Чтение онлайн

– Спасибо за чай и за то, что показали картины. Я у вас душой отдохнула. Ну а теперь пора нести отдыхать и тело, – пошутила я и закинула сумку на плечо.

– Передавай привет родителям, – сказала на прощание Валентина Николаевна, открывая дверь.

– Обязательно!

Воздух коснулся открытых плеч приятной прохладой. Сумерки уже сменились глубокой темнотой, которую разгоняли только луна и фонари.

Я спустилась со ступеней, быстро пересекла ухоженный дворик и вышла за ворота. Теперь можно было не держать лицо и вдоволь насладиться разочарованием вперемешку с облегчением. Я не была уверена в том, правильно ли поступаю. Шла вслепую на поводу у своего желания, не осознавая, какие у него могут быть последствия. В первую очередь для меня.

Противоречивые эмоции осыпались прахом и скрутились в клубок тревожного предвкушения где-то внизу живота.

Навстречу мне шагала знакомая фигура.

– Привет, – поздоровалась я первой и нерешительно замерла.

Герман тоже остановился в паре шагов, но ответил далеко не сразу. Хмуро вгляделся в мое лицо, выдержал короткую, раздражающую паузу и только после этого наконец глухо произнёс:

– Привет.

Герман взял от родителей всё самое лучшее: высокий рост и манящую мужскую уверенность от отца, красивый разрез глаз и хороший вкус от матери. Со школьных времён он привлекал кучу девчонок даже на год-два старше него. Летом его волосы выгорали до платинового оттенка и в сочетании с лёгким загаром делали из него главного собирателя восторженных вздохов. Я не могла винить девушек за восхищённые взгляды вслед, потому что сама была среди них.

Молчание между нами неприлично затягивалось. Когда я уже хотела попрощаться, Герман спросил:

– Зайдёшь?

Небрежно брошенный вопрос звучал так, словно единственным правильным ответом на него был отказ.

Я покачала головой.

– Только что от вас. Гулял?

Заметная пауза породила десятки домыслов – от фантастических до наиболее вероятных. И в каждом из них мне не было места.

– Да.

Всегда с высоко поднятой головой сейчас Герман выглядел… подавленным? Грустным? Да я по пальцам одной руки могу пересчитать события, которые вызывали у него подобные эмоции. Герман всегда знал себе цену и никогда не разменивался по мелочам. Если ему что-то не удавалось, он скорее злился, чем грустил. А сейчас вдруг печаль?

Но мы слишком долго не общались, чтобы я свободно могла задать ему вопрос «что случилось?». Почувствовав, что разговор не клеится, я поспешила попрощаться.

– Мне пора.

Можно подумать меня кто-то задерживал.

Герман с безразличным видом кивнул и прошёл мимо к себе во двор.

Я проводила старого друга взглядом и задумалась, остался ли он тем человеком, которого я знала?

Рита с огромным букетом.

Рита за рулем роскошного автомобиля.

Рита в дорогом ресторане.

Рита примеряет золотую цепочку с кулоном.

Рита на яхте в море.

Рита…

Рита…

Рита…

И ни одной фотографии мужа за три года совместной жизни.

Жена Германа вела образцовую страничку дорогой женщины и по загадочной причине скрывала лицо своего спутника. Лишь изредка она допускала в кадре его руки на своей талии или плечах. Но не лицо. Ох и бесило это наверняка Германа. Он же весь из себя такой прекрасный! А собственная жена не хочет показывать его своим подписчикам.

Мои губы непроизвольно дрогнули в злорадной улыбке.

– Нашли кого-то подходящего? – неверно истолковав моё выражение лица, спросила Катя – официантка нашего кафе.

Вместе с Катей в мою реальность вернулась тихая музыка и привычный запах кофе и вкусной еды. Не стоит всё же так сильно погружаться в чужую жизнь на работе.

