Чтение онлайн

— Они теперь супергерои? — спросила я, пытаясь (вероятно безуспешно) быть смешной.

На ее губах появилось удовлетворение, и на секунду она выглядела как ее кошка, устроившаяся с комфортом.

— Ну, мой мужчина — супергерой во многих сферах. О своем ты должна сделать выводы сама.

— Видение, — четко и громко напомнил мне Старк с другого конца комнаты, где он и в самом деле осматривал ножи, висящие на стене.

— Да, верно, расскажи мне о чем оно было на этот раз, — сказала я.

— Это снова было одно из тех проклятых видений о смерти. В котором я находилась внутри парня, которого убивают.

— Парня? — я почувствовала, как во мне понемногу начала нарастать тревога. Был ли это Старк?

— Расслабься, это не были твои или мой парень. Это был Рефаим. Я была внутри него, когда его убили. И, между прочим, — она помедлила, делая еще один большой глоток вина, — У птенчика в голове полно странного дерьма.

— Давай сначала о главном. О сплетнях поговорим позже, — сказала я.

— Ну, как обычно, когда я внутри человека, которого убивают, видение сбивает с толку, — сказала она, нажимая ладонью на полотенце и морщась от боли.

— Просто расскажи мне, что помнишь, — подсказала я. — Как он умер?

— Меч почти разрезал его на две части. Всего, хотя его голова не свалилась с плеч, как было в других видениях о тебе.

— Ну, тем лучше для него, — сказала я, не зная как это прозвучало, серьезно или саркастически. — Кто разрезал его пополам?

— Вот где начинается путаница. Я не уверена в том, кто именно убил его. Я уверенна лишь в том, что там был Дракон.

— Дракон убил его? Кхмм… Это ужасно.

— Ну, как я уже сказала, я в этом не уверена. Могу сказать, что помню, каким было лицо Дракона, прежде чем меч рассек меня. Он был полностью отрешенным. Он выглядел даже хуже, чем в последнее время. Как будто в его жизни не было ни надежды, ни света, ни счастья, и он плакал — по-настоящему ревел, с соплями и всем остальным.

— Значит Рефаим умер от меча, — констатировала я.

— Ага, — согласилась она. — Знаю. В голове не укладывается. Кажется, что это сделал Дракон, но во мне это даже на один процент не ощущается, особенно если добавить часть с рыданиями и всей остальной неразберихой.

— Остальной неразберихой?

— Да, странное дерьмо продолжало светиться на фоне. Там было что-то белое, что выглядело мертвым. Там был лед, который горел в костре. Там везде была кровь и сиськи, а потом я, то есть Рефаим, был мертв. Конец.

Я потерла виски, чувствуя, что мой мозг начинает вскипать.

— Сиськи? — при этом слове Старк оживился.

— Да, Лучник. Сиськи. Кажется голой женщины бродящей вокруг. В буквальном смысле. Я не видела ее лица, потому что Рефаим был предсказуемо загипнотизирован ее сиськами, но я знаю, что она что-то делала с кровью и белой мертвой вещью.

— Эй, подождите, — сказала я, — Разве последнее стихотворение Крамиши не было об огне и льде?

— Хм, я и забыла об этом. Как всегда, задолбала эта поэзия.

— Не будь такой невежественной, — сказала я, — И это не просто поэзия. Это пророческие стихи.

— Что делает их еще хуже, — сказала она.

— Я помню. В стихах также что-то говорилось о слезах Дракона, — сказал Старк.

— Может быть он плачет потому, что убивает Рефаима, даже после того, как пообещал быть его защитником, потому что он Мастер Меча нашего Дома Ночи, — сказал Дарий.

— Нет, — сказала я. — У нас здесь свой Дом Ночи, и технически он не наш Мастер Меча. Может быть поэтому он пошел на убийство Рефаима.

— Все это звучит логично, но есть что-то, что я упускаю. Я чувствую это нутром. Просто не могу понять, что именно. Все, кроме Дракона, было скрыто в моем видении, в основном потому, что Рефаим был полностью сфокусирован на Стиви Рей, которая была слишком сосредоточена на ритуале, который проводила.

— Ритуал? Была ли я там?

— Да, и вся кучка вонючка была там. Был создан круг. Ты была главной, но сам ритуал был с землёй в центре, так что Стиви Рей играла важную роль. — Она перевела дыхание. — Черт побери, я только что поняла, где мы были — на лавандовой ферме твоей бабушки.

— О-оо, черт! Ритуал очищения, который я должна провести через несколько дней. Танатос звонила бабушке и разговаривала о нас, чтобы мы сделали что-то раньше… что могло бы открыть правду о том, что на самом деле случилось с мамой. — Я остановилась, переваривая услышанное о мертвой белой вещи, крови, и сиськах, связывая все с убийством моей мамы. — Значит ли это, что я должна прекратить все и не должна ничего делать?

Афродита пожала плечами.

— Зет, я знаю, что тебе будет трудно поверить, потому что ты Мисс Первый план и Стержень кучи моих видений, но в этом ты едва появилась. Я вообще не думаю, что это о тебе.

— Но это о ферме бабушки.

— Да, но это Рефаима разрезали на две части, а не тебя, — сказала она.

— Подождите, разве это не хорошая новость? — спросил Старк, подойдя ко мне и взяв за руку.

Афродита фыркнула.

— Конечно, если ты не Рефаим.

Старк проигнорировал ее комментарий и продолжил.

— Ты видела убийство Рефаима. Ты знаешь где, и ты знаешь кто должен быть там. Так что, если мы удостоверимся, что не все элементы соединятся вместе? Это остановит смерть, не так ли?

— Возможно, — ответила Афродита.

— Будем надеяться, — сказала я.

— Нам необходимо удостовериться, что Дракон останется вдали от Рефаима, — сказал Дарий. — Даже если он на самом деле не убивал его, ты точно знаешь, что он был там в момент убийства Рефаима.

— В этом я совершенно уверена, — подтвердила Афродита.

— Тогда это именно то, что нам нужно. Мы будем держать Дракона и Рефаима по раздельности, даже если это означает, что Рефаим не поедет с остальными, когда мы отправимся на бабушкину ферму.

— Если поеду я, то едет и Рефаим.

Старк, Дарий, и я обернулись, чтобы увидеть Стиви Рей и Рефаима пригибающихся под полотном и входящих в комнату. Афродита нахмурилась, но оставила тряпку на глазах.

— Ее видение было о Рефаиме.

Стиви Рей произнесла это не как вопрос, но, как бы то ни было, я ответила ей.

— Да. Он умер.

— Как? Кто пойдет на это? — голос Стиви Рей был жестким. Она готова была бороться с целым миром.

— Не уверенна, — заговорила Афродита, — Я смотрела на все глазами нашего птенчика, а значит, все это была ужасно запутанная чертовщина.