Предназначение. Сын своего отца
Шрифт:
объяснить лишь одной причиной. «Поверили, что мы их массой задавим, бдительность
потеряли,» -ворчал про себя боцман, поспешая в дом старосты.
Вся троица мирно попивала винцо, сидя вокруг ломившегося от еды стола. У Хью
резко засосало в желудке, и он невольно сглотнул слюну.
– Ну, чего тебе, -недовольно проворчал капитан.
– Господин Отгар! Капитан! Прискакал человек с корабля. Он ранен. Говорит, что
привз какое-то важное известие.
– Какого чрта он сам не пришл?
Капитан отшвырнул вилку, и та со звоном запрыгала по столу.
– Он потерял сознание, едва слез с коня. Даже не успел рассказать, что за известие.
Капитан зловеще поглядел на Отгара и взялся за висевший на стене пояс с
оружием.
– Допрыгались, кажется, -насмешливо бросил Рейли, допивая из бокала, но ни
пират, ни Советник, не удосужились даже посмотреть в его сторону, собирая сво оружие.
Гневные слова Батлера размеренно грохотали в комнатушке, где собрались
командиры рыцарских сотен.
– За жизни моих воспитанников до того момента, пока они не будут посвящены в
рыцари, отвечаю только я. Вы же, сотник Хорд, мало того, что без моего ведома
направили их на верную гибель, но и предали их, лишив помощи опытных воинов. Я не
зря требовал отправки штатных рыцарей. Но, как выяснилось, Вы лишь для виду со мной
согласились. Десяток Отара шл не на помощь моим питомцам, а отдыхать в Оду. По
приказу командира своей сотни. В результате - минимум четверо уже убиты, и их смерть -
на Вашей совести.
– Выбирайте выражения, господин Мастер, -сверкнул глазами Хорд.
74
– Замолчи, Альберт, -оборвал его Норман.
– Я тебя предупреждал, что мальчишкам
может туго прийтись. А ты ещ такую штуку с десятком Отара выкинул! Герцог тебе за
это голову оторвт. Тво счастье, если хоть кто-то из мальцов живым вернтся...
– А счастье ли?
– негромко вставил Луко.
– Думаешь, ты отомстил тому сопляку, что чуть из тебя котлету не сделал? А в чм
другие виноваты? Да тебя со света сживут, если родственники узнают, что ты жизнями их
детей сво самолюбие тешишь. Зачем тебе новые враги? Со старыми сначала помирись...
– Что ты мне новых врагов пророчишь? Да эти молокососы, когда почуяли, что
жареным пахнет, наверняка попрятались по лесам и сидят, носа боятся показать.
Напоролись, поди, на кучку бестолковых жлобов, а им со страху какие-то пираты
померещились.
– Эти молокососы почти сорок разбойников перебили, пока ты в замке
отсиживаешься да своих людей по кустам прячешь. А про пиратов мне не они, про
пиратов Хлодвиг сообщил, -отозвался Батлер.
– Только не надо меня трусом выставлять!
– А тебя трусом никто не считает, -пробурчал Луко.
– Ты мальчишек по-скотски
подставил. И вины своей не хочешь признать.
– Я признаю только то, что мне надоело ваши морали выслушивать. Эй, Алан,
готовь свой десяток к выходу, да поживей!
– крикнул Хорд через приоткрытое окно.
– Через
час выступаем в Глухую.
Сотник язвительно оглядел собравшихся и, не переставая рничать, добавил:
– Грехи замаливать перед деточками. И не беспокойтесь, господин Батлер, я не
затеряюсь в дороге. А в пути поищу по кустах Ваших ученичков. Если они со страху ещ
в штаны не наложили, то верну их Вам даже не испачканными.
Громко хлопнула входная дверь. Четверо оставшихся молча слушали, как затихают
торопливые шаги.
– Что-то слабо мне верится, что он хоть кого-нибудь вернт, -покачал головой Луко.
– Одна надежда, что там Хлодвиг.
Кор сидел в тесном кругу мужчин, которые ещ были в состоянии держать оружие
и изъявили желание помочь юношам.
– Я никого не принуждаю и предупреждаю сразу: это опасно. Пираты могут пойти
на любую хитрость, чтобы отрезать нас от корабля. Часть из вас останется прикрывать
лагерь с женщинами. Другие...
Хрупкая мальчишеская фигурка терялась среди крупных крестьянских тел, но все
слушали своего спасителя, умело рисовавшего прутиком на песке замысловатые схемы.
Мужики согласно кивали, время от времени вставляя свои поправки, и к концу
совещания напрочь забылась привычная сословная разница между простыми работягами, всю жизнь горбящимися, чтобы прокормить семью, и их гордыми неприступными
защитниками. Сейчас все они стали защитниками. И знали, что завтра кто-то из них уже
не будет вот также сидеть у ночного костра.
Гонцу влили в рот воды и отшлпали его по щекам. Он с трудом открыл глаза, но
его взгляд ещ какое-то время не выражал никаких мыслей.
– Что с кораблм?
– взревел капитан, предварительно выгнав из дома остальных
пиратов.
– Они... Они обманули нас... Переоделись в наших... Как будто пленников везли... С
ними был тот говнюк, которого мы в море подобрали... Но я застрелил его.
Целый град отборной брани должен был до основания разнести крестьянский
домишко. Выждав, когда у пиратского главаря кончится воздух в лгких, Отгар резко
оборвал поток излияний.
– Заткни свою пасть!
75
Склонившись над раненым, он спросил:
– А ты как уцелел?
– Они отпустили меня. Раненого. Велели передать, что не тронут корабля, если...
– Ну...
– ...если Вы, господин Отгар, отпустите целыми и невредимыми обоих пленных
рыцарей. Они будут ждать ответа завтра в полдень возле брода, где... где была наша
засада.
– Времени не теряют, -мрачно вставил Рейли.
Чьи-то тяжлые торопливые шаги затопали по крыльцу, и дверь распахнулась.
– Я кому говорил: не входить сюда!
– сорвался на визг капитан, хватаясь за оружие.