Чтение онлайн

Наученный неудачами предшественников Генри Гудзон на деньги английских купцов двинулся в другую сторону – через Россию, вокруг Евразии. Он доплыл до Шпицбергена и уперся во льды. На следующий год Гудзон повторил попытку, достиг Новой Земли и вновь уперся во льды. Поняв, что здесь ловить больше нечего, Гудзон решил вернуться к варианту его предшественников и попробовать пробиться в Тихий океан «через Америку».

Карта с портретом сэра Фрэнсиса Дрейка, 1581 г.

И поплыл. Никакого пути в Индию он, конечно, не нашел, зато на карте мира теперь есть Гудзонов залив и одноименный пролив. Это было начало XVII века. Тогда же англичане Баффин и Батон предприняли еще несколько попыток, но вновь уперлись во льды.

В 1631 году англичанин Лука Фокс отправился в Японию по Северному морскому пути вокруг Евразии, но застрял во льдах.

Впервые обогнуть Северную Америку «сверху» удалось только в конце XIX века. Это сделал некто Мак Клюр. Он вошел в Берингов пролив из Тихого океана и вышел к Атлантике. Но не на корабле – часть пути пришлось пройти на санях, а затертый льдами корабль бросить.

И только в ХХ веке Амундсен впервые в мире на небольшом кораблике пробился сквозь льды по так называемому «северо-западному проходу» из Атлантики в Тихий океан. Еще через полвека по этому проходу пару раз прошло небольшое канадское суденышко. И все.

В дальнейшем мы еще вернемся к этим безумным историям безумных штурмов вечных льдов на деревянных кораблях. В этом безумии есть своя великая тайна…

Англичане, как вы уже заметили, в основном безуспешно штурмовали северо-западный путь, попутно делая разные открытия. Русские же мореплаватели пробивались в Индию и Китай вдоль России – по северо-восточному пути. И тоже делали массу открытий. Считается, что именно с подачи русских, которые еще в XV веке открыли путь из Белого моря в Западную Европу вокруг Скандинавии, на европейских картах появились некоторые сибирские подробности. Например, знаменитый картограф Меркатор, живший в XVI веке, нарисовал реку Обь. Ну а то, что находится восточнее Оби, было для европейцев той поры сплошным белым пятном. Да и для русских долгое время Сибирь оставалась «терра инкогнита». Так, например, когда в 1614 году Борис Годунов велел составить карту страны, река Обь на ней впадала в озеро.

Правда, оберегая свою монополию на торговлю и опасаясь, что европейцы начнут самостийно торговать с сибирскими народами, используя Северный морской путь, московское правительство в 1616 году под страхом смерти запретило плавать Северным морским путем. Однако за всеми разве уследишь? В том же году европейский капитан Логан добрался до Оби и записал в корабельном журнале, что в 5–6 днях пути на восток от Оби есть еще одна огромная река – так во всяком случае говорят местные. А за той рекой – еще одна большая река. Эти реки, названия которых Логан не знал, теперь называются Енисей и Лена…

Любопытный момент. Считается, что Баренцево море открыл Баренц. Но Баренцево море (точнее, это название) появилось на картах только в середине XIX века, а до того момента море прекрасно называлось Русским или Мурманским. Русские плавали здесь с XI века. Новгородские мореплаватели чуть позже доходили аж до Шпицбергена. А сам Баренц на Новой Земле нашел остатки русского поселения – полуразвалившиеся дома, могильные кресты. А до Баренца, между прочим, здесь плавали и другие иностранцы, которые встречали в море русские ладьи. Но море все равно теперь Баренцево. Опять мы сталкиваемся с евроцентризмом, как в случае с кометой Галлея, которую открыли китайцы; теоремой Пифагора, известной еще египтянам, и проч. Ну, ничего, мы люди не гордые, потерпим. Тем более в свете изложенной в этой книге концепции. Не будем мериться открытиями с европейцами, поскольку все равно они все – не наши. Ибо задолго до русских здесь…

Впрочем, не будем забегать вперед.

