Чтение онлайн

Рядом со мной уже появляются тени людей, которые жили на этих землях сотни или тысячи лет тому назад. Они так же видели все это, как вижу я. Может, спустя сотню лет моя тень так же явиться на эту землю в вечерней полутьме, когда какой-либо мечтатель будет смотреть в бесконечность. Людей вокруг становится больше, и звуки усиливаются: наверное, их так же, как и нас с Камиллой заворожило таинство народного гулянья индейцев. Ветер становится прохладным, кажется, все увиденное, все ощущения невозможно было бы передать даже с помощью живописи. Только и осталось бы взять белый лист и просто написать изысканными серебряными буквами: Вечность. Пока я сижу и жду возвращения подруги с лавки украшений, я впитываю тишину, покой и тьму, пока я наполняюсь тишиной и запахами природы. Я становлюсь бесконечно счастливой, чувствую себя по-настоящему в безопасности. Наверное, во мне говорит какая-то генетическая память человечества, а точнее прапрапрадеда, мама рассказывала мне о нашем родстве с древним племенем. А может, я просто романтическая натура мечтателя.

Вот я вижу, как ко мне направляется Камилла… а это еще что! Какие-то, по-видимому, туристы пересекли ей дорогу. Пойду узнаю, что там происходит. Подойдя к ним поближе, я застигаю конец их разговора.
– Да ладно тебе Кам, там не так уж и высоко, будет весело!
– упрашивал смазливый блондин.
– Что происходит, это вообще кто?
– спросила я подругу, после чего получила объяснение в полной раскраске. Оказалось, это были знакомые Камиллы еще с колледжа. Они давно не виделись и предлагали нам прокатиться на колесе обозрения, но так как я не переношу высоту, Ками отказывалась меня оставлять одну.
– Сходи, ты же все это любишь, а со мной нечего не случиться за это время! К тому же я с удовольствием прогуляюсь, посмотрю сувениры. Может что и найду для себя. Мы разошлись в разные стороны, я пошла в направление сувенирных лавок.

Проходя мимо изделий из кожи, я увидела старичка в причудливом костюме. Я почему-то решила, что это обычный ряженный. На старичке был костюм с множеством подвесок и странных для непосвящённого предметов. Там были стрелы, вернее, символы стрел, украшали изображения оружия, светил и даже костей. Нарисованные, вышитые или сделанные из металла «кости»! Меня так все это восхитило, что я решилась подойти. И расспросить о его костюме.

– Здравствуй старец! Я, проходя мимо сразу же заметила ваш восхитительный костюм, это ваша работа?
– старичок рассмеялся.
– Дитя, костюм создавался мной, но не по моему желанию, его создавали по указаниям духов.
– улыбнувшись ответил старик. Я конечно же захотела спросить, что он имеет в виду и как это все происходит.
– Обычно проходит не мало лет, перед тем как получить разрешение духов на изготовления себе полного костюма. Но мне повезло, - посмеиваясь рассказывал дальше старичок - особое расположение у всесильных! Как вижу, ты что-то ищешь или может даже кого-то?!
– полюбопытствовал мой собеседник. Вздохнув, я решила все рассказать.
– Понимаете, мы с моей близкой подругой каждое лето посещаем гулянье, и только в этот раз мы решились поговорить с шаманом племени. Нам рассказывали, что он может ответить на все вопросы как на духу. Вот, я и ищу его, но пока безрезультатно. Старик начел громко смеяться. И хитро так, на меня посматривать -Ну почему же безрезультатно? Ты нашла его Мизэ! (примечание: индейское имя, означающие - белое солнце) Он перед тобой.

Я была так удивлена и рада в тоже время, почему-то представляла шамана совсем по-другому, хмурого, грозного такого старика.

– Ну что же дитя, ты нашла меня и теперь молчишь- улыбнувшись сказал мне.
– Что так волнует твою юное сердце? Или ты позволишь мне самому угадать!
– не дав ответить, он продолжил.
– Я вижу твою печаль, ты одинока. Но я так же вижу и то, что у счастья нет завтрашнего дня; у него нет и вчерашнего; оно не помнит прошедшего, не думает о будущем; у него есть настоящее — и то не день, а мгновение. Ответ на свои вопросы ты найдешь там, где веют холодные ветра в прекрасных полях вереска и очень скоро. Софи поражённо застыла, ничего не поняв, одни загадки. От чего все стало еще запутанней. Но как только она хотела поблагодарить старика и уйти в разочарование, он остановил ее и протянул красивое украшение, сказав напоследок носить его с данной минуты не снимая. Это была обычная серебряная цепочка с незнакомым мне зеленым камнем в оправе из серебра. Я хотела было оплатить, но старик сказал, что это подарок и мне пришлось взять.

