Предрассветные Сумерки
Шрифт:
Эдвард как по волшебству влетел в комнату через окно, которое он открыл - закрыл с такой бешеной скоростью, что я даже осознать этого не успела. Он просидел у меня в комнате, качаясь в кресле-качалке до пяти утра. Близко ко мне он не подходил, мои вещи не брал. Все эти четыре часа я чувствовала на себе взгляд и только после его ухода, смогла расслабиться и задремала. Проснулась, когда обеспокоенный моим отсутствием, в дверь стал стучать Чарли.
– Что такое?
– Спросила я, зевая и натягивая халат.
– Уже пол восьмого. Ты не проспишь?
– Спрашивал Чарли из-за двери.
– Сколько? Ой, я проспала?
– Чуть не снеся Чарли, я пролетела в ванну.
– Я же тебе говорил, что спать надо ложиться раньше.
До обеда я не переставала думать о моем ночном госте и о его мотивах. Не придумав ничего дельного, я пошла на обед, косясь на стол "упырей". Эллис заметила мой взгляд и приветливо помахала рукой, Эдварда среди них не было, что меня очень расстроило. Неужели я не увижу его сегодня на биологии.
Я медленно продвигалась к кассе со своей чашкой чая, когда почувствовала приближение моего соседа по парте.
"Что он себе позволяет, лезть без очереди?"– возмущались школьники, оглядывая протискивающегося ко мне Эдварда недовольными взглядами. Он же ни видел никого кроме меня. Я тоже развернулась к нему, пытаясь понять, что значит его счастливая улыбка.
– Привет.
– Он остановился около меня, заглядывая в глаза.
– Как дела?
– Нормально.
– Отозвалась я.
– Ты решил поздороваться до биологии?
– Я просто хотел с тобой поговорить. И на биологию я сегодня не пойду.
– Почему?
– Удивилась я, расплачиваясь за свой скромный обед.
– Иногда полезно прогуливать. Ты больше ничего не возьмешь? Может, я что-нибудь тебе куплю?
– Хочу, но не из того, что тут продается.
– А что не так с этой едой?
– Она не съедобная. Я привыкла к натуральным продуктам, а не к ароматизированным картонкам.
– В Москве какая-то другая еда?
– Причем тут Москва? Даже в холодильнике Чарли совсем другая еда.
– Сядешь со мной?
– Улыбка Эдварда не оставила мне выбора. Я помахала друзьям, и мы пошли за отдаленный столик.
"Что это значит?"– Возмущалась Джессика.
"Она с Эдвардом?"– Веселилась Анжела.
"Не зря мне так не нравился этот Эдвард, ну ничего это ещё ничего не значит. Может он к ней пристает, а она не знает, как от него отделаться? А если ей помочь? Хотя от Тайлера она отделалась быстро и ничего не стеснялась". – Злился Майк.
"Опля, а Майк, говорил, что на танцы она пойдет с ним". – Злорадствовал Эрик.
Я как обычно старалась не обращать внимания на чужие мысли, чтобы не выдать себя перед Эдвардом.
– Твоим друзьям не нравится, что ты села со мной.
– Я знаю. У меня есть оправдание.
– Какое?
– В глазах Эдварда скакало любопытство.
– Точно такое же, как и у тебя.
– И какое же оправдание у меня?
– Я скорчила мину, разговор походил на какой-то бред.
– Я хочу услышать твою версию.
– Пытаюсь тебе понять. А точнее твое повидение.
– Да пожалуй, ты угадала, я тоже пытаюсь тебя понять. Первый раз встречаю такого загадочного человека.
– Я опустила глаза и зашипела на стол.
– Что-то не так? Ах да, я забыл, что ты как-то странно реагируешь, если я называю тебя человеком. Извини, но если это говорят другие, ты даже не обращаешь внимания.
– Стал ехидничать Эдвард.
– Мне казалось, что ты проницательнее. Кстати, как долго ты планируешь со мной общаться? А то не хочется снова здороваться с истуканом.
– Разозлилась я.
– Пока я тебе не надоем? Почему ты не сказала, что тебе надо в Сиэтл за машиной?
– На настоящий момент я сказала об этом только Эллис. Как ты думаешь, если я не сказала ничего моим друзьям, то почему я должна исповедоваться тебе, только потому, что ты соизволил со мной заговорить?
– Извини. Я был неправ. Думал, что смогу держаться от тебя подальше. Если ты помнишь, я уже говорил, что нам лучше не быть друзьями.
– У меня очень мало друзей, но много знакомых и что-то мне никогда не приходилось никого игнорировать. Так что, судя по твоему поведению, нам и просто нормальному общению не стоит. На мой взгляд, это глупо. А если это так, то зачем надо было мешать фургону Тайлера? Проблема бы сама собой перестала существовать.
– Что ты имеешь в виду? Что я жалею, что спас тебя?
– Губы Эдварда вытянулись в полоску, а руки сжались в кулаки.
– Я этого не говорила. Скорее обвинила тебя в недальновидности.
– Спасибо, что ты никому не сказали, ничего лишнего.
– Сменил он тему.
– Не за что. Мне обидно, что ты обо мне такого мнения. Хотя я и сама не доверяю людям.
– Я кинула в чай кусочек сахара, но тот уже остыл и сахар не растворялся. Я на автомате провела рукой над чашкой, заставляя его снова согреться, и подняла глаза на удивленного Эдварда.
– Что-то не так?
– Как ты...?
– Начал, было, мой собеседник, немигающими глазами изучая чашку. Я как ни в чем не бывало, приступила с чаепития, хотя на самом деле под таким взглядом и подаваться можно.
– Что? Ты не договорил.
– Нет, ничего показалось наверно.
– Нет, ничего тебе не показалось, и ты это понимаешь? Это людей можно сбить с толку с их невнимательность и неуверенностью.
– Так что ты хотел?
– Тебе действительно не интересно как я остановил фургон?
– Руками.
– Эдвард закатил глаза. А я захихикала.
– А если без шуток, то суть я знаю, а остальное частности. Потом, мне казалось, что лишнее любопытство с моей стороны тебе не нужно.
– Что, значит, знаешь суть?
– Насторожился мой собеседник. Но на мое счастье прозвенел звонок.
– Опаздываем.
– Подскочила на месте я.
– Ты идешь?
– Я же уже сказал, что нет. И тебе не советую.
– Последняя фраза была произнесена настолько тихо, что человек бы не расслышал ни слова.
– Ну, как знаешь. Тогда до понедельника.
– И как обычно сломя голову полетела по школе.
– Эдвард, я тебя убью.
– Тихо стонала я, пытаясь придумать, как отпроситься с урока, незаметно для всех наводя на лицо иллюзию нежно-зеленоватого оттенка.