Чтение онлайн

— Дослушай. Я урод, каких еще поискать надо. Я прекрасно знаю, что мой рот помойка и иногда оттуда вылетают те слова, от которых мне самому не по себе. В последнее время на меня навалилось слишком много, — он устало потер лицо ладонями, — у нас с женой все херово. Мы на грани развода.

Жена Кристиана сумасшедшая женщина и я до сих пор не знаю в какой психологической клинике он ее откопал. Но его любовь к ней настолько шикарна, что я даже немного завидую — он готов делать все только для нее и ради нее. Я помню как он гордо показывал всем свое обручальное кольцо, раздавал всем приглашение на свадьбу — даже мне. На самой церемонии Кристиан смотрел на нее так, будто она самая желанная и обожаемая женщина на земле. Этот валенок даже станцевал с ней вальс и именно во время него я увидела его таким плюшевым и мягким: его прикосновения были такими легкими и воздушными, а улыбка заставила растаять всех.

— Что случилось между вами? Вы же создаете впечатление той самой сладкой парочки.

— Наша любовь никуда не ушла — я чувствую, что она все также дорожит мной, а о своих чувствах к ней я даже говорить не хочу. Просто моя служба… это всегда было предметом наших ссор, ты знаешь, но теперь это просто катастрофа. Элиза хочет детей, мы уже не так молоды и с каждым годом рожать будет все сложнее и сложнее, но я не смогу уделять им достаточное время. Единственный вариант — уйти с ФБР, но я не могу сделать этого. Это моя жизнь, это то, ради чего я просыпаюсь каждое утро. В общем, я воюю на работе, а потом дома меня ждет еще одно сражение. Вот так, проблемы в раю.

— А ты сам хочешь детей? Из твоего рассказа я поняла только то, что у тебя нет на них времени, — я передала ему бутылку виски и закуталась в плед плотнее.

— Не хочу и никогда не хотел. Представь, что мелкий спиногрыз будет орать на меня. Ползать по мне. Бегать по мне. Срыгивать на меня. О, нет, твою мать, мне хватает твоего неадекватного поведения.

— Вот и весь ответ, — я хмыкнула в унисон ему, — так бывает, что вроде и любишь человека, но вы с ним абсолютно разные, как будто из двух противоположных вселенных. И в такие моменты важно слушать именно себя, Кристиан. Если ты понимаешь, что жизнь с ней медленно становится похожа на зону боевых действий, нужно собрать вещи и уйти. По-другому никак, ведь ценность любви, семьи и отношений просто теряется, если вы только и делаете, что спорите и ругаетесь. Для тебя важна карьера, для нее семья — не мучайте друг друга, а подарите возможность быть счастливым, даже если для этого придется хлопнуть дверью и снять кольцо с безымянного пальца.

— Пока что я не готов к этому, честно. Но я понимаю, что веду себя как осел. Держусь дома, а на работе срываюсь. Я могу тебя оскорблять и ругать методы работы, но это только потому, что я вот такой и жизнь у меня сейчас вот такая, — он глубоко затянулся сигаретой. — Знаю, что объяснение так себе, но зато искренне. А еще я хочу, чтобы ты знала: я всегда готов закрыть тебя от пули и защитить от любых нападок. Когда тебя выгнали из дома родители, я хотел отстрелить твоему отцу яйца — меня Вильям остановил. Он просто старый хрен, который не осознает насколько его дочь уникальна. Я бы очень хотел обладать таким же умом и силой как ты, да, вот так. Иногда я хочу выбить тебе зубы, ты та еще язва, но… Кларк, я уважаю тебя и возможно даже люблю. Ты не имеешь права просто взять и уволиться сейчас — теперь ты обязана отловить этих ублюдков и спустить с них три шкуры. Без тебя мы не справимся. Без тебя я не справлюсь.

Оказывается во время его слов я плакала, даже не замечая этого. Самые искренние и теплые слова, которые я когда-либо слышала. Казалось, что Кристиан хочет сказать что-то еще, но все-таки решил на этом закончить.

— Могу принимать это за извинения?

— Ни в коем случае.

