Чтение онлайн

Потом зашли в оглушительно воняющий травами ряд и Шелла накупила себе кучу сена, на ходу размышляя, как будет его сушить и измельчать.

Затем девушки зачем-то накупили маленьких бутылочек с пробками-липучками и готовых лекарств.

Фламма недоумевала. Ей почему-то казалось, что девушки должны покупать что-то гораздо интереснее. А уж когда они стали примерять перчатки из толстой кожи, она и вовсе заподозрила, что над ней решили таким вот образом поиздеваться. И сумки они зачем-то купили уродские, заплечные. И металлическим кружкам, над которыми скучал самый настоящий кикх-хэй, почему-то обрадовались. Причем радовались так искренне, что нелюдь даже снизил цену для таких хорошеньких девушек.

А потом, вместо того чтобы присмотреться к тканям и моткам разноцветных лент, все пошли пить чай прямо в непонятное заведение под навесом, натянутым над лысоватыми кустами и стоявшими между ними почерневшими от времени и непогоды столами. Чаем девушки не ограничились, съели по печеному пирожку со смородиновым вареньем, а потом подавальщица и вовсе уговорила их попробовать орехово-медовое печенье, которое, кстати, действительно оказалось вкусным. И Фламма из-за этого печенья даже готова была простить ярмарку за все доставленные неприятности, начиная с окончательно выпачкавшегося платья и той ненормальной козы, которая пыталась откусить клок от подола. Но пришел мелкий мальчишка и все испортил.

— Госпожи магики! — звонко позвал он, дергая Тамми, одевшую ученическую накидку, за рукав. — Госпожи магики, там в речке странные люди. Наверное проклятья насылают на город, —добавил, понизив голос.

Госпожи магики переглянулись, а потом, к изумлению Фламмы, милостиво согласились посмотреть на странных людей. Вот только печенье доедят и допьют чай.

Мальчишка послушно отошел в строну и стал ковырять босой ногой какую-то травинку. Девушки не спеша кушали и вслух размышляли о том, а не попросить ли подавальщицу принесли еще печенья, чтобы забрать его с собой.

не выдержав, спросила Фламма.

— Конечно, — подтвердила Ольда.

— Интересно же, — добавила Джульетта.

— Там скорее всего или травники редкое растение нашли и пытаются выкопать его, чтобы не повредить, а потом посадить у себя на огородике. Или и вовсе каких-то несчастных отправили доставать из воды хлам, который туда сбрасывают после каждой ярмарки, из-за чего проток забивается и получается воняющее болото, — объяснила Шелла. — Вот пойдем полюбуемся, может, знакомых увидим. Позлорадствуем.

Печенье подавальщица принесла, сияя как новенький золотой. А потом еще и объяснила, что печет его ее мама, у которой пекарни, конечно, нет, но небольшие заказы она берет. И адрес дала.

А вот обещанная мальчишкой речка, к удивлению Фламмы, оказалась обыкновенной канавой, в которую впадал небольшой ручеек, явно специально сюда подведенный. Воняла канава и без всякого хлама. Вокруг нее буйно разрослись бурьяны, над розовыми головками каких-то колючек с гудением вились пчелы. А в канаве очень знакомыми голосами ругались какие-то грязные люди.

— Здравствуйте, магистр Ольшан, — звонко поздоровалась Джульетта. Один из грязных типов разогнулся, потер поясницу и светло улыбнулся.

— Наших студентусов к этой канаве прямо тянет. Медом им здесь полито, — мрачно сказала другая фигура и, разогнувшись, превратилась в магистра Леску.

— А что вы здесь делаете? — вежливо спросила Джульетта.

— Следы ищем, — сказал магистр Ольшан. Но что за следы, не рассказал, на него недовольным змеем зашипел обнаружившийся рядом Диньяр.

— Развлекаемся мы так, — сказал он гораздо мрачнее, чем Леска.

— Странные у вас развлечения, — заметила Фламма, которая была о магистрах лучшего мнения и точно не ожидала увидеть их стоящими по колено в грязной воде.

— А ну, марш в школу! — почему-то еще больше рассердился магистр Диньяр.

Девушки пожали плечами и послушно пошли. Правда недалеко. Замерли за разлапистыми высоченными колючками и удивленно наблюдали за тем, как Роан и его брат кикх-хэй тянут по воде кусок ткани.

— Ой, — тихонько сказала Джульетта. — Может, они там труп вылавливают?

— Там мелко, — сказала Ольда. — Труп бы было видно и так. Да и ткань тянут по поверхности воды.

— Ага, — согласилась с ней Шелла. — Больше похоже, что там что-то плавает. И к ткани это что-то наверное неплохо прилипает. Ну или на ней плетение, чтобы прилипало.

— Может, опять черная трава? — явно обрадовалась Джульетта.

— Нет, трава большая, — сказала Ольда.

— Надо Льену рассказать, — почему-то решила Джульетта.

С ней спорить никто не стал, и все, наконец, отправились в школу.

— Мы что, правда пойдем? —

А Фламма так и не поняла, в чем был смысл этого похода на ярмарку. И начала подозревать, особенно после встречи магистров в канаве, что все маги очень странные люди. И дала себе слово, что уж она такой странной никогда не станет. Вот научится контролировать дурацкую силу и уйдет искать достойного себя мужа. У силы вообще есть только одно преимущество, если она есть, достойные мужчины становятся достойными мужьями с большей охотой.

Планирование того, как бы влезть в очередную авантюру и не получить за это заслуженное, проходило в беседке, скрывающейся в разросшейся сирени. Правда, сами студентусы искренне считали, что просто разговаривают. Возможно, если бы с ними была Шелла, она бы напомнила, к чему эту компанию приводят такие вот разговоры. Ответственность за учеников привила Шелле умение вовремя говорить такие вещи. Но Шелла отправилась кормить лебедей со своим сыном барона, с перспективой встретить возле того пруда какую-то его тетушку, желающую посмотреть на девушку, спасшую ее любимого мальчика, но не желающую этой девушке навязываться.

Тетю Шелла, откровенно говоря, опасалась, но отказываться было бы глупо, так что она пошла.

В компании также не хватало Фламмы, которая решила пройтись по магазинам, но этому была рада даже Джульетта, потратившая половину вечера на разговор о том, как маги ездят на практики, как они там живут и что там может пригодиться, но так и не сумевшая убедить во всем этом самоуверенную подругу. Фламма почему-то считала, что для нее сделают исключение. Ну или не поверила.

Остальные праздновали в беседке пересдачу последних хвостов и три свободных дня, остававшихся до выезда. Праздновали все по-разному. Парни пили пиво с сушеной рыбой, причем Денька, уже успевший где-то что-то отпраздновать, все чаще мимо рыбы промахивался. Джульетта и Ольда ели конфеты с орешками, вываренными в вине. А кот с ворчанием пытался разгрызть кусок жесткого, как подошва, вяленого мяса.