мой муж в тюрьме, потому что был помешан на карьере и как оказалось, любил острые ощущения в постели. Еще недавно я не помнила, что значит трепетать от одного взгляда мужчины и что значит боль от предательства близкого человека.

Моя жизнь перевернулась с ног на голову, и мне нужно привыкнуть жить в новой реальности.

— Мне нужно будет прийти на суд?

Я очень не хотела, но понимала, что это неизбежно.

— К сожалению, да. Ты важный свидетель и при этом, одна из пострадавших сторон.

Максим замолчал, провел рукой по волосам и так пристально на меня посмотрел, что я мысленно сжалась в комок и превратилась в маленького котенка.

— Лиза! Я завтра заберу тебя из больницы и отвезу к себе домой.

Эти глаза, они не спросили, они поставили перед фактом, проникли в душу и заполонили все собой. Я поплыла. Комната закружилась, и я схватилась за стену, рядом с собой.

— Скажи, — прошептала я, — зачем ты кинул меня, как кость этим людям? Ты сказал, что хотел уберечь, а на самом деле специально спровоцировал их и втянул меня во все это.

Максим резко встал с кровати и зашагал по палате. Он даже не посмотрел на меня и так понял, что я все знаю. Он прошел к дальнему углу и зло ударил кулаком по стене.

Я вздрогнула от неожиданности, а он развернулся и посмотрел на меня уставшим, полным грусти взглядом.

— Мне нужно было заставить их зашевелиться, выползти из своих нор и совершить ошибку.

— Совершить ошибку за мой счет!

— Да. Прости!

Максим еще секунду постоял, затем повернулся и пошел к двери. Он понял, что сейчас проиграл. Но это лишь один бой, война не проиграна. Я уверена, что он сделает все, чтобы я его простила. И я уверена, что прощу.

Слишком уж он стал мне дорог, запал в сердце, украл и присвоил себе мою душу. Я разрывалась от сомнений: все послать к черту и догнать его, тоже крикнуть прости, повиснуть на шее, прижаться к сильному, горячему телу, спрятаться в родных объятиях, почувствовать себя хрупкой, маленькой и смело, высунув нос, показать всему миру розовый язычок.

Но я не могла себе этого позволить. Если сейчас я закрою на все глаза, то обида затаится глубоко внутри, и при каждом удобном случае будет поднимать голову. Я должна снова научиться ему доверять, снова поверить в искренность чувств.

Мне просто нужно немного времени. Без него! Совсем!

— Максим!

Мужчина замер в проеме и обернулся.

— Не приезжай утром. Ни днем, ни вечером. Вообще не приезжай. Не пиши и не звони. Мне нужно время.

— Пожалуйста, дай мне время без тебя!

Максим ушел. Он ничего не ответил, ни один мускул на лице не дрогнул. Каменное изваяние. Лишь бледность его кожи подчеркнула сильно потемневшие зрачки, говоря о том, какая буря развернулась в его душе.

Он сильный, он справится. И я справлюсь. Я не хочу строить отношения на развалинах. А сейчас хаос в моей жизни во всем: как в прошлой, так и в настоящей.

Я легла на подушку, натянула одеяло до самого подбородка и закрыла глаза.

Я слышала, как громко и уверенно стучит мое сердце, слышала свое спокойное и глубокое дыхание, лишь одинокая, непрошеная слеза скатилась из-под ресниц и превратилась в маленькое, мокрое пятно на подушке.

На следующий день Максим не пришел, как я и просила. Внутри растеклось вязкое чувство одиночества. Но я сама этого хотела, должна радоваться, но лишь тоска и подавленность стали моими спутниками.

Я проснулась разбитой, но голова больше не болела, и это радовало. Доктор сказал, что анализы в норме, состояние удовлетворительное и отправил домой.

Я позвонила Лере и попросила забрать меня из больницы. Я могла вызвать такси, но хотелось выговориться, побыть в компании близкой подруги и заглушить нестерпимую грусть.

Я сама прогнала Максима, почему же так плохо? Словно большой и значимый кусок сердца оторвали и выбросили в пропасть.

Лера прилетела через сорок минут. Взъерошенная и еле дыша, она влетела на первый этаж, подбежала ко мне и заключила в стальные объятия.

— Ой, прости, — опомнилась подруга, осматривая меня. — Нигде не больно?

Я слабо улыбнулась и покачала головой.

— Пошли отсюда? — тихо сказала я.

Лера подхватила меня под руку, и мы вышли из больницы.

— Лиз, не хочешь пожить у меня несколько дней? Вдвоем веселее, отлежишься, я поухаживаю за тобой. А сейчас закажем пиццу, откроем бутылочку вина, посидим, ты выговоришься. А то на тебе лица совсем нет.

Я задумалась, а почему бы и нет? Лера хоть и болтушка, но чуткий и понимающий человек. Она знает, когда нужно замолчать и оставить в покое. Подруга мне точно не помешает, а вот вино да.

— А давай! Я согласна! Спасибо, что предложила.

— Вот и супер! Тогда заедем в магазин.

— Только я не буду вино. Возможно, нельзя, — показала я на голову. — Чай и тортик.

— Можно и тортик, — Лера ободряюще улыбнулась и выехала с парковки больницы.

Следующий месяц был тяжелым. Я несколько дней прожила у Леры, купаясь в ее заботе и внимании. Но Лера не Максим, и унять душевную тоску она не могла, хотя очень старалась. Я взяла больничный, и мы развлекались, как могли: спали до обеда, заказывали доставку или, наоборот, устраивали грандиозный ужин на двоих, бродили по бутикам торгового центра и даже нарядными посидели в дорогом ресторане.

Я немного отвлеклась, но реальность никуда не делась, и нужно было выходить на работу. Максим тоже никуда не делся, он по-прежнему был руководителем нашего отдела и частью моего коллектива.

Видеть каждый день я его не смогу. Просто не потяну такую пытку. От одной мысли, что я зайду в офис и увижу его уверенный взгляд, размеренные движения, широкую спину, к которой хочется подойти и прижаться, меня охватывала дрожь. Но с теми же образами приходили и другие, где он ведет тайную игру, встречается с другой женщиной, рассказывает про мое расследование, понимая, чем мне это грозит.