Он встал и протянул руки, явно желая обнять меня — я охотно прыгнула в его огромные лапы, пряча лицо в мягкой ткани футболки.

— Спасибо тебе, великан. Но в офис я не вернусь. Буду работать отсюда, просто потому что я не хочу видеть никого. Мне нужно одиночество, темнота и новый ежедневник.

— Так уж и быть, демон, куплю тебе тетрадку, а об остальном подумаем утром. Иди отдыхать и писать любовные письма своему агенту с дебильным именем, — я подняла на него голову с недоуменным выражением лица, — а то я не вижу как ты подрываешься, чтобы ответить ему. И глаза не пучь, а то выпадут.

Мы улыбнулись друг другу, наверное, первый раз за всю историю нашей работы, и я пошла в комнату. Сон не шел вообще, в том числе и потому, что Кристиан напомнил мне о Нэро — спасибо, услужил.

Джулари: «Привет еще раз. Ты уже наверное слышал последние новости… ну, если ты больше не захочешь со мной общаться и работать, то я пойму, правда. Сейчас я сама с собой не хочу существовать…»

Твою мать, как же все это сложно. Мне так не хочется принимать реальность, осознавать, что я стою в центре дерьма вот уже который раз. Так много амбиций и так мало результата, что становится тошно от своей медлительности, от своей тупости…

Нэро: «Мы вновь возвращаемся к тому же разговору. Джулари, ты большая молодец и я горжусь твоей смелостью и выдержкой. Я разделяю ответственность за все это вместе с тобой. Помнишь я говорил, что всегда рядом? Так вот, я не отказываюсь от своих слов. Что делаешь сейчас?»

Джулари: «Лежу в кровати и пытаюсь делать вид, что все хорошо.»

Нэро: «А я только из спортзала»

И следом мне прилетает фотография его голого пресса и серых спортивных штанов, которые обтягивают те области тела, которые могут стать оружием массового поражения. Я приблизила его изображение и залипла на пресс, косые мышцы которого вели прямо в пояс штанов.

Мне понравилось увиденное — у него было хорошее, подтянутое тело, которое он регулярно подпитывал тренировками. Здесь не было идеально очерченных шести кубиков пресса или стальных мышц на руках, что особенно мне понравилось, потому что перекаченные мужчины — не мой формат.

Приятное чувство потягивания и жара вернулось в мое тело и я неосознанно скрестила ноги и поджала пальцы на ногах, чтобы унять очевидное жжение. Я решила тоже отослать ему фото, но, откинув одеяло, поняла, что своим телом сейчас могу только распугать людей. Все же мое возбужденное сознание хотело немного поиграться, поэтому я решила, что агента ФБР явно не напугают синяки и ссадины.

Я немного приподняла футболку, оголяя живот и часть груди. Позу для ног было найти куда сложнее, поэтому кадров получилось около пятидесяти. Наконец, отправив ему самую удачную попытку, я вернула одеяло на место и стала ждать.

Нэро: «Ты использовала запретный прием, Джулари. Теперь я хочу убить каждого, кто оставил синяк на твоем теле, а еще мечтаю оказаться рядом с тобой прямо, черт возьми, сейчас.»

Нэро: «Я хочу прикоснуться к твоим бедрам и пройтись языком по каждой ссадине, чтобы вместо боли ты чувствовала возбуждение. Я уверен, что твоя шелковая, нежная кожа покроется мурашками от прикосновений моих мозолистых пальцев.»

Джулари: «Черт, теперь я тоже хочу тебя. Рядом с собой. Чтобы ты сделал дальше?»

Обжигающая волна желания окатила мое тело с ног до головы, заставляя сбросить с себя одеяло. Темное и дикое возбуждение пронзило меня насквозь и я сама не заметила, как рука скользнула под тугую резинку трусиков, прикасаясь к своей разгоряченной плоти. Мои пальцы мгновенно стали влажными и я провела ими по чувствительному центру, не сдерживая стон.

Нэро: «Ты действительно хочешь услышать как я сожму твою шею одной рукой и опущусь ниже, чтобы попробовать тебя на вкус? Как буду покусывать и облизывать твой клитор, пока не услышу стоны?»