Предтечи Зверя. Книга вторая. Алёна
Шрифт:
– В отличие от двух известных уже вам персонажей, Кондор – из особо провинившихся. Первых двоих не пощадили вы, дорогие гости, этого не пощадил я и он прошёл в финал без предварительных боёв, – Цезарь радостно засмеялся своей шутке и тут же угодливо захохотали гости.
– Кстати! – спохватился босс. Наша новая загадочная гостья успела подружиться с Кондором и, думаю, подвигла его на его безумства. Сеньорита, я сдержал своё обещание. Можете даже спуститься вниз и поприветствовать своего героя. Поверьте, это и вдохновит, и поможет Кондору.
И тотчас все прожекторы осветили только её – растерявшуюся Алёну.
– Смелее, наша юная героиня! Мы ждём! – прогремело напутствие цезаря.
– Ну, действительно, сеньорита, не стесняйтесь, и не задерживайте действо – поторопил её Принц.
Алёна, сопровождаемая лучами прожектора, спустилась по ступенькам к арене.
Прошла через открытую в клетке дверку и приблизилась к стоявшему в центре пилоту.
Тот вначале внимательно присмотрелся, потом сник.
– Я было поверил… Я начал молиться на тебя! А ты – из их? Ты – его?
– О чём Вы говорите? – возмутилась Алёна. – Из кого – их?
– Из этой его блатноты. Если бы ты знала, как… Я думал, что встретил… что дожил… что теперь искуплю… А тут…
– Перестаньте! Что вообще он надумал?
– Иди. Полюбуешься. Будет сейчас цирк.
Но Алёне не было суждено ни уйти, ни "полюбоваться на цирк". Когда она обернулась, проход в клетке был закрыт.
– Уважаемые гости! – загремел голос босса. – А теперь главный гвоздь программы.
Казнь врагов человеческих. Перед вами – наш главный на сегодняшний день враг. Я говорю наш, потому, что мой враг – и наш враг. Кондор нанёс мне тягчайшее оскорбление и не подлежит прощению. Этих двух не простили вы. Я юную сеньориту не прощу я. И кто не будет с этим согласен – милости прошу туда, на арену.
Краткое обвинение. Вы помните разгром нашего эээ отеля, убийство лучшей управляющей и заодно – нашего смотрящего и других. Убийца – перед вами.
– Эти скоты хотели меня изнасиловать и заставить заниматься проституцией – закричала в темноту Алена.
– Вы помните трагический конец нашего юного отряда портовиков? Убийца – перед вами!
– Они обманули нас и первыми пытались меня убить! Они искалечили моих друзей!
Они стреляли в меня! – кричала Алёна в темноту.
– Успокойся, фея! – взял её за локоток Кондор. Он вновь воспрянул духом и улыбался. – Наш босс всегда судит очень предвзято. Так что – не мечи бисер перед свиньями.
– Вы помните, что произошла в тюрьме? Виновница – перед Вами! Вы знаете, какие надежды мы возлагали на наших братьей из "племени Сердца" и на её вождя? Он мёртв. Мертв и его преемник. Виновница – перед вами. Она заслужила смерть!
– Это ты заслужил смерть! – вновь закричала Алёна. И, словно повинуясь её словам, прожекторы выхватили из темноты босса. Он стоял в позе обличителя, но был бледен.
Явно трусил. Несмотря на расстояние клетку и охрану – трусил.
– Она заслужила кару, – повторил цезарь. Кто считает не так – прошу к ней.– Тишина.
– Ну что же. По доброте своей я помилую. Одного. Последнего. И дам шанс.
Возьмите.
Охранники кинули на арену четыре небольших широких ножа.
– Это почти уравнивает шансы. Почти. У зверей – зубы и когти. У вас теперь – когти. И мозги. В бой!
Но прежде, чем цезарь махнул рукой, к двери решётки метнулась фигура. Когда прожектора высветили её, Принц уже дал команду открыть дверь.
– В чём дело, Принц? Что случилось?- заволновался босс.
– Немедленно откройте мне, сейчас расскажу!
– Открыть! – распорядился хозяин.
– Теперь накрепко закройте! Вот так. Идущие на смерть приветствуют тебя, Цезарь!
– Ты что? Ты о чём? Уже нанюхался? – сорвался на крик босс.
– Я с ними. Там, где травят зверями, я с христианами.
– С ведьмой!
– Пусть будет так. Я с ней. Вначале полюбуешься на мою смерть!
– Пусть будет так, – после долгой паузы согласился цезарь. Это тяжело для меня…
Но пусть будет так. Кто ещё? – в голос босса вновь вернулся металл. – Нет таких?
Тогда – вперёд.
Глава 19
Но Вам это зачем, а Принц? – поинтересовалась девушка, когда мужчина загородил её своей худой и гибкой спиной.
– Выживу – расскажу. Нет, – считайте покаянием. У каждого своё время грешить и время грехи искупать. Моё пришло.
– Но почему сейчас?
– Ещё в детстве снилось. Спасал Магдалину от диких зверей.
– Кого? – изумилась девушка.
– Возлюбленную Христа.
– Это я – Магдалина? Эта… эээ блудница?
– Вы ещё дальше от Бога, чем я. Но если бы Христос кого и возлюбил, то такую, как Вы.
– Вы с ума сошли!
– Всё, не время теперь. Кондор, вместе с Шило прикрываешь сеньориту с тыла. Мы с этим юношей держим фронт. Если всё пойдёт, как он планировал, первое нападение не самое трудное отобьёмся.
– Возьмите хоть нож, – протянула девушка свой. Я всё равно не смогу…
– Давайте. И без необходимости не вмешивайтесь. Пока кто из нас… ух ты!
Это было всё- же неожиданно. То ли очень изголодались, толи были доведены до полной свирепости, но из первых же клеток пёстрыми молниями вырвались два леопарда. И Алёна не успела сосредоточится, а остальные отреагировать, когда оба хищника, выбрав жертву с двух сторон накинулись на Принца. Каким – то непостижимым образом он успел воткнуть нож под левую лапу одной из гигантских кошек. Но вторая наотмашь ударила когтистой лапой по шее. Правда и этот зверь упал – ударил явно наловчившийся киллер. Но и принц уже лежал на арене, захлёбываясь в крови.
– Сейчас – сейчас, – кинулась к нему Алёна.- я помогу!
Она, склонилась над искупляющимся грешником, и начала было соединять порванные вены.
– Спасай… своих… друзей… оставь! Там… ты…теперь… нужнее,- просипел принц… Живи…
Принц явно хотел быстрее умереть и не быть обузой для сражающихся. И действительно, всё изменилось. Насильник в ужасе кинулся карабкаться на решётку, но с воплем рухнул назад – толи для таких случаев, толи для безопасности сквозь прутья шёл почти смертельный ток.
Да, это был действительно ужас. Алёна раньше не видела таких громадных зверюг и не чувствовала такой слепой ярости. Даже тот гигантский крокодил был просто голоден. А эти два бурых медведя с налившимися кровью глазками излучали свирепость. Они были худыми, со свалявшейся шерстью, они были зловонны и отвратительны.
– Их держали в тесных клетках и ежедневно брали желчь или что-то типа, – облизнув пересохшие губы, сообщил киллер.
– Бедные! Что они пережили! – вырвалось у Алёны.