Чтение онлайн

Незнакомый парень протянул мне руки, и я приняла их. Мы закружились в безумном круговороте танца. Кажется, я меняла партнеров. Не могу точно сказать, лица из-за быстрого движения сливались. Да и это было неважно. Здесь все танцевали со всеми, а еще с огнем и самой природой.

Мы прыгали через костер по очереди и целыми группами прямо как Снегурочка в сказке. Только бы не растаять как она. Но пламя вопреки ожиданиям не опаляло, а приятно грело. Искры заменяли нам фейерверк.

Краем глаза я видела, как некоторые оборотни сбрасывают одежду прямо во время танца. Такой импровизированный стриптиз. Затем они перекидывались в волков и продолжали кружиться вокруг костра. Я тоже сняла накидку, больше не нуждаясь в ней. Движение и костер согревали лучше ткани.

В какой-то момент все запрокинули голову к небу, и я последовала их примеру. Взявшись за руки, мы образовали огромный хоровод и кружились, отчего чудилось, будто звезды тоже участвуют в общем веселье. Темп все нарастал, мы двигались быстрее, и быстрее, и быстрее. До сбившегося дыхания, до цветных пятен перед глазами, до боли в боку. Но остановиться означало выпасть из обоймы, нарушить строй, и мы продолжали сумасшедшую пляску.

А потом все разом завыли. Наши голоса летели ввысь, сливаясь и дробясь. Это было наше послание миру: мы – волки, мы – дикие, и мы счастливы.

Танец закончился на этой яркой ноте. Музыка стихла, оборотни замерли, и на меня обрушилась тишина, а вместе с ней спокойствие. Но безмолвие быстро наполнилось смыслом: шелест листвы, потрескивание дров, биение сердец. Я еще никогда не была такой живой, как в тот момент.

Оборотни снова пришли в движение. Они переговаривались, жали друг другу руки, обнимались, благодаря за танец, который всех объединил. Для меня это был новый опыт. Я, наконец, прочувствовала, каково это – являться частью стаи.

Мне тоже перепала похвала. Несколько партнеров сказали, что я чудесно танцую. Кто бы подумал. Раньше я не особо выделялась на танцполе. Но пляска вокруг костра с оборотнями это нечто иное. Я словно открыла дверь внутрь себя и выпустила на свободу самую суть.

— Выпьешь? — та девушка, что пригласила меня в круг, протянула кубок.

— Спасибо, я больше не хочу вина, — голова и так гудела. Отчасти от кружения, но и от спиртного тоже.

— Это вода, — сказала она.

Ее я приняла с удовольствием. Пить действительно хотелось. Жадно глотая воду, жалела, что нельзя вылить часть кубка себе на голову, чтобы освежиться.

Отдав пустой кубок девушке, я повернулась к крыльцу. Шестое чувство настойчиво дергало за рукав, подсказывая, что за мной наблюдают. Оно не ошиблось: оба вожака смотрели в мою сторону. Но выражения лиц у них были разные. Если Джак глядел с усмешкой, то Рейден был хмур. Странный у него был взгляд. Он как будто впервые увидел именно меня – Алису, а не свою воспитанницу Элис. В глубине его глаз плескалась обречённость. Ощущение надвигающейся беды сдавило грудь обручем. Возбуждение и радость разом схлынули. Зря я пошла у Джака на поводу и отправилась танцевать. Не сдержала я обещание и все-таки влипла в неприятности.

Понурив голову, я подошла к мужчинам.

— В тебе больше от отца, чем я думал, — произнес Джак. — Дикое сердце в обертке цивилизованной горожанки.

Я молчала, не зная, как реагировать на комплимент. Не уверена, что Элис близки взгляды диких. Это мне они пришлись по вкусу. К тому же Рейдену слова Джака не понравились, а я привыкла полагаться на него в чужом мире.

— Молчишь? Неужели боишься его реакции? — Джак кивнула на Рейдена. — Так он тебе не указ. Он тебе никто, а я – твой дядя. Родная кровь.

Альфа диких наклонился вперед, и я усилием воли заставила себя стоять на месте. Хотелось не просто отступить, а бежать прочь. Но что-то подсказывало – нельзя проявлять слабость. Волк это почует и обернет против меня.

— Оставь мою воспитанницу в покое, — вмешался Рейден. — Ты знаешь волю Веноны.

— Знаю, — кивнул Джак. — Но девочка выросла и в состоянии сама принимать решения. Понравился тебе танец, Элис?

Мужчина мне подмигнул.

— Можешь не отвечать, я видел, что понравился, — продолжил он. — Мы часто так танцуем. У диких всего одно правило – никому не позволяй ограничивать свою свободу. Ты же не откажешься от свободы, Элис? Подумай, прежде чем ответить. Я предлагаю тебе остаться. Выбери дом себе по вкусу, живи, как хочешь и с кем хочешь. Будь волком или человеком. Все по твоему желанию.

Что-то внутри отозвалось на слова альфы. Какая-то дикая часть меня. Или Элис? Наши с девушкой эмоции так смешались и переплелись, что я уже не понимала, где заканчиваюсь я и начинается она.

Но именно мысль об Элис заставила меня покачать головой, отказываясь от щедрого предложения. Я не имею права решать за нее. Если Элис пожелает жить в резервации, то сама уйдет сюда, когда вернется.

На этом стоило закончить. Отказалась и отказалась, но вино бурлило в крови, и я решила высказаться.

— Свобода, говорите, — прищурилась я. — А как же граница, которую нельзя пересекать? Вы заперты в резервации, сидите на цепи, как собаки у будки.

Джак поджал губы, мой ответ ему не понравился. Он едва сдерживался, чтобы не сказать гадость. Смотреть и то стал иначе – с отвращением. Этот взгляд поведал мне куда больше его сладких речей. Не нужна ему Элис, он просто хотел уязвить Рейдена, отобрав у него воспитанницу. Только и всего.

— Уже поздно, — Рейден поднялся на ноги. — Мы идем спать.

— Как пожелаете, — вожак диких потерял к нам интерес.

— Утром мы уедем, — зачем-то предупредил Рейден.

— Посмотрим, — недобро усмехнулся Джак.

Показалось или это, в самом деле, угроза?

Рейден взял один из факелов, и мы в спешке покинули площадь. В домике мужчина первым делом зажег свечи и буркнул мне, чтобы ложилась спать.

— Мы действительно останемся на ночь? — уточнила я.

— Придется. Ночью из леса живыми не выбраться. Попробуем сбежать, вся стая пойдет по нашему следу.

Я поежилась. Нет уж, игра в догонялки с волками не для меня. Впрочем, заснуть в поселке полном дикий я тоже не смогу.

Я покосилась на кровать. Как и комната в домике она была одна. Ума не приложу, почему Джак решил, что нам так будет удобно. Хотел проверить насколько Элис близка с опекуном? Или он сперва принял меня за любовницу Рейдена?

Видя мое замешательство, мужчина произнес:

— Ложись, я спать не буду.

Оборотень застыл у окна и был напряжен, словно перед броском. Если он и смотрел на меня, то едва ли видел. Взгляд скользил мимо. Что-то настолько занимало мужчину, что близость диады его не волновала. Это не на шутку меня обеспокоило. Нервничающий Рейден такое же редкое явление, как комета Галлея, возвращающаяся к Солнцу раз в семьдесят пять лет.