Чтение онлайн

Хотя от сундука не исходило никакой опасности, Бран прошел мимо.

Бран шагнул в огромную пещеру, волна смрада от немытых тел троллей ударила в нос, перебивая запахи гари, лавы и молодой женщины. Всполохи огня и отсветы лавы озаряли пещеру, выхватывая острые шипы на потолке, какие-то норы в стенах, и подсвечивая главных действующих лиц.

Два тролля с огромными дубинами гыгыкали, глядя на то, как их товарищ надвигается на юную девушку, прикованную к камню. Один из троллей ковырял в носу, второй чесал в паху. Надвигавшийся уже скинул единственный предмет одежды — набедренную повязку, помахивая огромным зловонным членом, размером с руку Брана. Юная дева была практически обнажена, огромные груди колыхались, белые ноги скребли пол, в тщетной попытке отползти прочь, отодвинуться от тролля, который надвигался с недвусмысленными намерениями.

— Помогите! Помогите! — тщетно взывала дева. — Спасите! Меня же разорвет!

Тролли гыгыкали, насильник надвигался, помахивая членом.

Бран покачал головой, одним прыжком преодолел поток лавы, шириной в добрую дюжину футов.

Подземный Смрадный Тролль 151-го уровня уничтожен!

Подземный Смрадный Тролль 150-го уровня уничтожен!

Подземный Смрадный Тролль 152-го уровня уничтожен!

Дева вскочила на ноги, крича:

— Мой спаситель!

Цепи рванули ее обратно, она упала, неловко раскинув ноги, демонстрируя все, что находилось между ними. Вскинула руки, изогнулась, призывно восклицая:

— Мой спаситель! Снимите же с меня эти цепи, чтобы я смогла отблагодарить вас!

Бран шагнул ближе, внимательно наблюдая за девушкой. Лицо ее осветилось радостью, словно его седые волосы, выбивающиеся из-под шлема, и шрамы на лице, были самой красивой вещью на земле.

— Сейчас, — сказал он, подходя вплотную.

Затем рука его в перчатке внезапно выстрелила вперед, сжав девушку за горло.

— Твои фокусы, тварь, на меня не действуют, — тихо сказал он, — да и постановка бездарная.

Впрочем, этой демонице — суккубе, если уж быть точным — обычно и не требовалось слишком стараться. Вида обнаженной юной девы в беде, а также чар самой суккубы, туманивших разум, обычно оказывалось достаточно, чтобы «спасители» не замечали огрех в постановке. Спасенная дева благодарила избавителя прямо на месте, попутно высасывая из него энергию (а то и саму жизнь), после чего тот становился легкой добычей остальных монстров.

— Впрочем, твое присутствие многое объясняет, — усмехнулся Бран.

Юная дева превратилась в демоницу, добавились крылышки и рога на голове, кожа слегка покрылась чешуей, приобрела багровый оттенок. Обнаженность и оттопыренные выпуклости остались, но Бран смотрел только в глаза суккубе.

— Три дня назад ты заманила сюда пацана, где он?

— Сможешь удовлетворить меня в постели — расскажу, — оскалилась демоница.

Рука Брана чуть дернулась, сворачивая ей шею.

— Я тебе не Эл Дож, — сплюнул он на труп.

Огненные Летучие Мыши, прятавшиеся под потолком, ринулись в атаку.

Минуту спустя Бран покинул пещеру, ощущая, что конец пути уже близок. Предчувствие его не обмануло, не прошло и десяти минут, как он добрался до пещеры с Кристаллом Подземелья. Брану казалось, что он понял происходящее, что здесь просто состоялся прорыв Бездны, подпитавшей кристалл, а демоница проникла через разрыв, решив развлечься и пожрать человечинки, но едва он вошел в пещеру, как понял, насколько ошибался в предположениях.

Тело Невона — высохший скелет, оставшийся от него — лежало в центре сложной ритуальной фигуры, принесенное в жертву. Судя по позе и деталям, он был еще жив, когда его прибивали к полу. У демонов была своя магия, но ритуалистикой и уж тем более принесением людей живьем в жертву они никогда не занимались.

Нет, все случившееся здесь было делом рук одного из живущих на поверхности.

— Спрашивать, что тут случилось, конечно же, бесполезно, — вздохнул Бран, присаживаясь на корточки рядом с телом Невона и освобождая его.

Из тени шагнул пылающий гигант, вскидывая огненный меч, прогудел протяжно и низко:

— Умри-и-и-и-и!

— Как скажешь, — вздохнул Бран, уходя от удара и нанося ответный.

Пылающий Страж Подземелья 180-го уровня сражен!

Затем Бран шагнул к источнику всего этого безобразия — сверкающей друзе кристаллизованной маны примерно семи футов в высоту и трех футов в толщину, и замер на секунду. Кристалл завибрировал, изрыгая импульс маны, который для Брана прозвучал ультразвуковым криком, призывом «Ядро в опасности!»

Еще одна необычность в дополнение к остальным.

Рука в латной перчатке сжалась, и Бран словно прыгнул с места, нанося яростный удар по кристаллу. Он отлетел назад, перекатился по полу и вскочил, но и кристалл пострадал. В месте удара пошла трещина, едва заметная. Кристалл еще попытался зарастить ее, но не справился, и трещина начала шириться и шириться, зазмеилась вертикально. Друза разлетелась кусками, омывая все вокруг потоками плотной, ядовитой маны.

Бран удовлетворенно кивнул, его предположение насчет повышенной хрупкости Кристалла подтвердилось. Загадки случившегося здесь это не проясняло, а потоки маны смыли с пола ритуальную фигуру — правда, Бран ее запомнил и мог бы нарисовать по памяти, если бы вдруг потребовалось. Слух улавливал стоны и крики монстров, рвущихся сюда, в ответ на призыв Кристалла, но все же немного времени у Брана было.

Он наклонился, подхватил скелет Невона, обтянутый кожей, и только потом развернулся навстречу рвущимся к нему монстрам и химерам, вскидывая руку, затянутую в латную перчатку.

Вы уничтожили Подземелье Яростного Огня!

Бран сидел в беседке, но вместо обычного чтения перед обедом смотрел вдаль, погруженный в размышления. Некому было его потревожить — Милли он отпустил сам, дабы она смогла достойно оплакать и похоронить внука, а остальным вход на территорию особняка был воспрещен.

Всей правды о случившемся он не рассказал, сочинив на ходу байку о поселившемся в пещере вампире. Можно было не сомневаться, поведай он о подземелье, о связи с Бездной, о том, что на первом же уровне монстры были почти 40-го уровня, жители Тиши бежали бы в панике.

Нет, не эта ложь во благо беспокоила Брана настолько, что он отложил книгу.

Кто-то несведущий связал бы его волнение с битвой в подземелье и был бы отчасти прав. Но только отчасти. Сама битва была привычной. Скучной. Рутинной. Избиение младенцев, а не битва, с точки зрения Брана. Нет, волнение Брана было связано с воспоминаниями о прошлых битвах. Некогда ему казалось, что он отравлен, пресыщен, подземелья и монстры, сражения и битвы — все это вызывало только тошноту. Мысль о боевых соратниках и погибших друзьях — желание взять верную нерушимую перчатку и разбить самому себе голову, выдернуть оттуда эти мысли и выбросить в Бездну.