Чтение онлайн

— Это просто…

— Да иди ты со своей слабостью и случайностью! Мне плевать, кто из нас оказался лучше, а кто хуже, факт от этого не меняется, ты изменил! — отталкиваюсь от стены и сжимаю кулачки.

Он совсем меня не жалеет, а я постоянно, даже когда хочу сделать больно. Не могу как он. Где-то глубоко во мне теплиться надежда, что это всего лишь ужасный сон. Но по итогу выходит, что мой муж двуличная сволочь! В 8:12 я люблю тебя, а в 11:39 имею другую!

— Ты меня ещё больше убедил в том, что развод это единственный выход! И никакого ребёнка ты никогда не увидишь! Сама прекрасно воспитаю! А ты недостоин быть ни мужем, ни отцом!

— Прекрати. — его желваки заходили на скулах, а ладони сжались в кулаки.

Вся его огромная фигура пышет раздражением, а не любовью, как раньше. Хотя, может быть я просто дура, которая сама себе придумала счастливую жизнь, которой и не было? Придумала любовь, которая была лишь короткой симпатией.

Тошнота снова подступает к горлу, мне хочется вырвать прямо на пол, выплюнуть все свои ограны на мягкий ковёр. Своё слабое, израненное сердце.

А он просто стоит и прожигает меня взглядом, ждёт, когда я наконец-то прощу его.

Меня клинит ещё больше.

— Нет. Иди к чёрту! Убирайся! Проваливай! — ору всё, что только приходит мне в голову и сама налетаю на мужа. Бью его кулачками, ещё и ещё, а он и не шелохнётся.

Он не отталкивает меня и не мешает и от этого ещё хуже. Моя злость никуда не уходит, от этого она лишь сильнее подпитывается.

Бью ещё несколько раз и делаю шаг назад. Так глупо. Он слишком сильный, чтобы ему было хоть немного больно. Как же я его ненавижу!

— Ненавижу! Я ненавижу тебя! Убирайся! Забудь меня! — кричу, что есть мочи, задыхаясь от слёз, — Ненавижу тебя! Ты мне больше никто!

Но Марату плевать на мои слова. Плевать на мои чувства. На меня. Всего через секунду муж снова дёргает меня на себя. Потому что так он хочет и никак иначе.

Он сжимает меня, как свою вещь, до боли стискивает в стальных объятиях. Я задыхаюсь в тяжёлом аромате древесных духов и в его личном, сводящем с ума, запахе тела. Он такой родной. Но его хозяин предал меня.

— Ты носишь моего ребёнка! Ты моя! Моя жена. И никуда ты не денешься. — голос Марата становится ниже, тяжелее, он рычит мне прямо в лицо, — Я сказал! Секс с Анжелой ничего не значит. Ничего!

Он как живая скала. Высокий, широкоплечий, рельефный. Кажется, что ещё одно движение и он просто переломает меня в щепки. Так сильно сжимает. Не отпускает. Держит в своих огромных руках. Длинными пальцами впивается практически до синяков в мою нежную кожу.

По его скулам ходят желваки, а тёмные глаза пылают огнём, прожигая моё лицо. Раздутые ноздри трепещут, ими он втягивает мой запах и будто сходит с ума ещё больше. Не хочет отпускать. Никуда.

Моё тело покрывается мурашками.

— Ничего не значит? Серьёзно?!… — слёзы капают с подбородка, я давлюсь ими, а ему всё равно.

Он как одержимый зверь, который никуда и никогда не отпустит с его ребёнком в животе. Считает свою измену пустяком и не хочет разводиться.

Но он предал меня и я больше не хочу с ним быть! Не хочу!

Дёргаюсь изо всех сил, но это бесполезно.

— Отпусти! Отпус…!

Отдалённо слышу, как в дверь комнаты бешено долбят. Чувствую, как по щекам текут горячие слёзы всё больше и больше. Понимаю, что ноги уже не держат и я просто повисаю в крепких руках.

Но всё это перекрывает поцелуй. Наглый, болезненный поцелуй. Не дающий и слова закончить, как уже ворует всё моё сознание.

Поцелуй от мужа, который этими губами целовал другую.

Да как он вообще смеет?!

Кусаю и сминаю нежные, пухлые губы Леры своими. Веду языком по ним и проталкиваю его в её рот. Такой нежный и горячий. Наши языки сплетаются. И по коже словно электрический заряд проходит. Крупный и яркий, обжигающей лавой спускающийся вниз, к самому паху.

Хватает всего пары секунд, чтобы завестись. Чтобы встал, прямо как у зелёного пацана, первый раз увидевшего красивую бабу.

Какой же я тупой. Просто невероятно.

Забыл, какого это. Целовать её. Трогать её, гладить и обнимать. Трахать её. Всё забыл.

И повёлся на голые сиськи Анжелы. Изменил. Да ещё и прямо у нас дома.

Она мелкая, всего двадцать. Она искусственная, вся переделанная, в одном месте силикон, в другом филлер, в третьем ещё что-нибудь. Она тупая, даже два и два сложить не может.

И всем этим сперва отталкивала, а теперь притянула. Очень. Соскучился по беспечному. По простому. Захотел глупую шлюху, готовую на всё, вместо жены, с которой мы в последний раз целовались четыре месяца назад, когда я наконец застал её ночью не спящей.

Повёлся на возможность получить хоть какую-то разрядку, хоть мимолётное тепло, и совершил самую роковую ошибку.

Предал свою жену.

Решил, что достаточно устал. Решил, что достаточно оголодал, а тут баба сама раздевается, хоть и не та, которую я обычно хочу. Тянет в спальню от кабинета. Сам позволил себе слабость, ещё и не в подходящем месте, знал же изначально, что ничем хорошим это не кончится, но всё равно сделал.

Изменил в родном доме, вместо того, чтобы вышвырнуть дуру. Или… чёрт… хотя бы! Вместо того, как сделать это где угодно в другом месте.

Трогал огромные, упругие сиськи Анжелы и думал, что неплохо, можно продолжить.

Схватил Анжелу за подбородок и провёл большим пальцем по огромным, красным губам, подумал, что неплохие, можно продолжить.

Позволил взять в рот, смотрел, как берёт целиком и не давится. Подумал, что неплохо, можно продолжить…

Но поцелуй сейчас гораздо более горячий, чем чёртова измена, которую я себе позволил.

Это не стоило того. И я сделал невероятно больно своей настоящей женщине.

Чувствую влагу с нежных щёк Леры на своей коже чуть выше щетины, а затем то, как её маленькие ладошки упирается в мою грудь и слабо давят, пытаясь оттолкнуть.

Что же я наделал…

Она плачет, не отвечает на мой поцелуй. Она страдает.

Хотел доказать ей, что Анжела это никто. Что это просто случайная связь, которая никогда больше не повторится, что и не заметил, как её накрыла истерика. Сам взбесился на её слова о том, что никогда не увижу ребёнка, что она хочет развод.