На город спустились сумерки, сначала они прозрачные, будто смотришь на мир сквозь цветные очки, а потом они сгущаются, и тебе кажется, что стоит пошевелиться, - и сине-сиреневые сумерки осядут у тебя на коже, впитаются в волосы и одежду. А я все просто стою и наблюдаю. Все вокруг готовиться ко сну: море, отраженное в небе, звезды, которые светят, кажется, не свыше, пульсируют где-то под водой, легкий ночной ветер. Все это отражается во мне. И я, уже почти побежденная сном, мечтаю разве что о том, чтобы не потерять это ощущение, не потерять в собственной памяти этот вечер. Ведь вечера не повторяются, они у каждого свои. Нужно обязательно все ощущения, все увиденное и услышанное перенести в свой дневник! Ведь это память, и она дорога по-своему. Вот так и прошел мой вечер, не заметно протекли минуты, а за ними часы. Камилла так и не вернулась, по-видимому, забыв обо мне. Погуляв еще какое-то время, посмотрев танцы, я решила направиться домой...

Вот и дом, мой милый дом. Я снимаю квартиру на Уэстерн - авеню, там тихо и почти нет машин, что радует. К тому же мне от нее не далеко до работы, я администратор в ресторане морской кухни, что по соседству. Это очень удобно, скажу я вам. Боже! Ну наконец то я пришла, мне кажется раз сто наступили на ноги. Так все болит, надо бы набрать ванную и понежиться немного перед тем как лечь спать.

У Софи была совсем маленькая квартира, как спичечная коробка. Одна спальня, не большая ванная комната и до ужаса маленькая кухня, где развернуться вдвоем почти не реально. Но это ничуть не расстраивало ее, главное крыша над головой, а все остальное уже не страшно. Так в тишине своей квартирки Софи набрала ванную и в полном блаженстве под бокал красного вина слушала музыку. Когда она собралась выходить, то вспомнила про амулет старца и решила примерить. Он был прекрасен, какая тонкая работа, какой камень в оправе! И такой теплый, что это даже немного удивило, но Софи отмахнулась, решив, что ей показалось. Она решила его сегодня не снимать.

Прошлое – единое полотно, воображаемое или выстраданное.

«Прошлое – единое полотно, воображаемое или выстраданное, пережитое в трех измерениях или просто отложившееся в том маленьком театре разума, который ярко горит всю ночь.» (Роберт Льюис Стивенсон)

Записав в дневник свои ощущения, чувства, красоту празднества, Софи приготовилась ко сну. К буйству красок и иллюзий. Надев свою любимую пижаму в стиле бэби долл. Воздушную как облако, блестящий атлас. Треугольные чашечки прекрасно вмещали не малый размер груди, подол украшен черным прозрачным кружевом. Вырез с маленьким декоративным бантиком из атласа. Вся эта красота держалась на тонких бретельках, от чего пижама казалась более утонченной. Качаясь на морфеевых волнах, в их умиротворенной сладкой неге, Софи заснула безмятежным сном…

Таких я снов не видела давно, мне снилось пенье соловьев и дуновенье ветерка. Как странно, чувствую благоухание цветов и травы мягкость, словно пух. Какой приснился странный сон, как будто на яву!.. Проснулась я от звука какого-то жужжания, когда я открыла глаза, первое что увидела это - пчела! От куда пчела у меня дома?! Я вскочила с постели и хотело было ее поймать, как вдруг я обомлела.

Вместо постели лужайка из цветов, а вместо комнаты красота неземная. Я сплю и это всего лишь мои грезы? Мне стало совсем не по себе, больно реальным все это казалось. Я позабыла про пчелу, когда здесь такое! Стала оглядываться по сторонам, чуть ли, не закружившись от всего этого изобилия красок. Все в душе тревожно встрепенулось, здесь что-то явное не то! От куда взялся этот луг, да что там луг, как я тут очутилась, спала мирно, некого не трогала, а тут бац и вот вам! Чудеса, да и только! Я даже ущипнула себя, чтоб ощутить реальность всего этого, но увы, не помогло. Так, если я все-таки сплю, то почему я в пижаме, а не в каком-нибудь там шикарном платье, например, ну это же сон и там значит можно все.

Но, если это все по правде то…да ну Софи засмеялась - что за бред! Ну вот представьте значит, если это все по правде и меня допустим увидят в таком «шикарном» прекиде, вот смеху будет. Разгуливаю по лугу, да вообще хотя бы и на улице, чуть ли не в чем мать родила, восхитительно просто. Слов нет, как же мне повезло то - с сарказмом проговорив сама себе. А тут в общем то красиво, ни смотря не на что, все вокруг залито солнцем, и лужайка, словно сама сияет во всей своей красе. В стороне кустарники, усыпанные сочными ягодами. Они, наверное, питались солнечным светом, отчего стали еще сочнее и красивее. Легкий ветерок проноситься по травам и кустам, красота и покой. Все это конечно же мило, но мне что-то нужно делать.

Оглядевшись еще раз по сторонам (в этот раз стараясь не отвлекаться на природу), приглядевшись я увидела тропу средь кустарников каких-то ягод. Она была засыпана листвой, и я ее могла бы не заметить. Но легкий ветерок, поднявший и закруживший листья, привлек моё внимание. Если бы я верила в чудеса, то могла бы решить, что ветер специально это сделал, будто бы показывая мне путь. Я решила тут не задерживаться и пошла по тропе в сторону неизвестности…

Родимый мой край – дум и сердца стремленье,

Ты в шорохе снов, ты в беге оленя,

Ты горных вершинах, ты в грации лани,

Ты в тихих шагах в лучах утренних, ранних.

Прощай, Горный край, прощай, милый Север,

Край доблестных дел и народных поверий.