Чтение онлайн

Множество палаток и самодельных прилавков было размещено в хаотическом порядке на открытой местности. Красивые черноволосые цыганки в пестрых одеждах торговали золотыми украшениями, камнями, платками и прочими атрибутами. Они улыбались и зазывали покупателей к себе. Небольшие костры горели в стороне, и на них в котелках готовились различные кушанья, которыми угощали хозяева посетивших их гостей. Ароматы, витавшие на ярмарке, сводили с ума и заставляли урчать животы. Но больше всего, конечно, произвели впечатление песни под гитару. Молодая черноглазая цыганка в ярко-красном платье с пышной юбкой танцевала под звуки завораживающей мелодии. Ее движения были плавными, искренними, а грустная улыбка не сходила с алых губ. Красная роза, заколотая в кудрявых длинных волосах, грозилась выпасть в любой момент и лишь чудом держалась на месте.

Я завороженно смотрела на девушку, потеряв нить с реальностью. Ее танец увлекал меня, словно рассказывая печальную историю любви. Ее любви. В этом я была абсолютно уверена. Столь эмоциональным было каждое движение черноволосой цыганки, что ни могло не тронуть мое сердце. Она полностью погрузилась в танец, отдавая всю себя без остатка завораживающим ритмам гитары и чудесному голосу певца. Я видела, как зарождались чувства между девушкой и юношей, как пришло осознание любви, обещание вечной преданности и единства, а затем… Музыка оборвалась, а с последним аккордом красная роза все же соскользнула с кучерявых волос танцовщицы и упала на землю, оставив хозяйку оплакивать свою судьбу и одиночество.

Тихо охнув, я прикрыла глаза и почувствовала, как чреда мурашек пробежала по позвоночнику, а слезы потекли по щекам. Быстро вытерев их тыльной стороной руки, огляделась вокруг. Немногочисленные посетители ярмарки с интересом осматривали предлагаемый цыганами товар и не обращали на только что развернувшийся перед ними крик души ни малейшего внимания. Даже Маша успела куда-то сбежать. Мне с трудом удалось разглядеть ее высокую фигуру у одной из палаток с украшениями. Тихо всхлипнув, я покачала головой. Как люди могут быть такими… безучастными? Посмотрев еще раз на цыганку, я встретилась с внимательным взглядом черных глаз. С интересом склонив голову набок, она медленно подошла ко мне.

— Ты поняла… — утверждала, а не спрашивала черноволосая красавица.

Завороженная ее взглядом, я молча кивнула. Вот никогда не верила в цыганскую силу, но теперь… Девушка как будто читала всю мою жизнь, а я не могла ей противостоять. Стояла, словно в оцепенении и вглядывалась в бездонные черные глаза…

— Она ждет тебя, — вдруг улыбнулась цыганка и взяла меня за руку. — Пойдем.

— Кто ждет? — все же смогла скинуть с себя наваждение и отступила назад.

Не люблю, когда меня заставляют что-то делать и при этом толком ничего не объясняют. А танцовщицу мое поведение как будто удивило. Она очень странно посмотрела, а потом вдруг лукаво улыбнулась.

— Интересно… — выгнула черную бровь цыганка.

— Я, пожалуй, пойду прогуляюсь, — тихо пробормотала в ответ и попятилась, бросив взгляд на красную розу, которая продолжала одиноко лежать на земле.

Красотка начала меня откровенно пугать. Я не понимала ее взгляда, желания куда-то отвести, странной улыбки. Хотя узнать, кто меня ждет и зачем все-таки хотелось, но не настолько, чтобы отправляться в неизвестном направлении с цыганкой, которую встретила впервые в жизни. А она лишь пожала плечами и, кивнув гитаристу, начала танцевать следующий завораживающий танец. Однако в этот раз я смогла себя перебороть и пойти прочь от обворожительной девушки.

