Чтение онлайн

Каждый раз после очередных угроз и долгих переговоров, как бы это сегодня не казалось банальным, выдержать все мне помогало одно: я закрывал глаза и видел длинные очереди людей возле нашего офиса в Уфе, которые принесли свои приватизационные чеки и терпеливо ждали, когда их примут. И все они сдали их под мою личную и вечную ответственность.

И радовался, что еще одно мгновение выиграно и все их средства целы. Знал, что мне, наверняка, не выжить, с этим смирился давно, и это перестало волновать. Беспокоило другое: как же так, почти каждая семья в республике останется без своей доли собственности. Эти люди поддержали меня. А я, ради сохранения своей жизни, должен раздать их имущество кому-то. Я этого делать не мог. Ребята, которые получили заказ на меня, это поняли где-то через полгода — год, и потихоньку исчезли из моей жизни.

В новую эпоху советские люди вступили с тяжелым прошлым. Более 70 лет они жили в тоталитарном государстве, но в обществе у простых граждан существовал моральный кодекс. Каждый человек, как бы им судьба не распорядилась, в какие бы тяжелые условия не поставила, сохранял в своем сознании что-то светлое, человеческое.

Столкнувшись с теми, кого многие привыкли свысока называть бандитами, я понял, что, прежде чем исполнить заказ, они проверяли информацию и, если убеждались в том, что не виновен, свою злость переносили на тех, кто «заказал». Даже преступники в нашем народе имеют свой моральный кодекс.

Они понимали, что нельзя грабить собственность миллиона людей. Но, прежде чем на тебя «наедут» те, кто принимает решение, мне нужно было месяцами выдерживать осаду исполнителей. И терпеть…

Весной, когда проклевываются первые зеленые листочки, вспоминаю нечаянный взгляд из окна на деревья, росшие рядом с моим офисом неподалеку от Кремля. Ныне это здание Дворянского собрания.

Я не видел ничего, кроме своей работы, старался решить задачи, поступающие из более чем ста филиалов банка, уставал от множества ежедневных переговоров.

А тут поднял голову и увидел зеленеющие ветки. Из глаз потекли слезы, не верил, что вижу первые листочки, не надеялся, что увижу. Но мне было суждено узреть, как они выросли, затем пожелтели, как выпал первый снег.

Мы решили все вопросы, сохранили собственность населения и жизнь каждого из своей команды. Можно было начать инвестирование финансовых ресурсов.

Для этого с начальником валютного управления полетели в Лондон для согласования условий работы. Это меньше, чем могли инвестировать год назад в экономику республики, но достаточно для решения всех задач. Но хорошее на земле измерено, плохое — не имеет ограничения. Ты преодолел трудности, но правил жизни не создаешь. Пожалуйста, переходи на следующий уровень, где уже не будет людей, там правят бал нелюди от власти, натянувшие на себя личины людей. Они, в отличие от преступников, не посчитались со своим народом и ограбили все, что мы сохранили. 

Люди привыкли отмечать дни рождения, годовщины, памятные даты. Так они, видимо, связывают свою память с быстро текущим временем. У каждого свои радости, огорчения, победы и поражения.

Через год после завершения выборов первого Президента республики, высшим силам как будто захотелось сделать мне подарок. Были отрегулированы все вопросы и меня никто не беспокоил.

Оставалось составить годовые балансы, определить минимально необходимые для каждого филиала финансовые ресурсы и передать им эти средства.

За прошедшие 1993-94 годы уровень гиперинфляции составил, примерно, 850 % и 215,4 %. По официальным данным, хотя мы все знаем, что такое статистика в России. «Статмистика» — так называют её ученые-аналитики за рубежом. В реальности все шло к стиранию трех нулей с последующим дефолтом по обязательствам страны. Когда все вокруг воруют, другого варианта не бывает.

Наши миллиарды в рублях в банке превратились в миллионы. Фактически произошло обнуление балансов. Это — открытая финансовая история страны. Гиперинфляция, как дополнительный налог, собирала сбережения со всех, кто пользовался рублем.

Бедные лишались последних денег, становясь абсолютно нищими, у богатых списывались кредитные обязательства на три нуля, делая их богаче в тысячу раз.

Но существовала в этой государственной операции, направленной на ограбление населения, скрытая часть. Капитала, присвоенного методом воровской приватизации, гиперинфляция не уменьшала. Он, в основном, определяется в долях и акциях, которые котируются на рынках ценных бумаг или по специальным формулам оценки материальной собственности и, преимущественно, рассчитывается в долларах.

Гиперинфляция — для всех, рост стоимости капиталов — для себя. Зачем же об этом кричать и раздражать людей? До сих пор неизвестна реальная стоимость украденной у народа собственности. Есть неофициальные высказывания международных аналитиков о самых крупных в истории ограблениях населения. Первое место в этом списке в относительных ценах занимает награбленное Англией из Индии за все годы колониального господства, то есть почти за 200 лет.

На втором месте — ограбление народа России за годы правления команды Б. Н. Ельцина. Старательно узаконенное преступление его приспешников всех мастей.

Вероятно такова была воля Божья, команда банка «Восток» выстояла как единая система, сохранила имущество своих акционеров. Жители Башкортостана, по объему принадлежащей им собственности, стали самыми крупными держателями акций в России.

Мы аккумулировали все, что выкупили в стране за время приватизации на аукционах за ваши приватизационные чеки и не израсходовали ни рубля. Стоимость общего капитала росла.

В стране каждый был занят своими делами, а что происходило в реальности, знали немногие. Нужно было узаконить наворованное. Провести страну через дефолт, окончательно поставив её на колени. Присвоить оставшееся, на донышке, как говорится, самое сладкое.

Потом вдруг никому до этого неизвестные прокремлевские ребята начали откровенно совершать такие траты, что граждане России, которые годами от голода еле-еле выживали, ахнули. Вдруг появилась мода с высоких трибун произносить слова о неприкосновенности собственности. Если собственность твоя, родная — понятно, а когда народная — в самую пору «прихватизировать» её.

Что тут скажешь? Что произошло с людьми? Как можно было их так зомбировать? Мы сохранили с таким трудом от кремлевских и московских любителей поживиться на чужом добре народную собственность, а народ республики позволил украсть местной власти все за считанное время. И это сделали люди, которые живут рядом с нами и неплохо живут. И, как говорится, и в ус не дуют.

Они спокойно отписываются на вопросы, задаваемые им нанятыми нами юристами. Что происходит с каждым жителем республики, не говоря уже о представителях правоохранительной системы?

Страх отдельного человека, трансформируется в своеобразную психологию масс. Как при этом можно пытаться укорять кого-то. Народ так воспитывали не одно столетие, чтобы каждый боялся за себя и за своих близких.

И какие были воспитатели! Иван Грозный, Петр I, величайший кровавый диктатор Сталин, уничтоживший миллионы своих граждан. Гитлер и Полпот рядом с ним подмастерья.