Чтение онлайн

— Думаю, голой я меньше бросалась бы в глаза.

Тонкая, как паутинка, юбка, сшитая из тонких узких полосок, покрывала, но не скрывала, ее киску, так как мягкая ткань прилегала к ее лобковой зоне, очерчивая ее. Она могла лишь представить, как выглядит ее зад. Шелковый топ, казалось, еще больше ничего не скрывал, поскольку материя облегала ее груди и соски, четко очерчивая кольца ее пирсинга.

— Бл*дь!

Его ругательство заставило ее взглянуть на него, и она не могла не заметить твердую выпуклость, растягивающую тонкую ткань вокруг его чресл. Вихрем развернувшись, он принялся рыться в проеме, который открылся в стене после того, как он прорычал команду. Не оглядываясь, он бросил ей скомканный комок.

— Надень это.

«Это» оказался длинным плащом, который покрывал ее с головы до пят. Ей показалось это странным. В конце концов, он сам дал ей этот дьявольский наряд, и теперь, очевидно, не хотел, чтобы ее в нем видели. В том или ином виде — ей было плевать.

Их выход с корабля на прогулку означает, что в самое ближайшее время она сможет сбежать, прежде чем какой-нибудь бордель купит ее, надеясь на то, что получиться заставить ее работать.

Но похоже, их подготовка не закончилась. Он подошел к ней, сжимая что-то в ладони, и когда она увидела, что он держал в руке, она дралась, называя его всеми мерзкими словами, которые только могла вспомнить, но, в конце концов, его бльшая сила победила — хотя она и нанесла ему ряд ударов, после которых появятся неплохие синяки. Он повел ее из комнаты, дернув за поводок, прицепленный к ошейнику, который он надел на нее.

Пока она неподвижно стояла рядом с ним, ожидая, когда откроется дверь стыковочного отсека, она не обращала внимания на его тихое бормотание:

— Прости за поводок и ошейник. Поверь, когда я говорю, что так будет лучше, поскольку обеспечит твою безопасность там, куда мы направляемся.

— Также, как и нож, — огрызнулась она.

— Если я тебе один дам, можешь пообещать не использовать его против меня?

Его ясный взор встретился с ее, и ее прям бесило, что даже после такого его обращения с ней и унижения она все еще таяла под его взглядом.

— Появись у меня шанс, я выпотрошу тебя собственными ногтями.

Вместо того, чтобы ее наказать, этот засранец взорвался хохотом, а потом вытащил ее с корабля, как какого-то причудливого питомца на поводке, покуда она мысленно представляла способы, которыми она могла бы его прикончить.

Глава 11

Несомненно, Джаро с лихвой заслужил выбранные оскорбления, которые она бормотала себе под нос, когда он оставил ее плестись за собой. Наряд, который был на ней, как выяснилось — единственный предмет женской одежды, который ему удалось найти на борту, едва не оказался разорванным на клочки, когда он увидел, как аппетитно он очерчивает ее тело. Вместо того, чтобы скрыть ее щедрые изгибы, он усовершенствовал их эффектность, отсюда и накидка, чтобы прикрыть ее, пока он не сможет отправиться с ней по магазинам, чтобы купить новую одежду. Или это, или придется устранять всякого самца, который лишь взглянет на нее.

Поводок, на который он ее посадил, ну… о его предназначении он рассказал правду только частично. Да, закованные в ошейник рабыни, как правило, не подвергались преследованиям — так же сильно — однако его цель заключалась в том, чтобы обеспечить, чтоб она от него не сбежала — и он извращенно наслаждался самой мыслью о том, что заполучил под свой контроль. Но как только он достал ошейник, он уже знал, что без драки его ей на шею ему не надеть.

«Все что угодно, лишь бы заставить ее полюбить меня».

Обольстительные и изобилующие красивыми, замысловатыми оборотами слова, такие, какими пользовались его кузены, давались ему нелегко. Самки, как правило, видя его безудержную, лихую смелость, сами бросались к его ногам. Ну… вообще-то на его член. Все просто. Ему никогда раньше не приходилось делать что-то, чтобы его полюбили. Он даже не был уверен, что это возможно. «Я тот, кто я есть — воин, наемник и, если возникает такая необходимость, то и убийца. Я не знаю, как проникнуться ролью любовника». И чем больше времени он проводил с Эйли, тем больше ему хотелось, чтоб он знал, как это сделать.

«Пожалуй, мне стоит спросить Трена».

«Когда-то он был таким же неотесанным, как и я, но все же ему удалось заставить свою женщину полюбить его». Возможно, его брат нашел волшебный эликсир, который заставил ее игнорировать все его многочисленные недостатки? Он заплатил бы большую сумму кредитов, чтобы заполучить в свои руки подобное средство.

Впрочем, если бы он ей нравился и не испытывай она постоянно его терпение, он бы не почувствовал непреодолимой потребности обладать ею. Может, брошенный ею вызов стал причиной его противоестественного влечения к ней? Может, перестань она с ним сражаться, он потерял бы всякий к ней интерес?

Поглядывая через плечо на ее хмурое личико — очень даже очаровательное, хотя ее глаза и метали в него кинжалы — он почему-то сильно в этом сомневался. Его огненная зониянская принцесса каким-то образом закралась в сердце, которое, как он считал, он лишился, и он сильно сомневался, что что-либо кроме предательства огромных эпических масштабов когда-либо изгонит ее оттуда. «Или же операция лоботомии на мозг, потому что я наверняка спятил, чтобы даже подумать о том, чтобы снова дать себе волю и увлечься самкой».

Когда они приблизились к рынку, череда инопланетян все уплотнялась и, чтобы ее защитить, он укоротил ее поводок, намотав его на кулак, притягивая ее к своему боку.

Рыжая злючка или нет, она все же не обладала ростом, чтобы защититься от ряда негодяев, наводняющих это место. К его удивлению, она позволила ему прижать ее к себе, и своей рукой она даже обняла его вокруг талии и ее ладонь легла на его бедро. На мгновение он купался в ощущениях, что они ходят как пара, которая столь тесно переплетена друг с другом.

Без сомнения, он ненадолго забыл, с кем имел дело. Прежде чем она успела полностью вытащить нож из ножен, висящих на его боку, он поймал ее за запястье и рассмеялся в ответ на ее раздраженный рык.

— И что ты планировала с ним делать?

— Вспороть тебе брюхо.

— Обижаешь, — насмешливо ответил он.

— Не так сильно, как хотелось бы, — пробормотала она, покуда он поменял направление их пути и толкнул их за угол в переулок. Зловоние беспорядочно разбросанного там мусора нельзя было назвать приятным, но они хотя бы выбрались из толпы, и он обеспечил им хоть какое-то подобие уединения.

Рука, которую он держал, сделала рывок, пытаясь освободиться.

Ну, это маловероятно. Он дернул ее ей над головой, прежде чем схватить другую, уже сжатую в кулак и готовящуюся размахнуться. Он вынудил ее присоединиться к первой. Ей совсем не понравилась эта покорная поза, и она начала взбрыкивать своими бедрами в его хватке, изгибаясь телом и метко наведенными коленями нанося синяки. Но ему приходилось переживать и нечто похуже, поэтому он не обращал внимание на ее попытку сбежать в то время, как охватил оба ее хрупких запястья одной своей рукой, а другой, свободной, принялся вокруг них наматывать поводок, связывая ее.