Оглядевшись в поисках подруги, заметила вдруг табун. И хотя они паслись достаточно далеко от места проведения ярмарки, оставить без внимания его я не смогла. Пробираясь мимо гостей, которых значительно прибавилось, я упорно следовала к скакунам. Шум голосов, музыки и песен постепенно стал тише, превратившись лишь в далекий фон. Ласковый ветерок развивал мои волосы, нежно касаясь кожи, а солнце не спеша склонялось к горизонту. Оказавшись рядом с самодельной оградой из тонких бревен, я остановилась и с легкой улыбкой на губах стала рассматривать великолепных скакунов. Их было, наверное, около пятидесяти, точно не меньше. И все такие красивые, ухоженные и величественные, что глаз просто невозможно отвести.

Один жеребец приглянулся мне больше остальных. Он не спеша щипал траву, стоя немного поодаль от собратьев, изредка поглядывая на них. Черная лоснящаяся грива отливалась в лучах солнца, а хвост лениво колыхался из стороны в сторону. Возникло желание немедленно подойти к этому красавцу и провести рукой по его блестящей шерсти и задорно торчащим ушкам. Облокотившись локтями на бревна, я улыбалась.

— Значит, вместо того, чтобы прийти ко мне, ты любуешься Генри, — раздался за спиной незнакомый голос.

Резко развернувшись, я с трудом сдержала крик. Но, видимо, старуха, которая стояла передо мной, прочла все эмоции и мысли, возникшие в голове, по выражению лица. Его скрыть не вышло. Однако она лишь снисходительно улыбнулась, продемонстрировав отсутствие нескольких зубов, и поправила капюшон черного плаща. Я постаралась не показывать страх, который сковывал все тело. Однако сделать это оказалось далеко не просто. От старухи буквально веяло чем-то пугающим и мистическим.

Ее маленькие глаза как будто выцвели, став светло-светло зелеными, но это не мешало незнакомке пронзительно смотреть на меня. Под тяжелым взглядом хотелось сжаться и отступить, а лучше, вообще, сбежать. Глубокие морщины покрывали ее лицо и шею. Из-под капюшона виднелись седые практически белые пряди волос, которые топорщились в разные стороны. Но больше всего меня испугала трость старухи. С виду это была обычная корявая палка из темного дерева. Да вот только от нее ощущалась такая мощь и сила, что дрожь сотрясла все мое тело. Сглотнув, я задержала взгляд на руках старухи. Они вольготно лежали на крючкообразной ручке палки, а тонкие костлявые пальцы отстукивали странный нервирующий ритм.

— Неужто испугалась? — с издевкой спросила старуха.

От звука ее скрипучего голоса я вздрогнула. Не в силах что-либо ответить, я молча пялилась на незнакомку. Даже пошевелиться не могла. Все внутри меня скрутилось в тугой ком страха и испуга. Никогда прежде ничего подобного я не испытывала.

— Вот молодежь пошла, — прищурив выцветавшие глаза, прокряхтела она. — Никакого уважения к старшим…

— Простите, — пролепетала я и уронила на землю туфли, которые до этого прижимала к груди.

Это простое слово затребовало столько сил, что я была готова свалиться на землю от усталости. Старуха же медленно, словно изучая, подошла ко мне вплотную, схватила за подбородок и притянула к себе так, что наши глаза оказались на одном уровне. Я сделала попытку вырваться из цепких рук незнакомки, но не тут-то было. Ее тонкие пальцы впечатались в мою кожу. Так что, если после этой встречи на подбородке останутся синяки — не удивлюсь.

— Батюшки, — чуть с ленцой в голосе протянула она. — Так ты ничегошеньки не знаешь! А я-то думаю, в чем дело…

— Вы мне делаете больно, — с трудом переборов страх, дрожащим голосом оповестила я.

— Фи! Какая неженка, — проворчала старуха, но меня все же отпустила.

Я тут же дотронулась до ноющей кожи и потерла подбородок, пытаясь избавиться от неприятных ощущений. Исподлобья взглянула на странную незнакомку. А она вдруг начала говорить что-то, вообще, непонятное:

— Тяжело тебе придется, девонька. Страдать скоро будешь так, что душа начнет рваться на осколки. Почувствуешь горький вкус предательства и обмана. Весь мир для тебя перевернется. Да и жить расхочется. Много сложных путей ждет впереди, и исход каждого из них будет зависеть от выбора твоего. Если правильную дорогу выберешь, то любовь вечная и счастье ждут, а коли ошибешься… Гореть твоей душе в пламени ада.