В своей предыдущей книге, посвященной христианству («Опиум для народа»), я упомянул несколько странных параллелей. Процитирую сам себя, ибо это всегда приятно:

«В Библии фигурирует древний, еще добиблейский миф о потопе. Вообще говоря, этот миф встречается в разных эпосах – тихоокеанском, вавилонском, американском… Скажем, мифы народа майя не только рассказывают о Великом потопе, но и имеют странные переклички с мифами о Вавилонской башне. Индейская легенда гласит, что когда-то все люди “говорили на одном языке, жили в мире, белые и черные, все вместе. Они все ожидали восхода Солнца и молились Сердцу Небес”.

Есть у христиан такой ритуал – причастие. Это рудимент древнего каннибализма. Символическое поедание тела бога и выпивание его крови… Так вот, у тех же индейцев майя существовал такой обычай: два раза в год – в день весеннего и зимнего солнцестояния – они пекли из маисового теста фигурку бога Витцлипутцли, поклонялись этой фигурке, а потом безжалостно поедали любимого Витцлипутцли.

И на этом странности с народом майя не кончаются!..

Самое интересное: прибывшие в Америку конкистадоры были поражены тем, что индейцы народности майя… поклонялись кресту. Изображения майянского креста по сию пору можно встретить в доколумбовых индейских храмах Лакамха (ныне Паленке).

Откуда он там взялся?.. Исследование этого вопроса приводит к столь удивительным выводам, что является, пожалуй, темой для отдельной книги, которая, возможно, когда-нибудь будет написана».

Собственно говоря, она уже написана, и вы держите ее в руках. Не уроните!..

На поразительные совпадения мифов у разных народов обращали внимание многие исследователи.

Скажем, египтяне и шумеры поклонялись практически одному и тому же лунному божеству, разница была только в названии: у египтян этот старейший бог назывался Тотом, а у шумеров – Шинном. Известный египтолог Эрнст Уоллис-Бадж писал по этому поводу: «…идентичность этих двух богов слишком полная, чтобы быть случайной…»

Впрочем, Египет от Месопотамии отделяет не такое уж большое расстояние, они могли контактировать и наверняка контактировали. Просто странно, что контактировали настолько тесно, будто когда-то были одним народом. Впрочем, почему бы и нет? Тот же Уоллис полагает: «Было бы неверно утверждать, что египтяне заимствовали божество у шумеров либо шумеры у египтян; скорее всего, богословы обоих народов заимствовали свои теологические системы из общего, но очень древнего источника».

Запомним это мнение. Оно имеет право на существование, особенно в свете того уже упомянутого факта, что египетская цивилизация возникла будто бы «из ниоткуда». Просто взяли и зажгли свет над Нилом. Вместо постепенного, тысячелетнего накапливания технологий мы имеем внезапную вспышку. Математика, астрономия, письменность, медицина, архитектура, развитая мифологическая система – постепенное развитие всего этого не прослеживается.

Например, в раскопках, соответствующих додинастическому периоду (5500 лет тому назад), археологи не находят никаких следов письменности. Вообще! А потом вдруг появляется иероглифическое письмо, и сразу в довольно совершенном виде – с фонетическими знаками (а это уже первый шаг к алфавиту) и развитой цифровой системой.

Британского египтолога Уолтера Эмери, пораженного этим невероятным цивилизационным рывком, я уже цитировал.

Ну ладно, допустим, и египтяне, и шумеры имеют «в анамнезе» некую общую пришлую культуру. И где же она? Египетские пирамиды – стоят. Великий Вавилон раскопан, а где же материальные следы великой материнской цивилизации?..

Вопрос резонный. И отвечу я на него легко…

Во-первых, археологами раскопана лишь ничтожная доля процента поверхности планеты. Да что там планета! Не полностью вскрыто и изучено даже то и там, где археологи роют давным-давно. Скажем, знаменитый и поражающий путешественников индейский город Тиахуанако на берегу озера Титикака в Южной Америке раскопан всего на пару процентов. Легендарные Помпеи раскапывают уже почти двести лет, а до конца так и не раскопали. Что же говорить о раскопках в местах, про которые ничего не известно, то есть непонятно даже, где именно копать…