– Нет, отвлеклась на ерунду, – не стала врать я и положила телефон экраном вниз. Вместо поиска сотрудников в новое кафе я полчаса просидела в профиле жены Германа. Но приятно, что коллеги не подозревают меня в увиливании от работы.

– Вот, – улыбнулась Катя и поставила передо мной фисташковый эклер и капучино с рисунком из корицы.

– Я ничего не заказывала.

– Это от нас с Таней, – Катя кивнула в сторону витрины с десертами, из-за которой мне кротко помахала рукой вторая официантка. – Вы вчера так сильно задержались, а сегодня выглядите немного уставшей. Это всего лишь для поднятия настроения.

– О, спасибо, девочки! Мне так приятно, – обрадовалась я и, поймав Танин взгляд, благодарно кивнула. – Буду скучать по вам в отпуске.

– Да ну что вы, отдыхайте на полную катушку, а мы вас будем тут ждать, – протараторила Катя и ушла встречать новых посетителей.

В груди разлилось тепло. Доброе отношение, баланс строгости и поблажек позволили мне сформировать лояльность подчинённых. Даже с требовательным начальником удалось установить хорошие рабочие отношения и снять с собственной шеи нагрузку сверх меры, при этом оставшись управляющей.

Мои старания окупались с лихвой. А приятные моменты вроде этого доставляли особое наслаждение. Сейчас я с уверенностью могла сказать, что работа мне в радость.

Эклер отозвался на языке нежной фисташковой сладостью и после растворился в терпком густом вкусе кофе. Без скромности – кофе у нас был лучшим в городе.

Замечтавшись о том, какая я молодец и как хорошо построила работу, я не сразу услышала знакомые голоса.

– Это лучшее кафе у нас. А кофе здесь – бесподобный. Тебе понравится!

– Ладно, уговорила. Пусть меня удивят.

Я зачем-то вскочила из-за столика и расправила замявшуюся юбку как раз перед тем, как встретилась лицом к лицу с Германом и его спутницей.

– Привет, Арина! – радостно улыбнулась Оля и торопливо отошла на шаг от Германа.

Я обратила внимание на это действие, но оставила его без комментария.

– Добрый день! Рада видеть вас в «Картошке», – в отточенной официантской манере поприветствовала гостей я.

– Ну и название… – пренебрежительно пробормотал Герман и осмотрелся. Наверняка искал, что бы ещё прокомментировать. Взгляд его пробежался по занятым столикам, барным полкам с сиропами и остановился на кофемашине. – Обслужишь нас?

– Эм… Да. Почему бы и нет?

Не знаю, что именно удивило Германа, но отчего-то его брови взлетели вверх.

Я сходила за меню, приняла заказ и осталась стоять у бара, пока Таня колдовала над нашим фирменным шоколадным латте для Оли и классическим капучино для Германа.

Вот уж кого, а Олю я не ожидала увидеть в компании бывшего. Она же давно излечилась от этой заносчивой сероглазой болезни. Или нет? Прошло ведь столько лет.

В школе наши с Олей классы часто пересекались на общих мероприятиях, тогда она и влюбилась в Германа. И он даже соизволил повстречаться с ней, но всего лишь месяц. Тем не менее Оле хватило и этого короткого промежутка, чтобы помешаться на парне. Из-за того, что мы с Германом дружили с детства и жили на соседних улицах, она решила, что я стану её информатором. Вечерами обрывала мне телефон, чтобы разузнать как можно больше о своём возлюбленном и найти способ влюбить его в себя заново. А я не отказывала в разговорах. По доброте душевной висела с ней на телефоне, слушая слезливые переживания и пересказывая незначительные факты из жизни Германа. Хотя при этом знала, что он не собирается к ней возвращаться. Симпатичная, высокая, жизнерадостная Оля была временным вариантом. Герман встречался с ней всего лишь для поддержания имиджа крутого востребованного парня. Об этом он сообщил мне сам – мы ведь друзья. Герман вообще доверял мне многое, потому что дальше моих ушей тайны никогда не уходили.